Святослав Светлый и падение в Бездну

Глава 11. Страницы предания

Стараясь разлепить глаза, Свят страдальчески следил за огромными песочными часами в медном корпусе, нижняя чаша которых почти заполнилась золотистым песком, что приближало его встречу с манящей из-за сотни стен постелью.
Весь этот воскресный день мальчик, к огромному его неудовольствию, провёл на тренировке: капитан Стас мучал его больше всех остальных, так как «успех команды, малышок, в первую очередь заключается во вратаре, который сумеет извернуться в любой ситуации». Кроме того, наставник Михаил настойчиво порекомендовал ему побольше времени посвящать разученным ими упражнениям, и в этот раз Свят действительно послушался умудрённого опытом старшего, а не поступил, как всегда, с этим его расхожим ответом «отвали, моя черешня». Да и под вечер ситуация не поменялась к лучшему: подруга вдруг задумала именно в этот час подтянуть уровень их подготовленности к экзаменам, так что мальчик не мог дождаться того момента, как всё закончится и он под убаюкивающее ворчание Мафа уложит свою усталую тушку спать и не просыпаться.
Однако вместо повторения пройденного он неосознанно проваливался в омут мыслей об ужасах, которые происходили на других планетах из-за бесчинств духа, угрожавшего всему мирозданию. Но ни он, ни друзья не знали, что предпринять, тем более они ждали вердикта Василисы, которая довольно долго провозилась с теми рукописными листочками из кабинета директора Сдвига, но пока что не смогла их расшифровать, — языка как будто никогда не существовало. И, поскольку огневица не справилась, перевод доверили одной из знакомых Кирилла — духовнице, обещавшей просмотреть прошлое и будущее страниц, не касаясь значения символов, поскольку изучение древних языков не значилось в учебной программе менталов, — но Свят с друзьями были благодарны и за такую помощь.
Только вот обращение к временным сдвигам старинной вещи требовало большей сосредоточенности и кропотливости в процессе. И прошла уже неделя с того момента, как Василиса попросила помощи, но результатов так и не было. Из-за нервозности и некоторой скуки от ничегонеделания девочка занялась усиленной подготовкой к экзаменам, заодно агитируя эмпата и архитектора присоединиться к ней.
Прямо в этот момент Свят, добитый её мнемоническими правилами, ужасно завидовал друзьям, Денису и Виту, — чёрной завистью: у первого возникли срочные дела, связанные с его братством, и он буквально сбежал от поехавшей Лисы, напоследок с издёвкой подмигнув ему и гаденько пожелав удачи, а вот второму во время тренировки одна из защитниц подпортила нос, нечаянно задев его битой. Соответственно, мальчишка был отведён в медпункт, где ему вправили нос на место, после чего его отправили отсыпаться на койке; Святослава же главная целительница спровадила вон из лазарета. Но лучше бы он нашёл предлог остаться с другом... Ведь девочка, взвинченная из-за длительности расследования по делу о первородном духе, мучала всех без исключения.
Под монотонное бормотание психички, почти начавшей уже раскачиваться из стороны в сторону, пока зачитывала основные события и даты, что были связаны с Длиннейшим увековечением Хаоса, или просто ДУХ, Святослав уплыл в сон, и теперь ему снились страшные сны про годы до того, как… годы до... До войны духов звали иначе — увядшими. Многие из них продолжали мирно сосуществовать с живыми чародеями в едином государстве. Однако в славном обществе нашёлся такой смутьян, который посчитал себя выше, сильнее и могущественнее смертных одарённых. Он хотел стать верховным правителем мира и призвать к себе в подчинение остальных духов. Чародеи воспротивились его замыслам, но дух смог убедить своих сородичей в том, что их намеренно ущемляли в правах, и они, как стадо баранов, поверили его словам. Войной они пошли на бывших братьев и сестёр под предводительском злодея. Звали же его Армагеддон.
К счастью, сообща чародеи смогли найти верный способ одолеть первородного духа — так, он был уничтожен шестью сильнейшими чародеями.
В первый день лета с тех времён празднуют День Победы над вечным ужасом, который принёс алчный Армагеддон. И именно неуёмная жажда власти стала главной причиной, из-за чего увядшие пошли войной на одарённых… А тут ещё этот Бураибаг высвободился! Разве это то, чего хотел Свят — неизбежной войны с первородным духом, который, скорее всего, уже выпустил своих собратьев из пустоты Хаоса? И ведь ей точно быть — дело только за временем…
И пусть когда-то люди смогли сразить около сотни духов, но тогда, в отличие от сегодняшнего дня, три четвёртых населения рубиновой планеты составляли одни чародеи, а по недавним сверкам их насчитывалось не больше пятнадцати процентов от общего числа. К тому же духи всегда являлись мощнейшими поглотителями магической энергии, из-за чего после их нападения немало одарённых потеряли свои силы, а преобладающее большинство расстались хотя бы с десятой их частью. Как итог, Рубин лишился сильнейшей нации… И всё же именно благодаря мужеству и бесстрашию магического населения, духов удалось изгнать на одну из самых далёких планет за пределами осознания необъятности Вселенной!
…В голосе девочки послышались обиженные нотки:
— Ты меня совсем не слушаешь?!
Свят, нехотя разлепив глаза, с трудом оторвался от осмысления того, что светлое будущее лежало за тучами беспросветной борьбы:
— Нет, что ты! Я слушаю тебя, — сказал он как можно бодрее, не желая разочаровывать в себе подругу.
— Опять задумался о грядущем будущем? — Свят отрицательно мотнул головой, но девочка ни капельки ему не поверила. — Я уверена, что ты справишься со всем, а мы, твои друзья, всегда поможем тебе. Я сама ужасно волнуюсь из-за того, что страницы не поддаются ментальному воздействию.
— Почему ты сказала, что я со всем справлюсь? — недоверчиво спросил мальчик, ставя жирное ударение на «я». — Намекаешь на то, что я должен что-то сделать?
— Я не могу судить об этом, ведь мой дар не настолько всеобъемлющий. Да и кое-кто поставил табу на мои видения… Однако!.. ты не запрещал говорить за других, а духовники, между прочим, ставят тебя в центр всех будущих событий, правда вот они сами почти ничего не рассказывают. — Девочка недовольно поджала губы и привычно скрестила руки на груди, выражая так своё отношение ко всем их уловкам.