Святослав Светлый и пророчество метки Армагеддона

Глава 1. В поисках Белого короля

Карты, как известно, никогда не врут. Однако, быть может, та, которую в руках крутил светловолосый мальчишка, свесившись по пояс с кровати, страшно врала.
— Ты уже неделю лежишь в кровати. Друзья бьют тревогу, — с явным непониманием выговаривала Святу тётя, остановившись на пороге его комнаты.
— Я пытаюсь понять, — сказал юный эмпат.
— Что понять? — спросила его женщина.
Святослав перекувырнулся и уселся по-турецки на низенькой тахте. Кровать паренька, затопленная его же сестрой, силы которой всё крепчали и крепчали, недавно развалилась. И теперь ему приходилось довольствоваться старым подобием кухонной лавки с проеденной молью поролоновой подушкой.
— Если бы я понимал, что не понимаю, то обязательно сказал бы тебе, но я не понимаю даже того, что не понимаю! — затараторил паренёк.
— Но друзья-то тут причём?! Я устала объяснять им, что ты хандришь и поэтому не пускаешь их! — злилась тётушка.
— Я им уже раз сто сказал, что… — попытался объясниться мальчик, но замолк, потеряв мысль.
— И вообще, какой прок в этой карточке? — с нажимом спросила Таисия, вытирая со лба пот, лившийся с неё ручьём после утренней уборки.
— Я встречусь с ними, — не стал спорить мальчишка.
— Вот и чудесно! — воскликнула женщина.
Тётушка вышла и закрыла за собой дверь. И только Святослав услышал её удаляющиеся по лестнице шаги, как соскочил с постели и мышкой пробрался в комнату сестры. Та ещё не проснулась или только делала вид, что спала, надеясь, что кузен провалит из её комнаты. Однако паренёк не собирался сдаваться так легко.
— Вызываю Гелю! Приём! — прошептал юноша, склонившись над её ухом. — Ай!
Святослав получил по носу смачную пощёчину, подаренную ему спящей девчонкой. Ангелина открыла глаза и со смехом уставилась на брата.
— Доброе утречко, — проворковала она.
— Ты ведь уже не спала! Я по дыханию понял! — вскричал мальчишка, всё ещё держась рукой за побитый нос.
— Утро должно начинаться с весёлой нотки, — проговорила девочка и загоготала.
— Как-нибудь устрою тебе весёлую нотку. В академии веселья будет навалом, — пообещал паренёк.
Ворча, мальчик сел на низкий табурет возле такого же крошечного мольбертика и стал проверять нос на чувствительность — ткнув в самый кончик, он убедился, что тот был в относительном порядке. Потому Свята покинула тревога, и он в более-менее успокоенном состоянии взглянул на драчливую водницу.
— Так зачем ты пришёл? — поинтересовалась девчонка.
— Чтоб ты спросила, — буркнул парень, но после попросил: — Прикроешь меня?
— Разобрался наконец с карточкой своей? — хитро блеснула глазками девочка.
— Проныра! — выплюнул Свят. — Опять рылась в моих вещах?! Могла бы хоть для приличия скрыть этот факт.
— А иначе ты бы ничего мне не рассказал. К тому же я ведь правильно догадалась? — заулыбалась Геля.
— Иначе не скажешь, — хмыкнул паренёк. — Кажется, я знаю, где найти мою мать.
— А почему так долго не отправлялся за ней? — нахмурилась девочка. — Её координаты ведь на карточке?
— Да, но я говорил с отцом в сончасе. Он просил вначале встретиться кое с кем другим, — ответил мальчик и отвёл взгляд.
— Я прикрою тебя, но только если ты всё потом мне расскажешь. Всё равно тебе в академии понадобится тот, кто будет создавать твоё алиби, — заметила Геля.
— Да, девчонка, которая прикрывала меня с друзьями, сбежала к духам. Глупая, — поджал губы Свят. — Договорились.
Юный эмпат потрепал сестру за длинный тёмный хвостик и выбежал за дверь. Он не задержался дома ни на минуту и, накинув лёгкий пуховик, выскочил на улицу. Там юноша, спрятавшись за толстый ствол берёзы, достал из рюкзака круглый металлический шарик с картой внутри.
«Будем надеяться, что данная глупость окажется не слишком роковой для меня», — протянул мальчик, говоря полушёпотом. Затем Свят стукнул картой по стволу дерева. Та вся заскрипела и, точно бы в страшном недовольстве, раскрылась, выплюнув в окружающий мир немаленькое облачко серебристого порошка. «Стоит всё же научиться раскрывать её обычным способом, а то скоро мне придётся забыть об её удобстве», — подумал юноша.
Скорее Святослав повернул голубой аквамарин на своём колечке и наконец вбил координаты в разложившуюся карту. Из неё, как и во все прошлые разы, выпрыгнула светящаяся сфера и помчала прочь. «Стой! — прошипел Свят. — Не так быстро!» Юноше еле удавалось поспевать за шустрым мерцающим шариком, который так и норовил выскочить за пределы невидимого купола, накрывшего юного эмпата от самой макушки до носков ботинок. Однако тогда как сфера с лёгкостью обгоняла прохожих, то паренёк еле успевал уворачиваться то от одного, то от другого и изо всех сил старался не задеть кого-нибудь из них.
Бум! В Святослава врезался велосипедист и, перекувырнувшись через мусорную урну, заскользил по заледеневшему асфальту, а затем свалился наземь.
Немало усилий пришлось приложить эмпату, чтобы не быть затоптанным спешившей по делам толпой — он откатился чуть в сторону и шустро подскочил на ноги.
— Какая встреча! — произнёс, растягивая гласные, темноволосый мальчишка. — Неужто кое-кто выбрался из дома?
— И тебе доброе утро, Денис, — протянул Свят.
— Как же ты объяснишь… — хотел было спросить землец.
«Мама! Посмотри, какой красивый шарик летит!» — послышался детский тоненький голосок где-то впереди. «Какой шарик, дочка?» — ответила удивлённым голосом какая-то мамочка. «Никакой, дорогая. Нам стоит идти дальше», — ответил ей мужчина, подхватив дочурку на руки. Так они и ушли, и где-то вдалеке слышался плач маленькой девчонки, которая так хотела получить красивую летающую сферу.
— Пока! — выплюнул Свят и скрылся в толпе.
Где-то над головами прохожих, на расстоянии нескольких метров, вилял светящийся шарик. Святослав совсем забыл о том, что ему стоило быть незаметным — у него едва ли получалось не наступать на ноги неодарённым.
— Куда ты так летишь?! — не бросил его Черноземец.
— Мне нужно кое с кем встретиться, — выдохнул Свят.
— И ты опять кинул нас?! — обиделся землевик.
— Не говори чепухи! Я вас не кидал! — проворчал эмпат.
— И как же тогда воспринимать то, что ты скрываешься от всех и сейчас бежишь на встречу с кем-то, о ком ты даже не говоришь?! — не отставал тот.
Мальчишки нагнали сферу. Святослав протянул к ней руку — она лопнула.
— Доволен?! — вскричал Свят, возвращая себе видимость.
— Скажи, куда собрался, — твёрдо проговорил темноволосый паренёк, скрестив руки на груди.
— С чего бы? — с вызовом поинтересовался Свят и значительно приподнял левую бровь.
— С того, что я тебя старше, — сказал Денис.
— Три месяца ничего не решают. К тому же голова у меня получше варит, если на то пошло, — проворчал Свят.
Юный эмпат выплюнул ещё пару неласковых и быстрым шагом исчез в одном из стареньких кварталов Питера, где он, спрятавшись под одной из тёмных арок, вновь достал карту.
Черноземец куда-то подевался — должно быть, обиделся на последнее высказывание эмпата и ушёл по своим делам. Так что Святослав остался совсем одним. Он вновь ввёл координаты, предложенные ему отцом, провернул камень на кольце и с новыми силами понёсся за шустрой сферой.
По улицам ему пришлось шататься довольно долго, ибо сфера всё петляла и петляла из поворота в поворот. Свят внимательно следил за ней, не выпуская дальше невидимого купола, ведь если бы питерские чародеи заметили её, то, скорее всего, сообщили бы властям, а этого мальчишке хотелось избежать.
В конце концов, сфера остановилась посреди заброшенного завода. Комплекс зданий представлял из себя полную разруху; лишь в некоторых местах виднелись признаки городской жизни: из старых помещений некоторые компании сделали офисы, кафе и ресторан, которые в данный ранний час пока что не работали, что было Святу только на руку.
— Где же он? — прошептал юноша, прохаживаясь по зданию.
— Думал, от скуки с ума сойду, — пробурчал высокая, более взрослая копия Черноземца.
Над головой эмпата спланировал огромный черный ворон и вернулся на плечо хозяина, который расположился на хлипком оконце второго этажа и сверху поглядывал на Свята. Дан сложил руки на груди и кивнул мальчишке.
Святослав задумчиво нахмурил брови и прокричал ему:
— Зачем мой отец сказал, чтобы я встретился с тобой?
— Где твоя компашка малолеток? — было ему ответом на вопрос.
— Среди них, если что, значится и твой брат, — напомнил Свят.
— Помню, поэтому так и говорю, — хмыкнул Дан.
Они замолчали. Юный эмпат демонстративно отошёл подальше от Черноземца, ибо ждал, что тот наконец ответит на его вопрос, а не будет выжидать, когда Свят изведёт себя в мучениях.
В самом деле, Черноземный, вскоре сдавшись, спрыгнул со второго этажа и с кошачьей грацией приземлился на обе ноги. Окликнув Святослава, он манерной походкой двинулся за ним.
— Ирга просил сопроводить тебя к Маргарите, — сказал Дан.
Свят остановился и обернулся. Мальчик надеялся, что брат его лучшего друга лишь пошутил, но тот был серьёзен.
— Как ты, вообще, выкрутился из лап моего двойника? — спросил его эмпат.
— Сказал, что освободить тебя поручил сам Армагеддон, — хмыкнул темноволосый парень.
— И он так просто тебя отпустил? — засомневался Свят.
— Легко. Этот Вист, как он себя раньше называл, не слишком хорошо общается с папашей, но в то же время страшно боится его, — всё с той же ухмылкой разъяснил Даниил.
— Возьму на заметку, — хмыкнул Святослав. — Так для чего отец посылает тебя со мной?
— Побаивается, что ты пропадёшь, — ответил Черноземец.
«Вечно все всё за меня решают», — буркнул мальчик. Однако Дан его совсем не слушал. Вместо этого он, шепнув пару слов своему ворону, пустил его полетать. Всего один круг по заброшенному заводу спустя птица вернулась и уселась на плечо хозяина, после чего громко каркнула. Черноземец напрягся и хищным взором обратился к поваленному мусору у самого выхода из здания.
— Выходи! — крикнул парень.
— Выхожу, выхожу, — послышался ворчливый ответ.
Из-за кучи хлама вышел Денис. Он смешливо поднял руки вверх и так и прошествовал к злому брату, едва ли не сжиравшему его одним только взглядом.
— Шпионишь, значит, за лучшим другом? — спросил Дан у младшего брата, пока тот с наглостью смотрел ему прямо в глаза.
— Кажется, только ты здесь шпион, — хмыкнул Денис.
— Бестолочь! — выплюнул старший.
И пока они ругались, Свят быстренько выскользнул из здания и двинулся по дороге домой. Пройдя пару шагов, мальчик остановился и достал карту, а заодно и карточку с координатами. «Посмотрим-ка...», — проговорил паренёк, вводя нужные значения.
Щелчок. Ничего, кроме этого звука, карта так и не выдала и лишь жалко скрутилась в небольшой металлический шарик. «Накрылась! — испуганно вскричал мальчишка, потряхивая чародейским устройством. — Почему именно сейчас?!» — воскликнул он.
— Не в карте дело, — объяснил Дан, подойдя к пареньку со спины.
— Где Денис? — поинтересовался Свят, не найдя глазами друга.
— Отправил его домой, чтоб под ногами не мешался, — отмахнулся Дан.
Святослав только и пожал плечами, после спросил:
— Так что не так? Почему сфера не появилась?
— Потому что координаты относятся не к реальному месту, а, как бы так сказать, выдуманному, — объяснил парень. — Это как твоё фамильное логово. Если введёшь точные координаты чаши, то произойдёт то же самое.
— Хочешь сказать, что это место вымышленное? — так и не додумался Святослав.
— Не совсем. Это как дом, в который можешь попасть только ты сам, — уточнил Дан.
— И как мы тогда туда попадём? — спросил Свят.
— Ирга сказал, что можно провернуть перемещение через Скрытную чашу.
— Но мне нельзя заходить в неё. Я ведь тут же застряну! — не согласился мальчишка с планом Черноземца.
— А твой отец, по-твоему, для чего меня отправил вместе с тобой? — ухмыляясь, задал вопрос старший брат Дениса.
Святослав тяжело выдохнул и протянул руку ещё одному некогда врагу. Черноземец, хмыкнув, сжал пальцы на плече юного эмпата и подозвал к себе ворона, сидевшего на короткой металлической балке, которая торчала из стены старого здания. И они переместились.
Лес из секвой встретил двоих путников абсолютной тишиной: птицы не пели, ветер не шумел, не был слышен звук лесных жителей, в принципе — лес молчал.
— Плохой знак, — заметил Дан.
— В чём дело? — прошептал юный эмпат.
— Земля — не место для духов, — коротко и с явно заметной злостью ответил Черноземец. — Постоянно околачиваясь на нашей планете, они убивают её.
Свят слегка поёжился, представив, что станет, если духи захватят Рубин — в голове нарисовалась страшная картина, так что паренёк затряс головой и торопливым шагом направился к логову свой семьи.
— Не шуми так! — прошипел Черноземец. — Переступай осторожно и только попробуй наткнуться на ловушку!
— Думаешь, духи расставили здесь капканы? — усмехнулся Свят, ничуть не понимая такой осторожности.
— Они возле чаши стаями вьются! — проговорил Дан, как бы порицая безалаберность эмпата.
— Я специально перенёс нас подальше, чтобы не угодить прямо в их лапы, — сообщил мальчик.
Черноземец тут же притих и последовал за юным проводником. Свят не стал дожидаться его и, не забывая постоянно посматривать по сторонам, побрел к Скрытной чаше.
Идти пришлось не слишком долго — место, из которого обычно вырастала Чаша, было уже перед их глазами. Однако образовалась и другая проблема.
— О чём я и говорил, — прошептал Дан, спрятавшись рядом со Святом за кустом сирени.
Не далее, чем в нескольких шагах от них расхаживало двое духов. Они не замечали двух пареньков, прятавшихся за кустом, но всё равно с подозрением окидывали взглядом округу.
— Как же нам подступиться? — самому себе задал вопрос Свят.
— Попробуем отвлечь их, — заявил Дан.
— Тогда это должен буду сделать я, — заметил эмпат. — А ты проберёшься в Чашу и попробуешь найти проход в тот мир.
— Уверен? — спросил его Черноземец.
— Начинаем! — вместо ответа, проговорил Свят и отдал брату Дениса карточку с Белым королём.
Мальчишка выбрался из укрытия и рванул в лес. Пока бежал, он создавал много шуму, чтобы отвлечь духов. Те, как и планировалось, помчали за Святом, забыв об охране своего объекта.
И пока юный эмпат носился по лесу, голося на всю округу, Дан Черноземец подобрался к Чаше, выросшей из земли, только Светлый младший пронёсся по тому месту, где та появлялась.
«Лети ко мне, если с этим мальчишкой что-то случится», — сказал своему чернокрылому питомцу темноволосый и отправил птицу в полёт. Та, крикнув, улетела за Святом, который наматывал уже второй круг по поляне, едва ли успевая уклоняться от бросков увядших.
— Не уйдёшь, малец-эмпат! — кричал первый дух.
— Перемещение твоё здесь не сработает! — вторил ему другой.
Между тем Святослав не слушал духов, бежал со всех ног и лишь изредка оборачивался, чтобы проследить за тем, как Дан карабкался по дереву, с которого планировал запрыгнуть в Чашу.
— Но мы тебе поможем! — сказал увядший.
Эмпат обернулся к духам и пригнулся, так как они оба пролетели точно над ним и громко засмеялись, потешаясь над мальчишкой.
— Сейчас я вам покажу, нечисть! — крикнул Свят.
Мальчишка весь напрягся и, приложив пальцы к вискам, прямо взглянул на обоих духов. Его старания прошли безрезультатно, точно эмоции увядших невозможно было пробить. Духов только рассмешили жалкие потуги эмпата.
— Наш господин просил передать тебе привет, — сказал увядший.
Он быстрее торнадо пронёсся к мальчишке, так что тот даже не успел вынуть меч-кинжал из высокого ботинка. Дух схватил Свята за капюшон куртки и понёс прочь с поляны.
— Пусть обломится! — буркнул юноша и расстегнул молнию.
Руки Свята выскользнули из рукавов куртки, и он освободился из захвата увядшего. Мальчишка камнем полетел вниз и упал точно на самый край чаши, едва уцепившись за её бортик. И пока духи стремглав летели за ним, Святослав шустро подтянулся на локтях и запрыгнул в Чашу, а затем рыбкой скользнул в логово.
— Вот же-ш... — выплюнул Дан, на которого свалился Свят, планировавший спрыгнуть на пол логова отца.
Мальчишка скорее слез с брата лучшего друга и приложил спину к стене. Закрыв глаза, Свят стал потирать запястья, на которые пришёлся весь груз его тела — те горели, как два больших факела.
— Что ты здесь забыл?! — вскричал Даниил.
— Не хотел бросать тебя, — проворчал Святослав.
— Скоро и те духи пожалуют, — буркнул Дан.
— Не пожалуют, — не согласился с ним мальчик.
— Если я прошёл, то и они смогут, — заметил Черноземец.
— Разве мой отец не сказал тебе, что попасть в логово можно лишь по приглашению его хозяина? — поинтересовался Свят.
— Не удосужился, — покачал головой молодой человек, поднимая свои бедные косточки с пола.
— Даже Бураибаг не смог добраться до него здесь, — хмыкнул эмпат, представив свирепую мину кошачеподобного.
— Только отец твой застрял из-за этого в своём же логове. Теперь эта участь настигла и тебя, — заметил Дан.
— Может, и нет, — сказал Свят.
Юный эмпат поднялся на ноги и зашагал прочь от прохода, а навстречу ему трусил здоровенный крокодил, от вида которого брови Дана резко взметнулись вверх и так и закрепились. Святослав между тем похлопал здоровенного пресмыкающегося по ребристой спине и вместе с ним побрел в самое сердце логова Светлых.
— Не трусь, Черноземец! — весело крикнул Свят, не оборачиваясь к Дану.
— Я не трушу, малец! — крикнул в ответ парень.
Огневик неспешно побрёл за юным эмпатом, держась при этом на значительном расстоянии от огромного зелёного монстра, а заодно осматривал логово со всех его сторон.
— Никогда не думал, что логово отца находится в воображаемом мире, — заговорил Свят.
— Многое ты ещё не знаешь, — хмыкнул Дан.
— Вы с братом, как одна капля воды, — проворчал Свят.
— Мы ничуть не похожи. Его воспитывал этот… тиран, а меня умная и справедливая женщина, — не согласился Черноземец.
— Не сказал бы, не сказал бы, — закачал головой Свят.
— Могу доказать это! — сказал огневик, засучивая рукава.
Святослав, не видевший брата Дениса, ибо тот шёл точно за ним, обернулся и только вздохнул. Черноземец тут же поуспокоился, став менее походить на младшего брата.
— Как будешь вытаскивать меня отсюда? — с ехидной улыбочкой поинтересовался Святослав, вновь обернувшись к Дану.
— Это твоя проблема, — сказал парень, ничуть не проникшись странной весёлостью эмпата.
— Думаю, мы быстро выберемся, — не унывал Свят.
— Помни, что здесь один час равен недели снаружи, — сообщил Черноземный, в настроении которого проглядывалась лишь пессимистичная нотка.
— Всё выйдет, как надо, — ответил ему на это мальчишка.
Они добрели до центральной — и единственной — залы. Здесь словно бы торнадо пронёсся: на полу валялись книги, различные приспособления и недоеденная еда, которая, судя по запаху, провалялась здесь несколько месяцев.
— Твой отец явно не любит убираться, — сморщился Дан, оглядывая всё это великолепие гадства.
Эмпат только улыбнулся одним уголком губ и приступил к осмотру книг, которые читал его отец. Среди них он нашёл всякие учения по чёрной магии и прочую не слишком законную литературу.
— Не думал, что мой отец интересуется подобным, — заметил Свят, пролистывая книгу.
— Когда неделями сидишь взаперти, и не то, что чёрной магией заинтересуешься, — с намёком проговорил Дан.
Соглашаясь, Свят пару раз кивнул и кинул фолиант на кресло, и с него поднялось маленькое облачко пыли. Мальчик вместе с братом своего друга прошерстил ещё пару книг, но в них не было чего-либо путного, так что им пришлось оставить зал и отправиться искать дальше. Проводник следовал за ними, так что Дан постоянно держался чуть в отдалении, а на насмешки Свята отвечал лишь фырканьем да ворчанием.
— Постой-ка! — остановился Свят. — Клык, отведёшь нас к…
— Он проводник здешний? — поинтересовался Дан.
— А ты думал, что мой отец притащил в своё логово настоящего крокодила? — ухмыльнулся эмпат.
— Не удивился бы, — протянул огневик. — Клык, отведи нас в «прослойку сознания», — отдал он приказ проводнику.
Крокодил и не шелохнулся — только зубами щёлкнул в сторону Черноземца и издал короткое урчание, когда огневик шарахнулся от него, как ошпаренный.
— Что за «прослойка сознания»? — спросил у него Свят.
— Человек, каким бы он ни был умником, не может продумать всё на сто процентов — где-то всегда найдутся прорехи. Там, возможно, есть прореха в виде прохода в другой мир, — объяснил Черноземец, огибая крокодила по кругу.
— Дельная мысль, — согласился с ним юный эмпат, а затем обратился к проводнику: — Отведи нас туда, Клык.
Крокодил, переминаясь с одной лапы на другую, медленно развернулся и пошёл на брата Дениса. Тот аж в стену вжался и не заскулил лишь по той причине, что мог опозориться перед «малявкой-эмпатом».
Святослав взглянул на наручные часы. «Две недели с половиной…» — подсчитал мальчик и тут же представил, как тётя подняла всех на уши и поскакала по всем мирам в поиске глупого шалопаестого племянника, а друзья выстроили всякие догадки по его исчезновению и тоже отправились шататься по планетам. «Лишь бы на духов не нарвались», — подумал он, опустив руку.
Крокодил уже прошел мимо посеревшего в один миг Черноземца и двинулся по тёмным коридорам, освещённым лишь неясным трепыханием огня в настенных факелах.
— Я дал указание брату, чтобы тот оповестил всех, что ты не пропал, — сказал мальчику Дан, заметив его задумчивое нахмуренное лицо.
— Это всё равно никого не убедит, — сморщился Свят, но чуть успокоился.
— Эта рептилия чешуйчатая меня точно не сожрёт? — спросил с недоверием Дан.
— Пресмыкающееся, умник, — поправил его Святослав. — Не сожрёт, можешь быть уверен, но я посоветовал бы держаться подальше.
Слова юного эмпата всё равно не убедили недоверчивого огневика, и тот с осторожностью последовал за проводником, следя за его зубастой пастью, которая постоянно щёлкала и с рыком выпускала воздух. Хвост крокодила бил по стенам, и с них осыпались пыль да мелкая деревянная стружка.
— Кто, вообще, в здравом уме заведет такую зверюгу?! — не мог вразумить Дан.
— Мой отец, — улыбнулся Свят.
— «Здравый ум», — фыркнул огневик.
Святослав ничего не ответил. Он всё поглядывал на часы, считая минуты и секунды, которые в реальном мире превращались в часы и дни, а их мальчик ранее хотел потратить на встречу с Обществом Хранителей и на спасение отца и Шака с Ледяной земли.
— Хранители делают всё возможное, чтобы вытащить твоего отца и его друга из тюрьмы одарённых, — сказал Дан.
— Если бы… — протянул Свят, — Постой! — притормозил он. — В данную минуту я молчал. Что за фокусы?!
— Только не говори, что ты подумал, что я читаю мысли? — с нагловатой усмешкой поинтересовался огневик.
— А тогда как ты понял, о чём я думал? — спросил эмпат.
— У тебя на лице всё написано, бестолочь, — объяснил Дан.
С лёгким прищуром взглянув на брата землевика, юный эмпат побрёл дальше. «Эй, Клык, давай побыстрее!» — попросил он проводника, и тот прибавил шагу, так что вынуждены были ускориться и Свят с Даном. Клык потрусил по коридорам настолько быстро, насколько позволяли ему его же лапы — как и в первую встречу с юным сыном своего хозяина, он принял вид крохотного пушистого пса. Огневик стал с большим доверием относиться к проводнику, хотя всё ещё держал в сознании его прежний облик.
Проводник привёл ребят к одной из стен подземного логова. Святослав вновь взглянул на часы — прошло ещё четыре часа с тех пор, как он приземлился на пол Скрытной Чаши.
— Почему здесь время идёт так быстро? — не понимал Свят.
— Потому что при создании логова твой предок не продумал вопрос со временем, оттого такие скачки и происходят, — объяснил Черноземец, тоже взглянув на часы. — С Днём рождения, кстати.
Эмпат коротко поблагодарил — не думал он, что таким странным образом нагрянет его шестнадцатилетие.
— Я так понимаю, мы уже на месте, — сказал Свят. — Не заметно, что здесь есть какие-то провалы.
Мальчик надавил на стену. «Ох ты ж!» — вскричал он, провалившись сквозь неё, точно бы прошёл сквозь туман. Черноземец тут же оказался рядом и вытянул мальчишку за ворот клетчатой рубашки, лишь чудом не задушив его.
— Дела… — протянул эмпат, потирая шею.
— Что там увидел? — спросил Дан.
— Ничего, — ответил Свят.
Мальчишка коснулся рукой стены, но та точно была миражом, и пальцы эмпата утонули в Ничто.
— Значит, мы там, где нам и надо быть, — сказал огневик.
— Почему мой отец не попробовал пройти сквозь стену? — не мог не спросить юноша.
— Потому что у него, в отличие от нас, не было координат другой «выдумки», — разъяснил брат землеца.
— И он мог бы застрять за этой стеной? — догадался Свят.
— Так и есть. Доставай карту, — сказал ему Дан.
В потрёпанном, старом рюкзачке Святослав отрыл металлическую карту и вынул из кармана штанов карточку с белой шахматной фигуркой короля. Он уже собирался ввести координаты, но Черноземец остановил его и указал на мираж стены. Свят тут же догадался и наполовину пропал в той самой «прослойке сознания».
Туман да и только окружал мальчишку со всех сторон. Не видны за ним были даже руки, отдалённые от лица не более, чем на метр. Потому, чтобы ввести обозначения, Святу понадобилось приблизить карту к самому носу.
Из карты, испещрённой множеством всяких знаков и букв старочародейского языка, вылетела светящаяся сфера и остановилась ровно над её центром.
Святослав вытащил руку в коридор, где стоял в ожидании Дан, и помахал ей, зовя огневика за собой. Сам же мальчишка уже полностью пропал в «прослойке сознания», ни в коей степени не побоявшись пропасть и затеряться в ней навечно.
— Значит, всё сработало, — проговорил полушёпотом Черноземец, остановившись возле Свята.
— Должно быть, так и есть, — согласился Свят, разглядывая сферу, зависшую над картой.
— Что теперь собираешься делать? — спросил его огневик.
Эмпат поражённо отвёл глаза от мерцающей в тумане сферы и взглянул на брата землевика с очевидным укором, говорившим о том, что мальчишка ни в коем разе не представлял, как поступать далее — обычно сфера в ту же секунду, как появлялась, устремлялась прочь, не дожидаясь вызвавшего её, а тут застыла и не двигалась.
— Я же говорил, что ты ещё совсем глупый, — заулыбался Дан.
— И что ты тогда предлагаешь, гений? — с заметным недовольством спросил его Святослав, стараясь задеть огневика.
— Дай-ка подумать, — погрузился в раздумья огневик.
«Умник», — фыркнул Свят. Мальчишка, отвернувшись от Черноземца, попробовал поводить карту по кругу — сфера двигалась вместе с ней, ни на сантиметр не сдвигаясь с её центра. Тогда юноша тыкнул в неё пальцем — она не пропала, что случалось в реальном мире, а завибрировала и засветилась ещё ярче.
— Эй, гений, хватайся за плечо, — сказал Черноземцу Свят.
— В чём дело? — отвлёкся от просверливания взглядом своих ботинок Дан и взглянул на эмпата.
Его взгляд сию же секунду привлекла яркая сфера — она, как светлячок в ночную пору, освещала лицо юного эмпата, делая его ещё белее.
Огневик, как бы ему этого ни хотелось, повиновался Святу, крепко скрепив пальцы на его предплечье, а в следующий момент мальчишка коснулся пальцем сферы, и их унесло в неизведанную даль, в новое выдуманное логово.
Святослав вынырнул на поверхность небольшого озерца с жёлтыми кубышками, где-то поблизости послышался кашель Дана. Черноземец еле держался на воде, утягиваемый ко дну тяжёлым рюкзаком, расставаться с которым молодой человек не имел желания. Эмпат же, с лёгким рюкзачком на плечах, не испытывал никаких трудностей, чтобы добраться до суши. Поэтому он быстро доплыл до берега, где стал дожидаться темноволосого парня.
Пока тот барахтался в воде, Свят вытряхнул из рюкзака дневник Бровилиуса Кряковски и блокнот ЛИКа. Полюбовавшись на их плачевное состояние, паренёк разложил их на берегу и схватился за голову — очень важные бумаги, которые он оберегал как зеницу ока и из-за этого носил всегда с собой, практически разваливались и удерживались лишь на добром слове.
Наконец до берега догрёб и Черноземный. Парень, вывалившись на сушу, заворчал и стянул с себя тяжеленный рюкзак, после чего отбросил его подальше от воды, посмотрел на вещи Свята и, чуточку подумав, тоже выложил на земле всё содержимое вымокшей сумки.
— Если я не ошибаюсь, мы находимся на планете снежных великанов, — проговорил, смягчая согласные, Дан.
— Здесь меня награждали за победу в турнире, — кивнул Свят.
— Зазнавала, — хмыкнул брат Дениса.
— Я ведь… — хотел объясниться эмпат, ибо ни капельки не кичился своей победой.
— Нет времени, — оборвал его Черноземец.
Встав на ноги, вредный огневик достал из рюкзака какой-то флакончик и, брызнув из него на себя пару раз, высушил свою одежду, а, посмотрев на Свята, прошёл мимо, так что мальчишке пришлось упрашивать, чтобы тот помог и ему.
— Как это место связано с моей матерью? — задался вопросом юный эмпат, собирая промокшие бумаги, которые он не позволил высушить Черноземцу.
— Может, и не напрямую, — проговорил Дан. — Ирга говорил, что она обожает намёки.
— Ещё как, — закивал юноша.
Взвалив на плечи рюкзаки, парни поспешили удалиться с озера, где оставаться совершенно не хотелось — в особенности Святу, который пожертвовал тёплой курткой ради своего же спасения от увядших.
Вслед за озером шла широкая дорога, усыпанная крошкой льда, частички которого переливались под слабым солнечным светом. Лёд хрустел под ногами; изо рта вырывались облачка пара и рассеивались, сливаясь с туманом, укрывшим головы Свята и Дана. Они шли вперёд всё дальше и дальше, никуда не сворачивая, ибо в этом мире не было тех вечно любимых чародеями лабиринтов.
— Как думаешь, кого мы здесь найдём? — спросил Святослав у брата своего друга.
— Снежных великанов, дурень, — буркнул огневик, с опаской поглядывая то вперёд, то назад.
— Ты их боишься? — удивился Свят.
— Они были добрыми к тебе, пока шёл турнир, — огрызнулся огневик, не разделяя спокойствие и некую оживлённость эмпата.
— Уверен, дело в другом, — хмыкнул Святослав.
— Дотошный какой! — проворчал Дан. — Дело в том, что на детей часто вешают промахи их родителей.
— Твоя мать не в ладах с великанами? — удивился Свят.
— В том-то и дело, что отец, с которым я и не вижусь вообще! — выплюнул Черноземец. — Ношу его фамилию, как клеймо!
Святослав, стараясь проявить хоть чуточку сочувствия, похлопал его по плечу, но Дан только отдернулся и с раздражением взглянул на друга младшего брата.
Больше не пытаясь проявить сочувствие к Черноземцу, Свят опустил руку и замолк вовсе, зная, что его болтовня могла раздражить огневика ещё сильнее. Всё же, не удержавшись, мальчишка сказал:
— Ты ни капельки не схож с магами Огня.
— Ты, к слову, также, — буркнул Дан.
— Я не скрываю, кто я есть, — заметил Свят, ухмыльнувшись.
— Иди лесом! — высказался Черноземец.
— А пожелать удачно добраться? — улыбнулся эмпат.
Только недовольной миной удостоил его старший брат землеца и, промолчав на глупость, сказанную мальчишкой, пошёл дальше, тяжело ступая по крошившемуся льду.
Через некоторое время пути вдалеке мальчишки увидели высокие ворота, сделанные изо льда и укрытые снегом.
— Раньше я их не видел, — сказал Святослав.
— Потому что в них снежные великаны никого не пропускают, охламон, — высокомерно проговорил Дан.
— Пусть так, но нам всё равно придётся пробраться за них, — заметил юный эмпат, уже не обращая внимания на обзывания Черноземца.
— И без тебя знаю, — самодовольно заявил тот.
Прикинув, как стоило поступить, Святослав решил поближе подобраться к массивному входу в страну снежных великанов, а там уж и разобраться, что стоило делать далее.
Паренёк, отмахнувшись на грубые предостережения Дана, в полусогнутом состоянии, будто это делало его невидимым, добежал до самых ворот и там остановился, прислонившись к их прохладной глади — они поддались. Свят, совсем не ждавший, что вход будет открыт, завалился внутрь, кое-как удержавшись на ногах.
— Мозги все растерял?! — зашипел подбежавший Дан. — Чего молчишь, ненормальный?
Мальчишка не ответил. Он с широко распахнутыми глазами взирал на большой ледяной город, спрятавшийся сразу за воротами. Высоченные здания были подстать многовековым дубам, высотой превосходивших девятиэтажную постройку. Здесь выстроились и жилые дома, и магазинчика, и таверны, где подавали на ужин любимую закуску снежных великанов — водяных волков с гарниром из шариков льда.
Великаны занимались повседневными делами: ходили по магазинам, общались на своём языке, мужчины заигрывали с женщинами. А очень близко, точно крохотные блошки, застыли двое парней. Свят с восторгом глядел на громадных созданий, тогда как Дан еле удерживал трясшиеся, как в быстрой пляске, коленки.
— Пора сваливать, — прошептал Черноземец.
— Трус, — фыркнул эмпат. — Я не уйду, пока не выясню, зачем моя мать оставила для меня ту карточку.
— Ну и оставайся, раз с головой не дружишь, — буркнул Дан.
В этот раз Святослав послушался старшего брата друга-землевика и осторожно побежал к ближайшей постройке, и, преодолев весь этот путь, спрятался меж камней основания дома. Черноземец, проклиная и себя, и бестолкового эмпата, ринулся за ним. Снежные великаны не заметили и его, так что молодой человек быстро оказался рядом со Святом.
— Не смог расстаться со мной? — ухмыльнулся мальчишка.
За это юный эмпат получил подзатыльник, но не расстроился и тихо захихикал. Однако вскоре его весёлости пришёл конец.
— Я так понимаю, нам нужно отыскать резиденцию президента, — объявил Свят свою догадку.
— Здесь не знают ни того, ни другого слова, — сказал Дан. — Хочешь найти замок короля снежных великанов?
— Ты знаешь, где он находится? — в надежде спросил эмпат.
— К несчастью, да, — сморщился огневик, — Но с чего бы тебе нужен король? — не понял он.
— С того, что на карточке изображён белый шахматный король, — объяснил мальчик. — Не может же быть, что он ничего не значил!
Старший сын Черноземца по-новому взглянул на юного друга брата и, хмыкнув, сказал: «Иди за мной и не высовывайся». Затем он, оглядев округу, сорвался с места и побежал к зданию, находившемуся на противоположной стороне. Свят проделал то же самое, замедлившись лишь из-за того, что нечаянно поскользнулся на ледяной мостовой. «Растяпа», — только и буркнул Дан, но больше ничего и не сказал, и продолжил вглядываться в улицу, по которой расхаживали великаны.
Снуя меж зданий, ног великанов и градин начавшегося снегопада, Святослав вместе со своим сопровождающим добрался практически к самым стенам замка. Они спрятались за стареньким хлевом, сверх меры припорошенным снегом, который заледенел до самого основания и прочно закрепился на полуразрушенной крыше, став точно заплаткой.
Возле высоких и таких же грузных ворот, как у входа в город, сторожили великаны-охранники. Они соколиным взглядом обводили всю округу, не пропуская ни одной детали из вида, что делало едва ли возможным проникновение двух лазутчиков в замок к королю снежных жителей этого города.
— Попали, — протянул Дан.
— Не сказал бы, — прошептал Святослав. — Есть два варианта — притвориться реальными лазутчиками или объявить, что я победитель турнира.
— Воображала, — буркнул брат Дениса.
— Да сколько можно?! — воскликнул Свят.
Снежные великаны-охранники, услышав шум, разделились — несколько остались сторожить ворота, а другие двое направились к двум переругивавшимся мальчишкам.
Парни даже и не заметили, как две громадные тени надвинулись на них. Их, точно жалких котят, за шкирки вытянули из убежища и подняли над головой. Святослав, с такой высоты посмотревший на землю, еле удержался, чтобы не закричать, а вот Дан с ужасом вглядывался в пугающие белые зрачки великанов.
— Этого я знаю, — на чистом чародейском сказал великан, державший Свята за ногу, и тряхнул мальчишку. — Его наш главный встречал на последнем этапе турнира этих «блох».
— Не ешьте нас, — взмолился Дан.
Великан, сжавший его в районе талии, только злостно фыркнул и проговорил:
— Мы не питаемся созданиями уже полтора века и соблюдаем все законы, которые вы, чародеи, наложили на нас.
Святослав, не видевший брата землевика, буквально чувствовал, как по спине того стекала не одна капелька холодного пота. Что ж говорить, да и сам паренёк чуточку перетрусил и теперь, вися вниз головой, едва ли мог подобрать слова, которыми он так легко разбрасывался пару секунд назад.
— Чего вам здесь надо? — спросил у него великан.
— Мне к королю вашему надо! — выкрикнул мальчишка, еле двигая высохшими губами.
— Ишь чего захотел! — сказал второй великан. — Чего ты у него забыл? Думаешь, если выиграл турнир, так для тебя все дороги открыты? — вопрошал он.
— Я по другому поводу, — пропищал Свят.
— Сходи к главному и сообщи об этой малявке, — сказал великан, подвесивший Свята за ногу.
Передав в громадные лапищи сослуживца посеревшего огневика, отчего тот негромко вскрикнул, снежный великан, бывший чуть погрубее, удалился к воротам и передал указание тем, великанам, что дежурили у них. Один из них удалился за ворота и пробыл за ними несколько долгих минут, в которые двое мальчишек молились о пощаде. Наконец он вернулся и передал указания тому великану, который обратился к нему. Тот, получив распоряжение короля, вернулся обратно.
— Главный говорит, что победителя турнира король был бы не прочь увидеть, а этого заморыша пусть подержат у себя охранники, — сообщил великан, забирая Дана назад. — Кто это, вообще, такой? — спросил он, указывая на свою «добычу».
— Дан Черноземец, — ответил за парня Свят.
— Черноземный, значит, — прорычал великан. — А я-то думал, почему мне его физиономия так не понравилась.
Огневик одарил Свята самым недобрым взглядом, которым обладал, и со страхом посмотрел в приблизившийся к нему чёрный глаз. Юный эмпат, уносимый другим великаном, только и смог, что виновато развести руками.
— Я тебе это ещё припомню, — прикрикнул Дан.
Святослав больше не видел паренька, ибо ворота захлопнулись перед его носом. Закрыв их на засов, великан покрепче перехватил юношу, перевернув его, наконец, ногами вниз, а затем посадил на плечо. Они двинулись к, высокому, пугавшему своей массивностью и грузностью, дворцу. Он был весь залит голубоватым свечением, который пронизывал даже сам плотный туман, скрывая солнце от снежных жителей. Сказочный замок снежной королевы точно бы оживал перед глазами юного эмпата.
Замок встретил Свята оживлённым гомоном. Редко случалось, чтобы к снежным великанам добровольно захаживали человеческие создания. Бывало, что они появлялись в замке короля, но лишь в качестве посланников от чародеев, а тут к ним пожаловала какая-то кроха шестнадцати лет, и, как он сказал, с весьма важным объявлением.
Святослава провели мимо множества снежных великанов, которые с открытыми ртами следили за тем, как мимо них проводят, посадив на широкое плечо, человеческого мальца.
Миновав толпу придворных и слуг, великан-охранник привёл мальчишку к невысокой кристально-прозрачной двери, выходившей на большой балкон с видом на заснеженный ледяной город.
Сняв юного эмпата с плеча, снежный великан удалился, поначалу одним указательным пальцем подтолкнув паренька ближе к двери, отчего у того подкосились ноги. Мальчишка благодарно кивнул и, толкнув обеими руками тяжёлую, несмотря на кристальную чистоту, дверь, вышел на балкон. Здесь он пока что был совсем один и, положив руки на бортики, в абсолютном одиночестве всматривался в ледяной пейзаж.
— А вот и наш юный эмпат, — послышался тягучий бас.
Юноша тут же обернулся и с недоумением взглянул на человека, обратившегося к нему. Им оказался Бровилиус Кряковски, удивительным образом преобразившийся с их последней встречи. Больше не было тех ужасных морщин и старческой скрюченной спины. На мальчишку глядел среднего роста мужчина с густой рыжей шевелюрой и яркими голубыми глазами.
Святослав незадачливо обернулся, будто ожидал, что за бортом балкона летала странная птица, к которой, собственно, и обратился этот совсем другой, молодой, Бровилиус.
— Как? Почему? Но ведь… — вырывалось из уст Свята.
Мальчишка не мог выговорить то, что держалось на самом кончике его языка или застряло между зубов, как зелёная головка брокколи. Он с непониманием вглядывался в человека, некогда бывшего странной полуразвалившейся рухлядью.
— Удивлён? — не скрыл мужчина своей весёлости.
— Даже словами сложно выразить, как сильно! — высказался наконец юноша и всплеснул руками. — Как?
Мужчина негромко усмехнулся и подошёл к мальчику. Так же, как и он, облокотившись на бортик, чародей посмотрел на горизонт, а затем заговорил:
— Как я стал таким молодым? Это ты хотел узнать?
Святослав быстро закивал головой, ожидая, что же такого сказочного и необычного скажет ему уж точно близкий родственник его подруги-огневицы.
— Всё дело в этом мире. Думаю, ты знаешь о его особенности, — проговорил молодой Бровилиус.
— Он выдуманный, — сказал мальчик.
— Так и есть. Так же, как и Ледяная земля, где заключены преступники чародейного мира. Этот мир и тот являются антиподами по своей натуре — один даёт время, а другой отнимает, — объяснил чародей, теперь вглядываясь в завиток на голове Свята.
— То есть здесь вы живёте дольше, чем на Земле, а когда возвращаетесь в наш мир, то и время навёрстывается? — правильно догадался юноша.
Мужчина, блеснув глазами, кивнул и сказал:
— Ты точно знаешь, что из одного выдуманного мира можно перейти в другой. Нужно лишь найти лазейку.
— Знаю, но к чему вы это сказали? — спросил паренёк.
— В скором тебе это пригодится, — объяснил, загадочно улыбаясь, рыжеволосый чародей.
Юноша задумался и как всегда нахмурил брови. Однако чародей отнял его от раздумий и спросил:
— Ты ведь пришёл, чтобы поговорить с Белым королём?
Святослав одарил чародея изумлённым взглядом. Бровилиус Кряковски, не теряя улыбки, приобнял паренька за плечи и повёл в другую дверь, из которой вышел сам.
В просторный зал, сверкавший точно миллиард самых больших бриллиантов, попали они. Высокие колонны держали потолок, с которого падал пушистый снег и устилался у самых ног, а спустя мгновенье пропадал.
В самом конце зала располагался довольно большой трон, но вряд ли в него смог бы уместиться даже самый хиленький и низкорослый детёныш-великан. В нём же сидел человек, худощавый мужчина в белой маске, закрывавшей всё его лицо, а на его голову был накинут объёмный капюшон с белым мехом, точно на него устлался только что спорхнувший с еловой ветки сугроб.
Чародей встал с трона и спустился по ступеням. За его спиной потянулась длинная меховая накидка, явно снятая со снежного человека или большого полярного медведя.
— А вот и Белый король! — объявил Бровилиус, потешно ухмыляясь и показывая на чародея. — Правдивее же сказать, королева, — шепнул он, наклонившись к уху мальчишки.
Чародей услышал слова Бровилиуса и лишь погрозил тоненьким пальцем в белоснежной перчатке. Затем он, преподнеся руки к голове, сбросил с неё капюшон и, чуть помедлив, снял маску.
— Мама, — выдохнул мальчик.
Женщина в нерешительности остановилась возле собственного трона и ждала, когда же её сын скажет ещё хоть что-нибудь. Однако ж Святослав молчал и с изумлением вглядывался в высокую стройную фигуру матери. Всё же юноша не мог долго стоять на месте и, хоть и не слишком доверял чародейке, медленно двинулся в её сторону, постоянно поглядывая на Бровилиуса. Мужчина одним только взглядом давал ему понять, что он был рядом и не собирался бросать его, если Свят сам не попросит.
— Я обязана объясниться, — первой заговорила женщина.
— Ещё как обязана, — шёпотом пробурчал Свят.
Стихийница, в обеих руках перебирая маску, ждала мальчика. Святослав остановился в паре шагов от неё и замер, с вызовом посмотрев на красивую женщину.
— С давних пор я управляю снежными великанами. Они не знают, кто я такая, иначе бы выкинули меня с этой земли, — начала она своё объяснение.
— И ты думаешь, что я поверю тебе? — удивлённо взметнул бровями мальчик. — Великаны на дух не переносят людей, а твой костюм мало чем роднит тебя с великаном.
— Человек, который ходил в этом костюме, пленил их. Не так давно он передал мне власть. Я никому не сказала, кто я такая.
— А как же он? — Парень кивнул в сторону Бровилиуса.
— Кряковски являются давними друзьями семьи Светлых. Ему я доверяю, как самой себе.
Святослав скрестил руки на груди и, плотно сложив губы, в следующую секунду спросил:
— Почему ты не вытащишь моего отца и Шака из тюрьмы?
— Я не могу делать всё, что мне хочется, — с грустью проговорила женщина. — Димитрий может догадаться, что это сделала я, а потом придёт к снежным великанам и возьмёт власть в свои руки.
— Хорошо, — выдал паренёк, боясь отреагировать слишком резко. — И кто же был прошлым правителем?
— Ты знаешь его под прозвищем ЛИК. В последние годы он стал слишком слаб, поэтому и передал власть в мои руки, а после скрылся.
— Ты сказала, что хочешь объясниться, — заметил Свят. — Так объясни, почему я должен доверять тебе?
— Потому что я твоя мать, — убеждённо ответила Маргарита.
— И это всё? — спросил паренёк, вздёрнув бровью.
— Если позволишь, то я покажу тебе кое-что, — произнесла женщина полушёпотом.
Юный эмпат ещё раз взглянул на Бровилиуса Кряковски, и тот кивнул ему. Тогда мальчик развернулся к матери и сказал: «Веди». Вновь спрятав лицо за белой маской, а чернильно-чёрные волосы — под пушистым капюшоном серебряной накидки, женщина подхватила серебряный посох в правую руку и лёгкой походкой унеслась за трон. Остановившись возле маленькой дверки, она поманила Святослава пальцем и юркнула за неё. Юноша последовал за ней. Забежав в комнатку, следовавшую сразу за тронным залом, мальчик быстро огляделся и, приметив ускользнувший край длинной накидки матери, бросился за ним. Тот вёл его сквозь другие двери, по коридорам, по большим и маленьким залам, по длинным галереям ледяных скульптур, а затем весь этот цикл повторялся заново.
На секунду Свят успел догнать стихийницу и задать вопрос:
— Как так получилось, что чародей смог стать королём снежных великанов?
Женщина замедлила шаг и почти что поравнялась с сыном, всё ещё находясь чуть впереди него. Они шли по одному длинному залу, всему уставленному статуями из идеально-прозрачного льда. Те замерли в самых неожиданных позах, точно застигнутые врасплох искусным мастером: кто-то испуганно озирался назад, кто-то показывал неровный ряд зубов, смеясь явно над очень смешной шуткой, кто-то замер в танцевальном па, а кто-то, вообще, держал в руках сочный кусок пирога и с удовольствием поедал его.
— Почему такие странные статуи? — сменил Свят свой вопрос.
— Некогда живые, — вздохнула женщина, а после, повернувшись к сыну, заговорила вновь: — Снежные великаны обладают поистине страшной силой; они могут замораживать заживо.
— Но как?.. — протянул Свят.
— Как ЛИК покорил их? — поняла Маргарита. — Если бы я знала ответ… Он никогда мне не рассказывал.
— Ты многому у него набралась, — проворчал парень.
— Святослав, — серьёзно проговорила Маргарита, остановившись напротив него. — Я не рассказываю тебе многого не для того, чтобы ты ничего не знал.
— А для чего? Дай угадаю! Чтобы я был в безопасности? — в негодовании проговорил мальчик.
— Да, — ответила женщина.
Искоса заглянув в глаза матери, мальчишка замолчал. В его глазах читалось смятение. И без чтения мыслей можно было сказать, что Свят сомневался, стоило ей верить или нет. С одной стороны, она никогда не причиняла ему вреда, а с другой — умалчивала всё самое важное, прикрывая это заботой о его благополучии.
— Что ты хотела мне показать? — нехотя заговорил паренёк, переводя разговор на другую тему.
Грустно опустив глаза, женщина протянула сыну своё запястье в белоснежной перчатке. Святослав только вздёрнул бровями и не стал принимать её протянутую руку. Чародейка, слегка задетая этим, одернула ладошку и сцепила пальцы на мехе своей накидки.
— Тебе не холодно? — спросила она.
— Потерплю, — проворчал Свят.
Однако стихийница не приняла его слова во внимание и, развязав шнурки, удерживавшие накидку на её плечах, накинула меховой капюшон на белобрысую голову сына, плотно закутав мальчишку в накидке.
— Мне не шесть лет, — буркнул парень, высвобождая руки из-под тяжёлой ткани.
— Постоянно забываю об этом, — виновато улыбнулась женщина и двинула дальше.
— Почему здесь нет ни одного великана? — крикнул паренёк.
— Потому что это мой личный этаж, куда не позволено им заходить ни при каких обстоятельствах, — разъяснила чародейка. — А теперь следуй за мной.
В самом деле, мальчик сильно замёрз в ледяном дворце и поэтому глубже укутался в накидку, а после быстрым шагом поспешил за матерью, которая давно завернула за неподвижную фигуру и скрылась в соседнем коридоре. «Погоди!» — крикнул ей мальчик, пытаясь догнать. Но та, точно дикий зверь, бежала дальше, редко оглядываясь на бежавшего позади паренька.
Стихийница остановилась. Святослав нагнал и остановился за её спиной. Она глядела на стену, на которой висела большая картина с озером и кубышками на нём.
«Стой!» — крикнул мальчик, а женщина уже сложила вместе ладошки и буквально нырнула в картину. Мальчик только успел подбежать и обеими руками схватиться за раму. Не думая, Свят прыгнул в картину следом.