Связана с моим врагом. Магическая Академия

Глава 18: Что ты там делаешь, Арден?

Кайр сидел, скрестив ноги, на полу своей комнаты. Глаза закрыты, дыхание ровное. После их перемирия он, к своему собственному удивлению, всерьез воспринял пункт о «контроле над эмоциями». Его магия была огнем, а огонь питался страстью, гневом, яростью. Чтобы управлять им, он должен был научиться управлять собой.

Он пытался найти внутри себя тихий центр, потушить ревущее пламя до ровного, спокойного горения пилотного огонька. Воздух в комнате стал теплым и неподвижным. Связь с Леей была почти незаметной — далекое, спокойное гудение, похожее на тишину. Впервые за долгое время он чувствовал, что почти достиг контроля.

И в этот момент его накрыло.

Это началось как легкое, едва заметное тепло, не имеющее отношения к его собственной магии. Оно было мягче, деликатнее. Он нахмурился, решив, что это отвлекающая мысль. Но тепло нарастало, превращаясь в волну, которая медленно разливалась по его венам. А за теплом пришло и другое чувство.

Внезапное, острое, как укол иглы, желание. Томление. Неясная, но всепоглощающая жажда чего-то… большего. Его сердце, до этого бившееся ровно и спокойно, споткнулось и ускорило свой ритм. Дыхание сбилось. Это было так чужеродно, так внезапно, что его концентрация разлетелась на тысячи осколков.

«Что это? Это не мое…»

Волна достигла пика, затопив его сознание чистым, незамутненным возбуждением.

Шок от этого вторжения был так силен, что его внутренняя плотина рухнула. Огонь, который он так старательно усмирял, взревел и вырвался наружу. Воздух в комнате раскалился. Маленький коврик у его кровати, сотканный из грубой шерсти, задымился и вспыхнул.

— Демоны! — выругался Кайр, вскакивая на ноги. Он в несколько хлопков потушил пламя, оставив на полу дымящееся черное пятно.

Он стоял посреди комнаты, тяжело дыша. Его колотило. Гнев, смущение и остатки того чужого, но заразительного чувства смешались в гремучий коктейль. Источник мог быть только один. Арден. Что она там, черт возьми, вытворяет?!

Не думая, не рассуждая, он распахнул дверь своей комнаты и пронесся по пустому коридору. Дверь в ее комнату была прикрыта. Он не стал стучать.

Он ворвался внутрь, как ураган.

— Арден, какого демона ты делаешь?!

Лея подскочила на кровати с испуганным вскриком, ее глаза были расширены от ужаса. В ее руках была какая-то книга с яркой обложкой, которую она тут же судорожно запихнула под подушку, словно это была контрабанда.

Кайр замер на пороге. Он увидел все: ее панику, ее раскрасневшееся до корней волос лицо, ее сбитое дыхание. И до него дошло. Медленно, но неотвратимо. То тепло. То желание. Это было не заклинание. Не атака. Это была… ее реакция. На книгу.

Воздух в маленькой комнате, казалось, загустел и начал потрескивать. Его собственный гнев никуда не делся, но к нему примешалось что-то еще. Темное, насмешливое веселье. Он шагнул внутрь и закрыл за собой дверь.

— Проблемы с ковриком? — язвительно спросила она, пытаясь вернуть себе самообладание, но ее голос дрогнул.

— Проблемы с концентрацией, — ответил он, его голос был ниже и хриплее обычного. Он медленно подошел ближе. — Медитировал. Пытался достичь внутреннего спокойствия. А потом кто-то, — он сделал ударение на этом слове, — решил включить свою личную эмоциональную бурю на полную громкость.

Он остановился у ее кровати, глядя на нее сверху вниз. Он видел, как отчаянно она пытается вернуть свою ледяную маску, но ее щеки все еще пылали, а сердце колотилось так сильно, что он почти мог это слышать. Или это было его собственное? Он уже не был уверен. Волна чужого возбуждения, которую он получил, разбудила в нем его собственное, и теперь ему приходилось бороться с этим, стоя всего в шаге от нее.

— Что ты там читаешь, Арден? — спросил он тихо, но в его голосе звучала опасная смесь издевки и неподдельного интереса. — Руководство по поджогу чужих ковров силой мысли?

Она молчала, лишь крепче сжимала под одеялом край подушки, под которой было спрятано ее «преступление». Ее упрямство и смущение были почти осязаемы. И это было невыносимо притягательно. Его злость боролась с желанием рассмеяться ей в лицо, а под всем этим поднималась горячая волна, которую он уже не мог списать на ее влияние.