Связана с моим врагом. Магическая Академия

Глава 30: Парный клинок

Он стоял перед ней, полностью разоруженный, его самая большая тайна была раскрыта в холодном свете уличного фонаря. Лея смотрела на его лицо, на котором отчаяние боролось с упрямой гордостью, и впервые видела его по-настоящему.

Она не стала предлагать ему денег. Это было бы подачкой, оскорблением, которое он бы никогда не принял. Это поставило бы ее в позицию благодетельницы, а его — просителя. Вместо этого она выбрала другой путь.

— Ты не сможешь победить в «Парном клинке» с напарником из таверны, — ее голос был ровным и уверенным, как будто она излагала тактику боя. — Он предаст тебя в первом же бою ради доли побольше. Тебе нужен партнер, которому ты доверяешь как самому себе.

— И где я его возьму? — горько усмехнулся он. В его голосе звучала вся безнадежность его положения.

— Ты смотришь на него, — ответила она, не отводя взгляда. — Мы — «боевая единица», помнишь? Идеальная синергия. Атака и защита. Мы можем это сделать. Вместе.

Кайр замер, ошеломленный ее предложением. Он ожидал чего угодно: жалости, презрения, может быть, даже совета сдаться. Но не этого. Не предложения разделить с ним эту грязную, смертельно опасную авантюру. Он посмотрел в ее зеленые глаза и увидел там не аристократическое высокомерие, а стальную решимость. И он понял, что она права. Это был его единственный шанс.

На следующую ночь двое в темных плащах с глубокими капюшонами, скрывающими лица, вошли в подвал таверны «Ржавый котел». Воздух здесь был спертым. Пахло потом, дешевым элем и кровью. В центре импровизированной арены, окруженной ревущей толпой, двое наемников добивали своего противника. Правил здесь не было.

Они записались на турнир «Парный клинок» под безликим названием «Искра и Лед». Когда их вызвали на первый бой, их противники — двое огромных головорезов с устрашающими шрамами — расхохотались, увидев изящную невысокую фигуру Леи.

Смех оборвался через десять секунд.

Именно здесь, в грязи и жестокости подпольной арены, их «Танец Огня и Щита» родился по-настоящему. Это была не демонстрация для преподавателей. Это была битва за жизнь.

Их противники использовали запрещенные приемы: бросали песок в глаза, пытались ударить в спину. Но Лея была начеку. Ее щиты возникали из ниоткуда, блокируя не только магию, но и подлые физические атаки. Она была их глазами и защитой.

Кайр, чувствуя за спиной не угрозу, а несокрушимую опору, высвободил всю свою ярость. Он больше не сдерживался. Его огонь был не просто заклинаниями, а продолжением его воли, его отчаянного желания победить. Он атаковал, зная, что ему не нужно оглядываться.

Они выигрывали бой за боем. Против них выходили бывшие солдаты, темные маги с запрещенными проклятиями, ловкие ассасины. С каждой победой гул толпы становился все тише, сменяясь напряженным, почти суеверным молчанием. Таинственная пара в капюшонах двигалась как единый организм, как двухголовый монстр, предугадывая каждое движение друг друга.

Финал был самым тяжелым. Против них вышли прошлогодние чемпионы — брат и сестра, известные своей жестокостью и идеальной слаженностью. Бой был долгим и изнурительным. Лея получила глубокий порез на руке, блокируя отравленный кинжал. Кайра отбросило ударной волной, и он на мгновение потерял концентрацию.

В решающий момент, когда один из противников зашел Лее за спину для смертельного удара, она почувствовала лишь короткий укол страха. Ей не нужно было кричать или предупреждать. Кайр, не оборачиваясь, послал назад огненный хлыст, который ударил с идеальной точностью, потому что он почувствовал ее страх и точно знал, откуда исходит угроза.

Победа.

Организатор турнира, мрачный одноглазый гоблин, молча протянул им тяжелый, звенящий мешок с золотом. Они не стали задерживаться, чтобы услышать ошеломленный рев толпы. Схватив свою награду, они исчезли в ночных переулках.

Первым делом они направились к магу-связисту. Кайр высыпал на стол горсть золотых монет, достаточную, чтобы оплатить отправку целого состояния. Его голос был твердым, когда он диктовал сообщение для матери: «Найми лучшего целителя. Не экономь».

Они возвращались в Академию под первыми лучами рассвета. Их тела болели, одежда была порвана и испачкана. Но они шли в идеальном синхронном молчании.

И тогда Лея почувствовала это. Многонедельный, холодный, грызущий страх, который был постоянным фоном в сознании Кайра, исчез. Он просто растворился. На его месте поднялась огромная, теплая, всепоглощающая волна облегчения и благодарности. Эта волна была такой чистой и сильной, что захлестнула и ее, заставляя ее собственное сердце биться чаще от его радости.

Она посмотрела на его профиль в сером утреннем свете. Он был измотан, на его скуле темнел синяк. Но он выглядел спокойным. Впервые с момента их проклятия он выглядел по-настоящему спокойным.