Связанная с драконом. Принц в изгнании

Глава 12

Каждую ночь на протяжении недели я кричу. Будит меня Вэйланд. Я сама не понимаю, что мне то и дело снятся кошмары из того прошлого лачуги. Я все пытаюсь забыть, не думать об этом. 

Но все равно каждую ночь меня будит Вэйланд. Больше со словами, что я ему спать мешаю, но все же. Я ему предлагаю купить беруши, но он почему-то только отрыкивается от этого предложения. И чего злиться, спрашивается? 

Но вскоре мои внезапные ночные пробуждения заканчиваются. Вэйланд или привык, или уже не обращает внимания, или таки купил беруши. 

Я вновь вижу во сне того колдуна. Бегу по лесу, пытаясь от него скрыться. Замираю возле дерева. Под его ногами хрустят ветки. Страх окутывает меня, сковывает будто цепями. Проникает в каждую клеточку моего тела. 

Я срываюсь с места, но слышу голос. 

— Ко мне.

Резко просыпаюсь. Надо мной стоит Вэйланд и смотрит на меня каким-то странным взглядом. 

— Опять? — потираю лицо ладонью. 

— Не опять, а снова, — хмуро говорит он.  — Вот и говорю – идите ко мне.

— Куда? — я после сна плохо соображаю. 

— В кровать, — продолжает Вэйланд. 

— В смысле? 

— Мне надоело вставать ночью, а так вы будете рядом. 

— Эм, — тяну я. — Я не собираюсь спать с вами.

— А я не собираюсь слушать ваши серенады по ночам, — хмурится Вэйланд. 

— Да будто я хочу. И вообще, вы храпите. 

Вэйланд замирает. Смотрит на меня холодным взглядом.

— Я? — вкрадчиво говорит он. 

В этот момент он больше похож на затаившегося хищника, поджидающего свою добычу в кустах. 

— Храплю, — он не спрашивает, а будто констатирует факт. 

— Ну я слышала, — жмусь в подушку и прикрываюсь одеялом, будто щитом. — и это, я вас не бужу. 

Конечно же, господин айсберг не храпит, но нельзя же так вредничать. А главное, будить меня по утрам! Но не скажу, что мне от этого плохо. Я уже привыкла вставать в такую рань и отправляться с ним на пробежку. Хоть это он смог заставить делать. И вообще, не такой он и плохой. Общается со мной. И я впервые чувствую себя в безопасности. Ну, кроме вот этого момента, когда меня приглашают в постель. Но с другой стороны, я же ему обломала всю личную жизнь. Он же ни с одной дамой никуда выйти не может. 

— Все, я больше кричать не буду, — демонстративно поворачиваюсь на бок и закрываю глаза. — Вы же меня разбудили, значит не буд… а-а-а!

Начинаю верещать, когда меня подхватывают как какую-то пушинку. 

— Отпустите, — утыкаюсь в мужскую грудь. 

— Да пожалуйста, — он отпускает меня. 

Я падаю на его кровать. Пытаюсь подняться, но мне не дают. 

— Я хочу спать, — говорит Вэйланд и смотрит мне в глаза. 

— Я тоже. И вообще, я с мужчинами не сплю! До свадьбы. Я приличная девушка, — я поднимаюсь. — Говорю же, лучше бы вы купили беруши. 

— Ложитесь в мою кровать. В ней мне будет легче вас будить при ваших вспышках. Не беспокойтесь, я не посягну на вашу честь. Жениться тоже не собираюсь.

— Точно?

— Я вас хоть раз тронул за все это время, даже несмотря на то, что вы кидались на меня?

— В карете. 

— Это была всего лишь проверка.

— Ладно, — сдаюсь я. — Вы у меня хороший.

И ползу к изголовью. 

Так мы и засыпаем вместе на одной кровати, разделенные лишь одеялами. Прям семейная пара, живущая в браке лет двадцать. 

А вот с утра новости не радуют. Совершено убийство. Некоего Тимила Стоуна. Имя знакомое, но кто это — я не помню. 

***

Огромный дом полон людей. Стражники встречают нас у входа и ведут в покои господина Тимила. Среди знакомых мне — Жеррар и Трулье.

— Что произошло? — спрашивает Вэйланд, пока мы вышагиваем по мраморному полу.

Весь особняк отделан золотом, на потолках фрески с изображениями драконов. Дорого-богато, можно сказать.

— Найден слугами утром с колотыми ранами на спине. Следов взлома нет, следов магии тоже. Рядом только кукла, в руку которой нападающий вложил нож. Куклу проверили,  — отчитывается Трулье. — Контроллер на месте, но сломан. Причем господин Тимил как раз был вместе с куклой в весьма пикантном положении. Картина складывается таким образом. Господин Тимил развлекался со своей куклой. После этого нападавший зашел в комнату и нанес дракону несколько колотых ран в спину.

— Это невозможно… — процедил Вэйланд.

— Сам не понимаю. У куклы в руках окровавленный нож, которым и были совершены удары. Мы уже сопоставили. 

— Да, ладно… — выдыхает Вэйланд. — Ладно, покажите комнату.

Я даже не успеваю сообразить, как нас впускают  в огромные покои. К такому жизнь меня не готовила. На кровати лежит здоровенный голый мужчина, едва прикрытый простыней.

Мой взгляд приковывает кукла, лежащая на кровати. Она безжизненно смотрит в потолок. У нее идеальная белая кожа, а глаза стеклянные. На лице ни единой эмоции.

Она смотрит в потолок. Хозяин лежит рядом.

Вокруг суетятся стражники, что-то записывая и то и дело поглядывая то на куклу, то на труп.

Все резко замирают, когда Вэйланд подходит к господину Тимилу ближе.

Вэйланд осматривает место преступления и хмурится.

—  Слишком много натоптано, — говорит он.

— Простите, лорд Кроудлер, — говорит Трулье. — Тут слуги были и наши люди.

Вэйланд присаживается возле кровати и начинает рассматривать ее.

Я же смотрю на окно – вдруг нападавший именно этим путем проник в комнату? Но затем перевожу взгляд на Вэйланда. Его глаза вспыхивают оранжевым свечением.

— Есть что-то, лорд Кроудлер? — спрашивает Трулье.

— Никаких следов, — говорит Вэйланд и встает.

Смотрит внимательно на труп и на кровать, а затем склоняется к кукле, всматриваясь в ее лицо.

— Рита, подойдите ко мне, — наконец-то говорит Вэйланд.

Я нервно сглатываю и смотрю на стражников, замерших от его слов. Удивленные взгляды устремляются на меня. У них что, куклам не дают имена? Или думают, что слишком долго дракон играет с куклой?