Связанная с драконом. Принц в изгнании

Глава 20

 В воздухе пахнет паленым. Дыхание сбитое. Меня крепко удерживают за руки. Я смотрю только на него. 

Вэйланд тяжело дышит. Какие у него красивые глаза, когда они не драконьи. Карие с переливающейся зеленью. Рука упирается в голую грудь мужчины. Я осматриваю нас, мысленно подсчитывая потери. 

В честном бою пали части моего платья, рубашка и камзол Вэйланда, немного его штаны, которые теперь как бриджи с разной длиной штанин. Вещицы тлеют на полу рядом с нами.

— У нас что-то было? — я пытаюсь выровнять дыхание. 

— Ну, кроме того, что вы с меня и с себя посрывали одежду, а потом еще и я ее поджег – практически ничего, — отвечает Вэйланд, проходясь теплой рукой по моей спине. 

Берет меня за руку и нежно гладит ее. 

— Хорошо, что ожогов нет, — говорит он, а у меня екает сердце. 

Он такой внимательный и хороший. 

— Наверное, лучше бы как-то домой, — сказала я. 

— Да, конечно. Нужно домой, — Вэйланд начинает подниматься вместе со мной. 

Судя по тому, что упирается в меня, то домой нам нужно как можно скорее и желательно под холодный душ. Обоим. 

Вэйланд достает из кармана какой-то пенал, и я разочарованно выдыхаю. Да ладно. Я уже не раз ощущала, что там у него все в порядке. 

Мне протягивают плащ, который Вэйланд специально хранит в шкафу. Видимо, для таких внезапных случаев. 

Я кутаюсь в него. Мы выходим из отделения под удивленные взгляды стражи. 

Карета довозит нас к дому буквально за считаные минуты. Всю дорогу я размышляю об этом странном пожаре. Точнее, даже не пожар, а целое пепелище. Еще и куклу забрали. Явное дело, что заметают следы. Но кто? Еще и Стремл этот непонятный. Вдруг он и есть тот колдун, который сделал это со мной? Но полгода назад… А что, если полгода назад была сделана вот эта кукла, убившая Стоуна? Тогда получается, что таких колдунов может быть еще парочка. 

И это страшно. Сколько еще вот так в лесах по лачугам сидят девушки? Вот бы взять и прочесать их. Но как найти столько людей? Кто будет помогать, кто будет во всем участвовать? 

— Как вы себя чувствуете? — спрашиваю у него. 

— Все нормально, — он помогает мне выйти из кареты. 

На этот раз с ним все в порядке. Кожа больше не горит. 

Я делюсь мыслями с Вэйландом насчет того, что надо бы прочесать леса. Он задумчиво кивает. И в итоге соглашается. Обещает переговорить с Трулье, ведь среди стражников  может быть крот. 

В покои мы идем под удивленные взгляды слуг, которые тут же смущенно опускают глаза.

Еще бы. Полуголый мужчина и закутанная в плащ кукла. 

Мы влетаем в наши покои. Смотрим друг на друга и направляемся вместе в уборную. Вэйланд замирает возле двери, но я беру его за руку. Сама не знаю, почему совершаю такой порыв. Это определенно из-за того, что я за него волнуюсь. 

— Вдруг вы тут еще что-то сожжете, — поясняю я. 

— Точно. Еще нужно вас осмотреть, — его глаза опять вспыхивают едва заметным огоньком. 

Приятное тепло проносится по телу. Но мне хочется побыть с ним. Хотя бы немного. Убедиться, что он там всю уборную не сожжет. 

Мы входим туда вместе. Одежда падает на пол. Мы уже не стесняемся друг друга. Но я все же помогаю Вэйланду снять одежду, то и дело касаясь его мощного тела. Мышцы под моими пальцами напрягаются. Просто литая сталь. 

Почти не касаемся друг друга, когда опускаемся в теплую ванну, специально заполненную для нас. 

Вэйланд придвигает меня поближе к себе. Его грубые пальцы скользят по моей коже, вызывая мурашки. 

— Нашел, — говорит наконец-то он и касается губами моей лопатки. 

— На спине? — уточняю я. — Давайте я гляну у вас.  

Вэйланд выплывает вперед. И я вижу кукольный след на его лопатке. Главное, что мы знаем способ, как это убрать. Я веду пальцами по его спине, слегка массируя. 

— Вам приятно? — спрашиваю его. 

Он так напряжен, что ужас.  

— Да, — выдохнул он. — С вами приятно. 

— Это хорошо. Мне с вами тоже нравится находиться, — я обняла его.

— Я должен вам кое-что сказать, — говорит Вэйланд. — Точнее, признаться.

Я сглатываю. Признание? В любви? Ой. Я готова! 

— И в чем же?

— Я заметил закономерность. Каждый раз, когда у вас отключалось сознание и вы бросались на меня. Я знаю почему. — говорит он. 

— И почему?

— Я вас хочу, — отвечает он. — Каждый раз, когда мое желание было продиктовано инстинктами, вы переставали себя контролировать. 

Я задумываюсь. Сколько раз это было? Вот так – я на грани и на нем. И каждый раз это все его желание пересиливало мое? А перестала я на него накидываться, когда сама захотела. То есть все это время  я ему нравилась. 

— Вэйланд, — я улыбаюсь. — Вы мне нравитесь. Честно и очень сильно. Несмотря ни на что. Вы меня терпите столько времени. И помогаете, хотя могли бы где-то в уголочке поставить, — кладу руку на его грудь, ощущая, как сильно бьется его сердце. 

— Вы тоже мне нравитесь. Но мое острое желание к вам всегда побуждает вас прыгать на меня.

Я хмурюсь. 

Затем обвожу его мышцы, смывая грязь с тела. Мне нравится касаться его, помогать ему. Не думала, что мне такое может понравиться. У меня давно не было мужчины, а тут еще и такие обстоятельства. Но я чувствую, что Вэйланд сам ко мне тянется. Будто ему не хватает какой-то простой ласки. 

Уверена, поклонниц полно, а вот тех, кто действительно любит, мало. Хотя даже думать о таком слишком нагло. Я же не знаю, что у него в голове. 

Вэйланд расслабляется под моими руками. 

Мы заканчиваем водные процедуры, помогая друг другу. Стеснения нет, но все же избегаем касаться как-то больше. 

Меня подхватывают на руки вместе с полотенцем и выносят в покои. Вэйланд кладет меня на кровать и зависает надо мной. Его губы мягко опускаются на мои. Этот поцелуй нежный и медлительный. 

Вэйланд отстраняется от меня и отходит к своим вещам.