Связанные берегом

Глава 6

Шторм закончился. Вновь показалось солнце, а в месте с ним пришло и тепло, по которому я уже успела соскучится. Сава с утра ушел в порт и я как надеялась, что мы с ним больше не увидимся. Вдруг он увидит там свой корабль и так обрадуется, что не станет возвращаться за вещами, но это были лишь мои мечты.
Я закрыла комнату и спустилась вниз. Взяла в баре кулек со сливами и пошла на улицу, чтоб подставить лицо солнцу и посмотреть на возвращающиеся корабли. Ко мне подошла Светик. Присела рядом на камень. Она молчала, а я как-то разговаривать не хотела. Сегодня мой недавний поступок казался диким и глупым. Но тогда я верила, что должна была поступить именно так. Пойти на жертву, которая никому не была нужна. И в первую очередь она не нужна была мне.
— Ты как? — спросила она.
— Нормально. Живая. Даже в зеленую не превратилась, — ответила я. Вытянула руку и покрутила ею на солнце. Усмехнулась. Пусть я и не высказывала такие страхи, но они у меня были.
— Я сделала глупость.
— Какую?
— Что пришла сюда. Лешки поверила.
— Бывает. Главное не обидели?
— Нет. Даже кормили.
— Ну и хорошо. Иди к матери. Она скорее всего уже такого себе надумала.
— А ты?
— Я позже подойду. Мне надо Саву проводить.
— Ясно.
Она была подавлена. Вроде бы мне стоило ее подбодрить, но было лень. Просто лень. Проще было сидеть на камне, вытянув ноги и жевать сливы. Сладкие с небольшой кислинкой сливы. Смотреть на дракончиков, которые ловили рыбу и кидались на чаек, которые эту рыбу пытались у них отобрать.
Кто-то поздоровался, а я ответила лишь кивком. Даже не повернулась к здоровавшемуся. Лень. Просто лень.
Светик какое-то время посидела рядом, но потом поняла, что я ее не замечаю и ушла. Я же задумалась. В Светике я видела дочь, но она ее не была. Наверное, я не ожидала, что мне так резко придется бросить Аню. Была к этому не готова. Но все закончилось. Страница перевернута. Дети никуда не делись. Они выросли. Я развелась с мужем и начала жить другой жизнью, в котором от прошлого остались лишь воспоминания. И только теперь я окончательно это поняла.
— Чего грустишь? Или так переживаешь из-за предстоящей разлуки? — спросил Сава, зачем-то взлохматив мне волосы.
— Сливы ем. Будешь?
— Не хочу, — поморщился он.
— Когда отплываешь?
— Вечером.
— Будешь опять мне правила поведения читать?
— Ты взрослая девочка. Не будешь из моей комнатки притон делать.
— А чего? Разве так можно? — посмотрела я на него. Он покосился на меня и пробормотал какие-то ругательства.
— Пообедаем, да я пойду на корабль.
— Хорошо.
— Все-таки ты какая-то грустная.
— Я замученная. Жду не дождусь, когда тебе платочком помашу и смогу отдохнуть, — ответила я. Он хохотнул. Пока мы шли с ним в кабак, чтоб пообедать, я заметила выползающих обитателей общежития. Выглядели они помятыми. Небритые, грязные. С противными взглядами. — Думаешь, что мне действительно лучше остаться в общежитие?
— Не бойся. Тебя никто не тронет.
— Поверю тебе на слово.
— Какая ты послушная. Даже не споришь.
— Так я и не привыкла спорить, — ответила я.
— А выглядишь такой дерзкой девкой.
— Тебе какая разница? Свое ты получил. Все. Точка.
— И чего сразу злиться? — спросил он, но я решила промолчать и просто поесть в тишине.
Действительно, а чего я злюсь? Почему мне хочется тишины и совсем не хочется думать над своим поведением, принимать его. Не хотела делать работу над ошибками и понимать, что после шторма я изменилась. Изменилась настолько сильно, что мне начало казаться — вчерашняя я была не настоящей, фальшивой. И вся жизнь была фальшивой. Как будто я долго себя обманывала и вот обман раскрылся. Я жду, что все будут показывать на меня, как на обманщицу, но вместо этого вижу лишь понимание.
После обеда я дождалась, когда Сава заберет вещи, а потом пошла провожать его на корабль. Нужно было проводить и попрощаться. Потом сходить за своими вещами...
— И все-таки у тебя на душе не спокойно. Чего? Так переживаешь за свою невинность? Так поверь, ее кроме меня никто не тронет, — грубовато обнимая за талию, сказал Сава. Мы остановились вначале причала.
— Я не знаю зачем сюда приехала. Могла поехать куда угодно, но приехала сюда. Теперь еще и с тобой связалась.
— Одновременно привязалась к берегу. Вросла в него своими ножками, — сказал он. — У тебя теперь не получится уйти отсюда, пока я тебя не отпущу.
— Не смогу уехать?
— Неет, — растягивая гласные сказал он. Опять подцепил пальцем цепочку с якорем. — Тебя будет тянуть море. И тебе не продадут билет на телегу даже до Прибрежья. Не знала об этом?
— Я вроде и не хотела уезжать, — прикусывая губу, сказала я. Заметив, что он за мной внимательно наблюдает, я отвернулась.
Рядом целовалась парочка. Оба молодые. С горящими глазами и полными любви сердцами. Было просто приятно за ними наблюдать. Знать, что есть такие сильные чувства, которые зажигают огоньки в сердцах окружающих.
— Я тебя не люблю. Пусть и разделила с тобой кровать, но я тебя не люблю, — выдала я. И сама испугалась своим словам и мыслям.
— А бывшего мужа любила?
— Нет. Поэтому и хотела в следующий раз, если с кем и сходиться, то по любви, а не просто так, — ответила я. С вызовом посмотрела на Саву. Мне хотелось, чтоб он рассмеялся. Сказал, что я глупости говорю, но он лишь ухмыльнулся. Наклонился ко мне.
— Им будет хуже, чем нам. Эта парочка уже поженилась и толком не нюхала дерьма, что преподносит жизнь. Они думают, что любят друг друга. Но сохранится у них любовь к концу плаванья? Дождется ли она его? Ты меня дождешься. И будешь визжать от радости, что я вернулся. Чувств у тебя будет больше, чем надо, — сказал он. — Поэтому целуй меня и давай прощаться.
Он резко приподнял меня. От неожиданности я схватилась за его плечи. Поспешно поцеловала в щеку, но он перехватил мои губы. Крепко поцеловал. Вновь поставил на ноги, наклоняясь к моему уху.
— Нам не обязательно было кровать делить и спать вместе. Но ты такая аппетитная, что не удержался, — опуская ладонь на мою задницу, сказал Сава. — Вот и живи теперь с этим.
Пока я от возмущения пыталась подобрать слова, он еще раз поцеловал меня и пошел к кораблю. И тут меня пробрал смех. Я засмеялась на всю пристань. Сава обернулся. Улыбнулся. Махнул мне рукой и поднялся по трапу.
Это надо было так меня провести? И я главное поверила. Нужно было все же побольше информации про якорей узнать. Только про такие подробности никто не говорил, предпочитая замалчивать. Тут правила никто не считал нужным разжевывать. А потом удивлялись, почему не знаешь такие детские истины. Вот я и попалась. Но злости на него у меня не было. Время мы с ним провели достаточно неплохо. Можно будет потом чего вспомнить и внукам рассказать.
Я думала, что уйду сразу после того, как корабль отчалит, но вместо этого продолжала ждать, когда корабль уплывет вдаль. Не знаю почему, но мне это было важно. Только отошла в сторону от причала.
— Привет, меня Алиса зовут.
— Женя, — ответила я, глянув на девушку, которая прощалась на причале с парнем и которой я немного позавидовала.
— Можно? — спросила она, кивнув на лавочку, сделанную из бревна. Эту лавочку уже оплели лианы и сделали ее зеленной, но никто не думал отвоевывать у них бревно, предпочитая просто на нем сидеть. Я только пожала плечами. Мне было все равно сядет она или пройдет дальше. Девушка села. Какое-то время молчала, но потом все же решила продолжить разговор. — А вы давно в якорях ходите?
— Пару дней.
— Я тоже. Так обрадовалась, что Егора взяли на корабль. Это прям настоящее чудо. Сразу его убедила, что буду ждать. Он только тогда пошел. У него отец один пошел и не вернулся. Говорят русалка унесла. Так Егор боялся в море идти без якоря. Я вроде согласилась, а сейчас думаю, что может не права была?
— Хочешь, чтоб его русалка увезла? — спросила я. Все же общение с Савой за несколько дней сильно испортило мой характер. Откуда-то появилась язвительность.
— Нет! Но... Я прям сама не своя. Он еще не уплыл, а я чувствую, что все вокруг изменилось.
Изменилось. Я сама это понимала, но не могла объяснить словами. Перемены. Они происходили так внезапно, словно я за ночь стала другим человеком. И это сильно пугало. Алиса еще пыталась развить тему, но я молчала. Зачем мне нужны чужие проблемы? Своих хватает.
И вот корабль медленно отчалил. Я услышала, как поднимается дым из больших высоких труб. Слышала как заработали моторы, которые повели корабль из бухты. Я уже знала, что когда корабль отплывет на значительное расстояние, то котлы выключат и поднимут паруса. Их наполнит ветер и поведет в открытое море. Туда, где за горизонтом есть россыпь островов и длинные полосы материков.
Откуда такие знания взялись? Усмехнувшись, я стала лениво смотреть за кораблем и мысленно желать ему удачи.
Очнулась я где-то к вечеру, когда солнце начало заходить. Алиса к этому времени уже ушла, а я не заметила этого. Нужно было забрать вещи у тети Зины. Я и пошла к ней по улицам, где до сих пор бурлил народ, желающий устроиться на корабли. Все было как всегда, и это меня раздражало.
В квартире Светик уже стояла у плиты. Тетя Зина резала начинку. Мира читала книгу. Мужик, которого тетя Зина приютила, куда-то делся. Видимо шторм переждал и свалил в закат. Интересно, хоть потом вспомнит? Было бы забавно, если бы он про доброе дело забыл.
— Смотрю, что ты все-таки влипла? — насмешливо спросила тетя Зина. — А я тебя предупреждала, что не надо тут задерживаться. Теперь корнями врастешь.
— Тебе-то что до меня? Или думала, что я уеду и буду со Светиком на Большой земле возиться? А оно мне надо? — огрызнулась я. И поняла, что попала в цель. Может тетя Зина и считала меня глупой, но я хорошо читала ее намерения.
— Съезжаешь? — спросила она. — Тогда за две недели вперед оплати.
— Зачем? У нас не было договора, чтоб я заранее предупредила о съезде. Наживаться тетя Зин не надо. Да и совесть надо иметь, — опять огрызнулась я. А ведь неделю назад я бы даже спорить не стала. Ведь им нужны деньги. Надо войти в положение...
— Какая ты дерзкая стала! Не даром говорят, что с кем поведешься, то от того и наберешься.
— А мне нравится, — улыбнулась я. — Письма не приходили?
— Нет. Какие письма, когда дорогу еще не открыли? Как откроют, так и пойдет почта, — хмыкнула тетя Зина.
— Тогда я пошла. Удачи.
— Жень, а у внизу все тоже зеленое? — неожиданно подковырнула меня Светик. Прыснула от смеха. Тетя Зина тихо рассмеялась.
— Так чего сама не проверила? Вот проверила бы, так и вопросов задавать не пришлось, — ответила я, покачав головой.
Ладно, я и не хотела благодарности. Сама виновата, что в людях видела только хорошее, а на плохое закрывала глаза. Интересно, а у Савы было что-то хорошее? Пока я этого не заметила. Или в этом и была его особенность? Он сразу показал свой характер, вредность и эгоизм. Зато не надо будет удивляться.
Опять я тащилась с неудобной сумкой. И вещей в не прибавилось. Платье. Нужно было купить новое платье. Что-то легкое. Приятное. Чтоб его почти не чувствовать. Чего я все время чуть не под горло хожу? Только потею от жары и духоты.
Вход в общежитие был как из кабака, так и со стороны ремонтного ангара. Поэтому мне было проще пройти через кабак, чем обходить здание.
— Все же решилась переехать? — спросил хозяин кабака. Я показала ему ключи и поднялась в комнату к Саве.
У него была хорошая комната. С отдельной душевой и уборной комнатой. А еще тут был вид на море. Оно было таким близким, что одновременно восхищало и пугало. С пристани постоянно шел шум. Я видела, как работали грузчики, слышала, как кто-то рядом с кабаком пел песни.
Я не стала раскладывать вещи. Положила сумку рядом со стеллажом и подошла к окну. Где-то там, за горизонтом плыл корабль. Если поднять голову, то там можно было бы увидеть звезды, которые в поселке были не видны из-за яркого освещения.
Голова закружилась. Я медленно осела около окна. Закрыла глаза, чувствуя, что в теле появилась легкость. Темнота. Она тут же появилась и пропала. На ее месте появилась резкость. Все предметы были яркими, четкими. Корабль. Палуба. Какие-то ящики. Они закреплены толстыми канатами. Ветер хлопает парусами. Откуда-то раздаются команды, чтоб выправить паруса. Вокруг светят прожекторы.
Какой-то матрос спустился на канате. Он пронесся мимо меня, чтоб привязать канат к креплению в борту. С этой стороны корабля выключили прожектор. Я слышала команду проверить крепления ящиков.
— Посмотри на небо, — услышала я насмешливый голос Савы. Я повернулась к нему. Он стоял позади меня и ножом отрезал куски яблока.
— Как? — я запнулась, встретившись с его насмешливым взглядом.
— На небо посмотри. Ты же хотела звезды увидеть.
Послушно я подняла голову к небу. Россыпь звезд подмигивала мне, словно предлагали попробовать до них дотянуться.
— Не получится, — усмехнулся он. — Это как до солнца пытаться дотянуться. Неблагодарное дело.
— Как я здесь оказалась?
— Сегодня в кочегарке коптился. Поэтому у меня короткая смена и выход на свежий воздух, — ответил Сава, продолжая жевать яблоко. Усмехнулся, а ведь в глазах любопытство. Он точно наблюдал за моей реакцией. — Вот решил тебе звезды показать.
— Звезды — это хорошо, но как я на корабле оказалась?
— Я тебя позвал.
— Из-за этого? — я показала на цепочку.
— Нет. Якорь всего лишь показывает, что если упадешь где-нибудь по дороге, то за тобой бы приглядели. Я же не знаю, чем ты занимаешься, когда зову.
— А договориться заранее?
— Не получится. Это сейчас у нас с тобой совпадает время. Чем дальше мы будем отплывать, тем больше будет разница. К тому же никогда не знаешь, когда ты мне понадобишься, — ответил он. Кинул огрызок за борт. Убрал нож. Я же подошла к борту корабля.
— Я чувствую ветер.
— Я же его чувствую, так почему не будешь этого чувствовать ты? — насмешливо спросил Сава.
— Но при этом меня тут нет. Так?
— Твое тело на берегу. А вот душа со мной.
— И почему об этом никто не говорит на берегу? Делают тайну.
— Это пугает.
— Есть шанс, что не удастся вернуться?
— Есть шанс погибнуть, если погибну я, — ответил он.
Я прошлась по палубе. Сава продолжал за мной наблюдать. Испугалась ли я? Нет. Страха совсем не было. Зато был интерес.
— Я в первый раз на корабле, — ответила я.
— Все когда-нибудь бывает в первый раз, — усмехнулся он. — Скоро он тебе надоест.
— Но тебе же не надоедает?
— Нет.
— Тогда почему должно надоесть мне?
Сава забрался на ящик. Я видела, как ветер треплет его листву в волосах. Проходится по кожаной безрукавки, приподнимая ее край. Все-таки он был сильный. Крепкий. С большими руками и такими же накаченным телом.
— Здесь ничего не происходит, — ответил Сава. — Скучно.
— Ты меня пытаешься в этом убедить?
— Предупреждаю.
— Скучно будет тому, кто хочет веселья вместо того, чтоб просто смотреть на небо, — ответила садясь рядом с Савой, прямо на палубу. Прислонилась спиной к ящику и посмотрела на звезды, которых стало еще больше.
Мы молчали. Что-то в этом молчание было такое, чего не хватало. Долгое время не хватало, но я это не понимала.
— Я как-то слышала, что волхи с ума сходят по свободе, лесу и луне. Они видят в этом какой-то дикий смысл жизни. Бывший муж пытался это объяснить, но я его не понимала. Для меня было как-то странным бродить в глуши по лесу, когда есть хороший дом, удобная одежда и все удобства под рукой. Когда тебя ждут в гости, когда есть обязанности, то нельзя все бросить и убежать в леса. А сейчас я сижу на палубе корабля, смотрю на звезды и понимаю, что мне ничего не нужно.
— Это пока тебе все в новинку. Потом надоест.
— Откуда такая уверенность?
— Не ты первая не ты последняя это говоришь, — ответил Сава.
— А что случается с женщинами, которые перестают быть якорями?
— Кто-то работает в поселке, кто-то уезжает. После плаванья неплохие откупные платят.
— И связь не поддерживают.
— Зачем?
— Но ведь за плаванье становишься довольно близким человеком. Мы же друг друга чувствуем.
— От этого и бегут. Ладно, мне пора на боковую. Еще в собачью вахту выходить. Надо перед этим поспать. Пойдем, составишь мне компанию.
— Ты про вахту?
— Про сон, — усмехнулся он.
Я шла за ним следом ступая босыми ногами по палубе. И я ощущало тепло нагретых солнцем за день досок. А потом мы спустились по железной лестнице внутрь корабля. Прошли по узкому коридору, чтоб спуститься по следующей лестнице еще ниже. Тут было жарко и душно. Пахло горелым. Сава открыл дверь. Она вела на железный мостик, перекинутый под потолком высокой комнаты, в которой стояло десяток печей. Рядом с ними были горы угля. От этих печей шел сильный жар. Мы прошли по мостику, перешли в еще один коридор. Сава с кем-то поздоровался. А потом вошел в небольшую комнату, заставленными трехъярусными кроватями. Он забрался на второй ярус. Я же оглядывалась по сторонам. Кровати, кровати, в углу стол, за которым во что-то играл десяток мужчин. Все зеленые. Разных возрастов. Разного телосложения.
— Так и будешь на всех пялиться? — буркнул Сава.
— Так ты сам меня сюда пригласил, — ответила я, забираясь на кровать. Места тут было немного. Пришлось лечь боком. Сава еще поднял железную боковину, явно предназначенную удержать от падения. — Я вроде как дух, так почему мне тут тесно?
— Тут мало места, — ответил Сава.
— Но на меня это не должно влиять.
— Откуда я знаю почему так, а не иначе. Я тебе не ученый.
— Слушай, а меня еще кто-то видит.
— Нет.
— Но тебе слышат. Твои ответы мне.
— Да.
— А тебя это не волнует?
— Почему это меня должно волновать? — похоже мой ответ его удивил.
— Ну, ходишь, как сумасшедший. Сам с собой разговариваешь.
— Никто сумасшедшими операторов связи не называет, так чего тут удивляться?
Логично. Ели бы зеркала и шары были доступны каждому, то моряки бы разговаривали с близкими через них. И никто бы не подумал, что они сумасшедшие. Тут же был иной принцип связи, но это же была связь.
Я закрыла глаза. Странные ощущения. Он был рядом, но при этом его не было. Я ощущала его тело, которое меня вдавливало в железную боковину и при этом понимала, что меня на этом корабле нет. В голове была такая путаница, что это вызывало небольшую нервозность.
— Вот про это и речь, — сказал Сава, словно прочитал мои мысли.
— А мне кажется, что это как в море. Когда заходишь в воду, я хотя и не заходила в нее так глубоко, но думаю, что будет так. Когда заходишь в воду, то не понимаешь, где низ, а где вверх. Перестаешь ощущать себя в пространстве. Нет той уверенности, как на берегу...
— Дура, — бросил он и повернулся на другой бок.
Вот и зачем меня было звать? Что от меня отворачиваться? Я сама от него отвернулась и закрыла глаза. Меня тут же выключило. Сон. Быль. Какие-то обрывки воспоминаний. Почему-то приснилась Аня. А потом я резко открыла глаза.
Комната. Море шумит под окном. Я спала прямо на полу в неудобной позе. Из-за этого затекло все тело. Болела голова. Хотелось есть и пить.
Поднявшись, я посмотрела в открытое окно. Внизу разгружали рыболовную шхуну. Море ласково ласкало берег. На небе плыли пушистые облака. И где-то вдалеке, там, за горизонтом плыл корабль, где я была ночью, не выходя из комнаты.