Связанные берегом

Глава 7

Следующее письмо от Ани пришло через месяц после отплытия Савы. Да, теперь дни я считала от его отплытия, а не по календарю. Тоска. Я сильно по нему тосковала и мне его не хватало, хотя при этом он мне не нравился. Чем больше я его узнавала, тем больше считала, что он мне точно не пара. Но при этом я чувствовала тоску, от которой щемило сердце.

Каждый день я выходила на берег моря. Иногда просто сидела и слушала, как шумят волны. Иногда собирала сухие ветки, которые выносило на берег. Или собирала лианы, которые пытались захватить берег. За это я ничего не получала, но зато хоть чем-то могла занять себя, потому что на работу меня никуда не брали.

И вот пришло письмо. Аня восторженно писала о первом бале, рассказывала о первых знакомствах, а потом о том, что она с мачехой стали лучшими подругами. Я читала письмо и ничего не чувствовала. Дочь мне рассказывала о другой жизни, той, которую я начала забывать и при этом меня это совсем не волновало.

Я написала, что рада за Аню. Рассказала, что хорошо устроилась. А больше рассказывать было не о чем. Про Саву я не могла рассказать. И про лианы не могла. Даже если бы захотела, то не смогла бы написать, потому что строчки сразу начинали путаться и получалась ерунда. Как я смеялась про себя, что эта особенность прилагалась к колдовской тоске к мужчине, который меня совсем не интересовал.

Закончив писать ответ, я тут же упала лбом на стол. И ведь я видела, как стол приближался, но смягчить падение не успела, потому что уже отключилась.

— И что теперь? — спросила я Саву.
— А ты оглянись по сторонам, — посоветовал он.

Я сидела на одной из матч. Внизу была палуба, по которой суетливо ходили матросы. Небо было очень близко. Казалось, что можно до него дотронуться рукой. Ветер трепал волосы и собранные паруса.

— А почему паруса собраны? — спросила я.

— Надвигается буря, — ответил Сава. — Оглянись.

Позади меня действительно надвигалась туча. Она была тяжелой и мрачной.
— А поселок буря настигнет?

— Нет. Но корабль зацепит. Поэтому будешь со мной все это время.

— Мне надо хоть в кровать лечь. Я за столом уснула.

— В кабаке?

— Нет. На почте. Письмо от дочери получила и решила тут же ответ написать.

— Ничего страшного. Вынесут на улицу, когда будут почту закрывать, — сказал Сава.

— И я буду на земле лежать рядом с почтой?
— А чего такого? Там неплохое место. И лианы растут густо. Будет как мягкая кроватка, — ответил Сава.

Я уже знала, что с ним спорить бесполезно. Он часто гадости говорил, поэтому я уже не стала на него обращать внимание. Поднялась в полный рост. После этого пошла по матче. Сава в этот момент продолжал крепить паруса.

— Сава, а что будет, если я прыгну вниз с мачты в море?

— Почувствуешь, как погружаешься в воду. Я умею плавать. Поэтому ты почувствуешь мои воспоминания о воде.

— Тогда не пойду плавать.
— Скоро приплывем на острова. Вот тогда я тебя поучу плавать.
— Нет! Ты меня не затащишь в воду.

— Еще как затащу, — ответил Сава, усмехнулся. Когда он вел себя вот так, без гадостей и надменности, то был неплохим мужиком. Но это все быстро прекращалось. Дальше следовала гадость или попытка доказать свое превосходство за мой счет. Показать мне мое место. — Ты же моя девка. А значит спорь не спорь, но отказаться не сможешь.

Вместо ответа я ему только язык показала. Перебралась на другую матчу. Посмотрела в сторону надвигающейся бури.

— Нам пора спускаться, — сказала я.

— Терпит.

— Сава, спускайся. Иначе упадешь, — повышая на него голос, сказала я. Он даже оборачиваться не стал. Схватил канат и прыгнул вниз. Порыв ветра налетел внезапно. Я видела, как Саву откинула вместе с канатом за борт. Он напоминал мне флаг, который трепало на ветру. Корабль закрутило. Я побоялась, что упаду с мачты. Что меня снесет этим ветром, но он проходил сквозь меня и не причинял вреда. И вот порыв ушел. Я стала спускать на палубу по веревочным лестницам, которые были протянуты между мачтами. Сава все еще болтался на канате, но с другой стороны борта. Корабль крутило, поэтому к нему не могли подойти на помощь.

Я спустилась на палубу. Спокойно пошла в сторону Савы, не обращая внимание на крики. Выглянула за борт. Он висел на канате. Лицо разбито. Зеленая кровь закрывала глаза.

— Ты будешь долго тут висеть? Или допустишь, чтоб тебя море забрало.

— Голова кружится, — пробормотал он.

— Слева от тебя железные скобы. Ты по ним лазил тысячи раз. Тебе не надо глаза открывать, — сказала я.

— Если я канат отпущу, то парус...
— Схватись за скобу. Канат на руку. Ты надо мной смеешься? Вспомни, как ты два года назад...

— Замолчи. И без тебя тошно.

Корабль перестало кружить. Я забралась на перила борта и стала смотреть, как Сава пытается выбраться.

— А где твоя язвительность? Язык прикусил? — спросила я.

— Вот сейчас доберусь до тебя и ты мой язык почувствуешь.
— Напугал, — хмыкнула я. — Вначале выберись. Руки, как банки, а толку от них, если подняться не можешь.

— Глянь, там никто меня не заметил?
— Нет. На палубе несколько раненых. Сейчас им помощь нужнее, чем тебе. К тому же зачем тебе такие банки, если ими не можешь подтянуться? — продолжала я язвить.

— Значит, ты умаешь, что у меня руки, как банки?
— Или как огромные кружки. Еще немного, Сава, ты почти справился.

— Дурная. Почему раньше не предупредила? — переваливаясь через борт, проворчал он.

— Осторожно, канат!
— Помню я про этот... — он выругался. Привязал канат к крюку и вновь сел на палубу. Размазал кровь по лицу. Я села рядом с ним. Положила голову ему на плечо.

— Что случилось?

— Такая буря, — ответил он.

— Я не хотела тебе грубить.
— Все нормально. Ты все сделала верно. Я немного растерялся. Вот поэтому я тебя и не хочу отпускать, — сказал он. — Не все можно предугадать.