Связанные: Отражение.

8 глава. Иерархия школы.

Всё шло на удивление спокойно. Мне даже казалось, будто ничего и не изменилось. Да, учителя иногда бросали на меня удивлённые взгляды, одноклассники не стеснялись перешёптываться — мой новый образ явно производил эффект, — но внутренне всё ощущалось по-прежнему. Привычно. Слишком привычно. Я даже не заметила, как закончился уже третий урок, и прозвенел звонок на большую перемену.

Как и всегда, мы с друзьями направились в столовую. Классика. Если кто-то хочет понять, как устроена школа, кто здесь главные, а кто на дне пищевой цепи — добро пожаловать именно туда. Столовка — неофициальный центр школьной иерархии. Тут всё, как в документалке про диких животных: популярные парни и девчонки обосновались в центре зала, менее заметные — по периметру, ну а неудачники… вечно в тени, где-нибудь у окна или у выхода. Среди парней правят сила и статус, среди девушек — внешность и влияние.

В прошлом году я чувствовала себя белой вороной. Немного не от мира сего. Мои друзья — элита, а я выглядела так, будто случайно попала в их компанию. Вроде бы своя, но будто бы «на скамейке запасных». Сейчас всё изменилось. Я наконец-то выглядела как часть команды. Официально.

Луиза, Ай и Сезим — без преувеличения, топ нашей школы. Луиза — не просто самая красивая девушка, она ещё и победительница городского конкурса красоты. Её обожают за внешность, за ум, за харизму. Ну и… я тоже. Сложно не обожать Луизу, она как сияющее солнце — тянет к себе всех.

Ай, с первого взгляда может показаться сорванцом — озорная, громкая, любит шутки и розыгрыши. Но когда она выходит на волейбольную площадку — это уже не Ай, а машина. Боевая. Наша школьная команда с ней дошла до юношеского финала всей страны. Ну и да, её семья — миллионеры. Девочка с золотой ложкой в зубах, как я её иногда дразню. Но при всём этом — она добрая до безобразия, и с ней всегда весело, как на празднике.

Сезим — актриса от бога. Её глаза могут заплакать на ровном месте, а потом через секунду она уже смеётся, будто ничего не было. И при этом она остаётся одной из самых красивых девушек города. И да, немного дотошная. У неё всё должно быть «как надо». Зато именно за это я её уважаю — с ней можно положиться на результат, как на будильник в понедельник.

Адал… Ох, Адал. Он известен не только у нас, а в целом среди школ нашего района. Его прошлое всё ещё ходит по школе в виде легенд. Кто-то говорит, что он в одиночку справился с троими старшеклассниками, другие — что он однажды спас котёнка с дерева и это было страшнее любой драки. Никто толком не знает, но все боятся и уважают.

Мади же стал капитаном баскетбольной команды — и теперь его имя знает каждая девчонка младше десяти класса. Он даже стал немного… важным. Но всё равно остался тем же Мади, который прячет в рюкзаке печенье для нас.

Теперь, когда я стала такой же, как они… разве у меня не должно быть больше проблем? Я же наконец-то вписываюсь. Или всё-таки?..

В столовой, как обычно на большой перемене, было людно и шумно — ощущение, будто весь школьный улей высыпал сюда за нектаром в виде котлеты и сока. Воздух наполнили ароматы еды, перемешанные с духами девушек и запахом спортивной формы от столиков с парнями-качками. Большинство мест уже были заняты: центральные столики — за популярными, угловые — за «невидимыми», одинокие сидели у стен, словно боялись потревожить чей-то баланс. Несколько мест — у спортсменов — вообще были как неприкасаемые тронные залы: садись туда — и считай, подписал себе приговор на весь учебный год.

— О, сегодня котлета и куриный суп! Яблоко и апельсиновый сок… Ммм, может, потом возьмём добавки? — радостно протянул Мади, уставившись на поднос, как на сокровище.

— Ты, как всегда… — закатила глаза Ай. — Мади, почему тебе вообще нравится школьная еда?

Она всё никак не могла понять его вкусы. В принципе, неудивительно. Учитывая, что её семья — самая богатая в городе, можно сказать, её вкусовые рецепторы росли в тепличных условиях. До нашей дружбы Ай вообще не появлялась в столовой — у неё дома был личный шеф-повар! Да, именно шеф.

Мы это узнали, когда ночевали у неё — у неё там было всё: от поваров до горничных. Представьте себе, в обычной казахстанской семье — горничная! Я такое только в кино видела. И в основном — про богатых американцев или европейцев. А тут... Ай и её семья. Прямо сериал про жизнь золотой молодёжи.

— Сам не знаю, — пожал плечами Мади, с видом знатока зачерпывая суп. — Просто нравится. И всё. Душевно, по-домашнему.

— Ай, а где Луиза? — спросила Сезим, передавая мне стакан с соком. У неё всегда такие мягкие, почти материнские жесты, будто она с рождения родилась заботливой.

Я задумалась. И правда… я не видела Луизу с тех пор, как она вышла из класса за новым учителем. Исчезла как в тумане.

— Наверное, вызвали в учительскую, — сказал Мади. — Всё-таки она староста. Новый учитель, наверняка какие-то бумажки, списки, организационные вопросы.

— А, вот в чём дело… — кивнула Сезим. — А я хотела с ней поговорить. Ну ничего, потом.

Мы заняли наш привычный столик. Он находился недалеко от окна, с видом на школьный двор, и почему-то всегда оставался свободным — как будто сама атмосфера понимала, кто мы такие. Учитывая, с кем я теперь за одним столом, никто не осмеливался его занимать. Место популярности — это, конечно, не кресло президента, но тоже с определённым весом. Раньше я чувствовала себя случайной прохожей за этим столом, но теперь… теперь всё было иначе.

— М-да, чувствую себя лишним среди таких знаменитостей, — пробурчал Адал и вонзил вилку в свою котлету, будто та была виновата в его неуверенности.

Что он только что сказал?! Лишним?! Да уж, смешнее шутки я не слышала. Уж кто-кто, а он точно не серый фон. Его имя знают даже в соседних школах — не из-за мемов, а из-за настоящих историй, которые передаются как страшилки на переменах. Его уважают, боятся, о нём шепчутся — и всё равно он считает себя «не на месте»? Это я могу так говорить! Я! Не он! Ему бы уверенности граммов сто — с утра в чай подсыпать!