Связанные: Отражение.

23 глава. Старые и новые чувства 2.

— Бу-у! Страшно?! — Санат выскочил из тьмы, осветив своё лицо снизу фонариком, будто на ужастик пересмотрелся.

— Отстань, идиот! — Я фыркнула, стараясь не выдать, как сильно дрожу внутри.

Коридор был узкий, пропахший сыростью, со стенами, исписанными красной краской — хотя в полумраке она выглядела слишком уж реалистично. Пол скрипел, потолок капал, а фонарик в моей руке дрожал почти так же сильно, как и я. За каждым поворотом выскакивали манекены с перекошенными лицами, кто-то из них даже издавал пугающие крики. Каждый раз я подпрыгивала и цепенела, а Санат только отмахивался и бурчал:

— Ну что ты, тормоз! Давай быстрее, мышонок!

Он шёл впереди, хихикая при каждом «страшном» элементе, а я — позади, мелкими шагами, стараясь не задеть ни одну стену. Хотелось схватиться за его руку, просто чтобы не упасть от страха, но воспоминание о том, как он уже однажды меня оттолкнул, остудило этот порыв.

И тут — щелчок. Я споткнулась.

— Ай! — Я повалилась на пол, пытаясь понять, за что зацепилась... но не успела — чья-то холодная рука крепко сжала мою лодыжку.

— АаааААААААА!! — я взвизгнула на весь коридор, осветив вниз — и увидела ещё одну руку, теперь уже костлявую, тянущуюсь к другой ноге. Моя правая рука дёрнулась — но и её схватили! Я не могла пошевелиться, сердце колотилось как бешеное.

Вот оно. Сейчас точно в обморок.

И в этот момент рядом мелькнул луч света и голос:

— Эм... что ты тут валяешься? — Санат стоял надо мной, посветив мне прямо в лицо, отчего я щурясь пробормотала:

— Ру... руки... схватили...

Он посветил вниз и... расхохотался.

— О, ужас, пластиковые ручонки! Какой кошмар! — Он легко оторвал их от моих ног и начал тыкать мне ими в лицо, изображая зомби. — ААА, спасите! Они идут за тобой, Айка!

— Прекрати! — Я вжалась в стену, закрывая глаза.

— Ладно-ладно, — он фыркнул, — не бойся, убрал. Видишь? Всё спокойно.

Но он всё ещё держал их. И тут…

Пальцы на «руках» зашевелились. Сначала медленно, затем быстрее — и одна попыталась ухватить его за шею.

— Эй-эй! Ты чего! — Санат с криком отшвырнул их подальше. — Иш, до чего техника дошла! Электронные руки... прикольно. Хочу себе такие.

Он повернулся ко мне:

— Ты опять в ступоре? Да сколько можно?! Пошли уже, у меня от твоей паники уши вянут!

Я медленно открыла глаза — и застыла. Его лицо было так близко, что я ощущала его дыхание. Мы почти касались носами. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга — его глаза были не насмешливыми, а почти... серьёзными. Странно. Даже приятно.

— Чёрт... — Санат тяжело выдохнул, нервно почесав затылок. — Всё ещё не могу привыкнуть... В детстве ты была такой милой, потом распухла и превратилась в ходячую катастрофу, а теперь — бац, перерождение. Всё по новой.

— К-как будто ты сам не изменился! — огрызнулась я, скривив лицо. — Раньше ты был хоть немного приятным... а сейчас — просто заноза!

— Да-да, очень остро. Вставай давай! Я не собираюсь здесь корни пускать!

— Хорошо, сейчас... — Я попыталась подняться, но мои ноги словно исчезли. Тяжёлые, будто ватные. Я снова опустилась на пол.

— Эй! Ты глухая?! Я кому сказал?!

— Я не могу! — паника нарастала, как буря. — Я вообще не чувствую ног!

— Что?! — Его глаза расширились. — Паралич? Прямо как в фильмах?! Ты что, реально от страха?!

— А ты думаешь, я себе это придумала?! — Я почти закричала, дрожа. Ноги оставались чужими. Безжизненными.

Мы не разговаривали — мы орали. Кричали друг на друга, перебивая, как два неадекватных персонажа в дешёвой комедии. Страх сменился злостью — на него, на этот коридор, на себя. Прошло, наверное, минут десять криков, прежде чем наступило зловещее молчание.

— Ты точно не можешь встать? — Он, прищурившись, посветил мне на ноги, как будто ожидал, что они внезапно заговорят.

— Да блин, если бы могла — я бы уже вылетела отсюда, как пуля! — Сжимая кулаки, я чуть не швырнула в него фонарь.

— Ну, круто. И что теперь? — буркнул он, озираясь по сторонам.

Я посмотрела на него, прищурилась. В голове возникла идея.

— А может... — Намёк был более чем прозрачен.

Он отшатнулся, будто я предложила ему съесть лягушку.

— Чего?! Не-не, на руках носить таких, как ты? Да ещё бесплатно? Спасибо, не надо.

— Ну, тогда сиди тут со мной до утра. Я не встану. — Я упрямо скрестила руки.

— Ладно. Пока. — Он махнул рукой и пошёл прочь, даже не обернувшись.

— Ты что, серьёзно?! — Я вскочить не могла, но голос срывался от ужаса. — Ты меня здесь бросаешь?!

— Ага. — Его силуэт растворялся в темноте.

Я прижалась к стене, закусила губу. Паника захлестнула, дыхание стало рваным. Слёзы сами потекли по щекам. Как в детстве. Беззащитная. Маленькая. Одна.

— Мда... ты, как всегда, — раздался его голос. — Всё такая же плакса.

Я подняла голову. Он вернулся. Его лицо, хоть и ехидное, но в глазах мелькало что-то... другое. Тёплое. Он сел рядом, и — неожиданно — аккуратно вытер мои слёзы пальцами.

— Когда ты наконец повзрослеешь, а? — пробормотал он, с кривой усмешкой.

— Дурак. Придурок. Самовлюблённый... — я хлюпала носом, но уже не могла сдержать дрожащую улыбку.

И прежде чем я успела понять, что происходит — он подхватил меня на руки. Его тепло пробрало сквозь одежду, как будто я оказалась в каком-то глупом, но уютном сне.

— Эй! Что ты делаешь?! — Я всполошилась, краснея.

— Несу тебя, а что по-твоему? — Он фыркнул. — Не бросать же тебя тут среди пластиковых рук.

Я крепче прижалась к нему, закинув руки за шею. Он шагал вперёд уверенно, и даже когда по коридору доносились зловещие звуки и странные стоны, он не дрогнул. Мне было страшно... но в его руках — безопасно.

---

Когда мы вышли наружу, нас встретили свет, люди и громкие аплодисменты. Один из сотрудников библиотеки шагнул к нам:

— Поздравляю! Вы прошли коридор страха!

— Да-да, спасибо... — Санат криво улыбнулся. — Только принесите что-нибудь, на что можно посадить даму в беде.