Связанные: Отражение.

42.5 глава. Полуночь.

Вечер обещал быть шумным. Честно говоря, если бы кто-то раньше сказал, что я пойду на день рождения Саната, я бы не поверил. Мы с ним никогда близко не общались. Но теперь всё иначе. Он стал частью нашей компании, и как ни крути — спас Айку и Даниэлу. За это я уважаю его, и, нравится мне или нет, теперь он друг моих друзей. Значит, и мой друг тоже.

Сегодня у меня есть шанс наладить с ним отношения. Он сам пригласил меня на праздник, и будет неправильно, если я не приду.

Я стоял у шкафа и перебирал одежду. Хотелось выглядеть нормально, не слишком просто, но и не переигрывать. В конце концов, это его день, а не показ мод. Белая рубашка и джинсы — вроде бы то, что нужно.

С подарком, правда, сложнее. Что подарить человеку, у которого есть всё? Его семья живёт богато, и удивить его чем-то будет непросто. Но совсем без подарка приходить тоже не дело.

Я тяжело выдохнул. Наверное, стоит позвонить Мади — он знал Саната с детства и может подсказать, что ему действительно будет приятно.

Звонок тянулся долго, но Мади так и не поднял трубку. Видимо, сам по уши занят делами. Я бросил телефон на кровать и задержался взглядом в потолке. В последнее время он словно сам не свой. Да и с Айкой что-то непонятное творится. Она уже несколько дней не появляется в школе, не отвечает ни на звонки, ни на сообщения.

Когда я пытался заговорить об этом, Мади лишь отмахнулся: «Это моя вина». И всё. Ни объяснений, ни подробностей. Словно поставил стену. Я, конечно, ломал голову над этим, даже были мысли самые дурацкие — что вдруг он сделал что-то не то, и из-за этого Айка теперь не может показаться нам. Но… это же Мади. Айка и он знают друг друга с детства, и представить, что он мог бы нарочно навредить ей, — просто невозможно.

Я отвернулся от кровати и подошёл к зеркалу. Белая рубашка, аккуратно заправленная в тёмные джинсы. Волосы пригладил ладонью, выпрямил плечи. В отражении на меня смотрел парень, который вроде и не старается вырядиться, но и не выглядит так, будто пришёл с улицы.

– Думаю, сойдёт, – пробормотал я себе под нос, поправив воротник.

На столе, рядом с ноутбуком, стояла рамка с фотографией. Наше прошлогоднее фото — все вместе на праздновании Нового года. Я машинально взял её в руки, стряхнул пыль с уголка и задержал взгляд.

Тогда всё было другим… Айка ещё оставалась полноватой, но сияла так, что это было не важно; Мади только сбросил вес и нарочито красовался перед камерой; Ай, как всегда, строила рожицы; Луиза нарядилась под снегурочку, и все восхищались этим. А я… я улыбался так искренне, что сейчас самому трудно поверить. На мгновение даже показалось, что я снова там — среди смеха и огней гирлянды.

Я приблизил фотографию ближе к лицу. Мой взгляд остановился на Сезим. Тогда мы были неразлучны… всё время рядом. Казалось, стоит лишь протянуть руку — и сказать ей всё, что я чувствую. Но я так и не решился. Сколько у меня было шансов? Десятки. Я знал её лучше, чем кто-либо другой, знал её привычки, её страхи, её смех — но всегда оставался просто другом. Сам себе внушил: «Друг, и только друг».

И вот, закономерно… она выбрала другого. Я не могу винить её. Как можно упрекать в том, чего сам никогда не осмелился дать? Если бы я хоть раз прямо сказал ей о своих чувствах… может быть всё было бы иначе. Но я молчал. И теперь её улыбка в кадре принадлежит уже не мне.

Я сжал рамку чуть сильнее, и стекло тихо скрипнуло под пальцами. Потом глубоко вздохнул и поставил её на место.

– Хватит, – сказал я сам себе. – Не время.

Я накинул куртку, проверил телефон в кармане и направился к выходу. Сегодня надо встретиться с ребятами в «Тихом доме». А дальше — вечеринка у Саната.

***

Я пришёл вовремя. Внутри «Тихого дома» уже сидели Даниэла и Самат. Они о чём-то оживлённо переговаривались, улыбаясь друг другу так, будто вокруг больше никого не существовало. Я остановился на секунду у входа и невольно усмехнулся. Ну и парочка. Всего пару месяцев прошло с того момента, как они познакомились, и вот — уже вместе, уже будто привыкли быть рядом.

А я? Я с Сезим знаком с самого детства, но так и не решился ни на что большее. Смешно, правда? Я вечно всё откладывал, думал: «ещё успею», а в итоге — вот он я, в стороне.

Я подошёл к ним и, стараясь не выдать лишних мыслей, поздоровался:

– О, ребята, как вы? Долго ждёте?

– Привет, Адал, – улыбнулась Даниэла. – Да нет, недавно пришли.

– Как сам? – добавил Самат, слегка наклонив голову. – Минут пять всего как здесь.

Я сел рядом, стул чуть скрипнул по полу. Внутри заведения пахло кофе и выпечкой, на столах горели маленькие свечи — обычная атмосфера «Тихого дома», уютная, но сейчас она только подчёркивала моё внутреннее напряжение.

– А где остальные? – спросил я, оглядываясь. – Я думал, уже все должны были собраться.

Самат ухмыльнулся.
– Ты, похоже, отстал от новостей.

– От каких ещё? – я приподнял бровь.

– От многих, – вставила Даниэла. Она подалась ближе, словно рассказывать секрет. – Ну, слушай. Луиза не сможет прийти к Санату, предупредила нас заранее. Ай чем-то занята, но обещала подойти прямо к дому сама. Айка до сих пор молчит — неизвестно, будет она или нет. Мади... тоже занят, но подробностей не рассказал.

Она взглянула на Самата, тот кивнул.
– Вроде всё, ничего не упустили?

– Получается, мы втроём? – уточнил я, чувствуя лёгкое разочарование. – Эм… а Сезим?

Даниэла отвела глаза, и её улыбка слегка погасла.
– Сезим с Жан… они едут туда сами.

Внутри что-то неприятно кольнуло. Я кивнул, будто всё в порядке:
– А, понятно…

Я не стал продолжать разговор про Сезим и Жана — слишком уж больно было копаться в этом. Решил резко сменить тему:

– Ну так… если их не будет, чего мы ждём? Поехали к Санату.

– Давайте, – кивнул Самат.

– Автобусом? Или у кого-то есть машина? – спросил я.

– Как раз на этот случай я взял у отца ключи, – с довольным видом ответил Самат.