Связанные: полюбить Ветер • Творения Великих

Глава 7. Эдмонд, меч и прочие… колюще-режущие инструменты

Эдмонд приблизился, а вместе с ним подступил и чарующий ватный туман, застилавший мозги. Я мотнула головой, а кровопийца уже встал рядом. Почти касался плеча! Уставился в окно, а мне до боли в скулах хотелось чем-нибудь в него запустить. В надменного кровопивца, не в окно. Но вместо этого я спросила:

– Как жизнь? Давненько я не видела Нину. Она хотя бы живая?

– Живая, – медленно развернул голову ко мне Эдмонд. – Пока. Моими стараниями.

Я поджала губы. Ишь, барин! Хочу – живая. Не хочу −…

– Ты миленькая, когда злишься, – засмеялся кровопийца с кошачьими чарующими интонациями.

– Ерунда, – буркнула я, чем вызвала новую волну смеха.

– Не набивай себе цену, – наконец посерьёзнел Эдмонд. – Я уже в тебе заинтересован. Связалась с Велором и до сих пор жива. Сходу понравилась Лео и Эдане... Не расскажешь, в чём твой секрет, человечек?

Кровопийца развернулся спиной к окну, оперся задом на столик и уставился на меня со всей гипнотической силой, какой мог. Я же героически отводила взгляд. Молчала.

– Почему так печёшься о Нине? – наконец заговорил Эдмонд. – Ты её даже не знаешь.

– Не выношу жестокости и несправедливости. А в твоём отношении к ней сполна и того и другого, – ответила я горячее, чем следовало, и с тоской уставилась в окно.

Угораздило же меня... Лучше держать рот на замке. Может, тогда кровопийца заскучает и отстанет?

Эдмонд равнодушно улыбнулся.

– Что поделать. Ты ведь и сама предпочитаешь горячий чай, верно? Вот и мне по вкусу тёплая кровь. Потому и держу Нину подле себя. Я и сам не всегда рад.

– Если так, что мешает относиться к ней... Она даже за одним столом с нами не сидит! – вскинулась я. Именно это задевало за живое, а потому я вмиг позабыла о решении не проронить ни слова.

– Лиззи, у нас на столе и без того вдосталь еды! – расхохотался кровопийца, а я до того яростно грохнула чашкой о стол, что янтарные капли обожгли пальцы. Эдмонд же как ни в чём не бывало продолжал. – Нет, делить с нами быт Нине не положено. Она всего лишь… мой источник, а не гость или друг семьи. Так уж мы устроены.

От возмущения я потеряла осторожность и рывком развернулась к Эдмонду.

– Неправда! Все, кроме тебя, терпимо относятся к людям, но ты!..

Я осеклась, потому как Эдмонд наконец поймал мой взгляд. Или это я напоролась на него словно хлипкое судёнышко на рифы?

– Если говоришь о Лео, то он всего лишь белая ворона. Эдана слишком молода, а моя мать и Велор… Что ты знаешь о них? – тихо спросил кровопийца, но я уже не разбирала слов.

В ту секунду мне казалось, будто ничего и никого, кроме кареглазого, таинственного мужчины не существует. Мир сузился до невзрачной точки, и даже воспоминания поблёкли.

Я не понимала, что творю, не думала, не боялась. Подалась вперёд и с обожанием втянула дерзкий аромат дорогого парфюма.

– Эд-монд…

Не голос, а хрип! А довольный собой вампирюга уже наклонился ко мне. Протянул руку и кончиками тёплых пальцев коснулся подбородка.

– Так-то лучше, девочка.

Чем бы все закончилось? Страшно подумать. Но ровно в тот миг, когда чужие губы замерли в жалких сантиметрах от моих, глухой звон выдернул меня из транса. Эдмонд недовольно отвёл руку и глянул в окно.

Велор! Мой герой! Я едва не расплакалась от благодарности, ведь именно Дракула запустил снежок в окно и спас меня от участи бедной Нины.

Эдана стояла рядом с вампирюгой и глядела на меня с явным испугом.

– Ха-ха! Братишка ревнует, – протянул Эдмонд, меряя Велора холодным взглядом.

Дракула и впрямь, яростно комкая в пальцах новый «снаряд», мотнул головой, мол, выходи. Потолкуем.

Несколько секунд молчаливой дуэли на взглядах... и Эд примирительно кивнул. Вампирюга откинул снежок, а я обняла ладонями полыхающие щёки. Дьявол... Неужели Эдмонд меня убедил? Навёл поганую магию!

Кровопийца тем временем отвернулся от окна. Взгляд его больше не источал животный магнетизм, но я до сих пор с места сдвинуться не могла. Тело с трудом подчинялось.

– Жду не дождусь, когда ваша связь будет разрушена, – сквозь зубы процедил Эдмонд, и мне почудилось, будто белоснежные резцы под верхней губой у него малость заострились.

«Бежать. Бежать от гада на край света!» – стучало в висках, но чутьё подсказывало, вид моих сверкающих пяток только раззадорит кровопийцу.

Хищник, чтоб его...

– О благополучии брата печёшься? – деловито отпила я из чашки, а у самой колени от напряжения тряслись.

Эдмонд хмыкнул.

– Велор сам о себе заботится, так что нет. Уже лет сто как не пекусь.

Я снова нырнула в кружку, лишь бы занять чем-то руки. Спрятать дрожь.

– Тогда зачем тебе разрыв нашей связи?

Кровопийца помедлил, но не потому, что задумался. Скорее, надеялся разжечь во мне любопытство.

– Как только ваша связь будет разрушена… – потянул Эдмонд паузу, а у меня глоток чая в горле застрял. – Я заберу тебя себе.