Связанные: полюбить Ветер • Творения Великих

Эпилог

Экипаж катил по раскисшей дороге, грозился увязнуть в топких колеях. Цок-цок – чавкали копытами лошади. Цоп-цоп – вторили капли дождя. Дождь барабанил по крыше экипажа вторые сутки! И пусть каждый на материке Сореса хоть раз на дню проклинал бога-покровителя и посланную им погоду, ни один не полыхал той ненавистью, что терзала сейчас юного Воина Ночи.

Цок-цок... Цоп-цоп.

О, боги, да сколько можно? Велор страдальчески прикрыл глаза. Звон капель и фырканье уставших лошадей раздражали крепче, чем вечная сырость и слепой белёсый туман, утопивший Тёмные земли.

Если бы только молоко за окном превратилось в снег!.. Чистый, холодный. Тот самый, что прячет изъяны. Тот, что наверняка подарит покой. Дарует успокоение пусть не кровопийце, так хоть измученной природе.

Кажется, Велор молился. Молился о снеге. Но дождь, точно назло, кромсал и кромсал и без того плешивые кроны. Размывал дороги и наверняка мечтал когда-нибудь вымыть корни и повалить даже вековых исполинов в Сокрытом тьмой лесу.

Велор горько усмехнулся, и безысходность в серо-стальном взгляде на миг сменилась задумчивостью.

А что, если попробовать?..

Кровопийца прислушался к дыханию попутчиков в экипаже, уверился, что мать и братья с сестрой дремлют, и украдкой повёл пальцем. Крохотный серебристый вихрь тотчас закружился в путаном танце, запорхал, завертелся у ног, разгоняя затхлость и запах просыревшей древесины. Снежинки, которые в буйстве вырвались из-под контроля, оседали на замаранных глиной сапогах Велора, но не таяли. Снежинки надеялись, что Сын Сореса сжалится, и они снова победно взмоют ввысь. Воссияют, как прежде.

Но разве будет теперь хоть что-то, как прежде?

Велору заорать хотелось. Клыки не сходили с самого перехода и врезались в нижнюю губу, но вместо слабости, вместо глухого стона, кровопийца крепче сжал кулаки.

Снежинки в момент умерли. Исчезло волшебство.

– Не спишь? – шепотком окликнул рядом Леонард.

Голос тошнотворно заботливый... неужто видел, как Велор глупо улыбался снежинкам?

– Выспался, – холодно ответил кровопийца и ткнулся взглядом в ненавистный пейзаж за окном. – Не волнуйся, Лео. Я в норме.

– Уж вижу, – с горечью пробормотал тот. – Ты поспи хоть немного. Тебе силы надо возвращать. Неизвестно ещё, что ждёт дома.

Дома?! Вкус металла разлился на языке. Велор сильнее стиснул зубы и не стерпел.

– Я же сказал, всё-со-мной в порядке, Бернар. Отвяжись!

– Эй...

Леонард смолк. Пальцы его дрогнули, и когда Велор готов был сорваться на добряке-брате и выпнуть его из экипажа вместе с его проклятущей утешающей магией, Лео сунул руки в складки плаща и затих.

Какое счастье.

Велор болезненно усмехнулся, а экипаж дрогнул и перескочил на мощёное полотно. Лошади зашагали бодрее. Взбодрилось и семейство.

– Приехали почти, – вполголоса заметила Валери, брезгливо натирая запотевшее оконце.

– Глупости, – даже не глянул Велор на мать, – Руной нас в каорт Двора не пустят, а от границ Хладных пределов до Нур-Асера на лошадях не меньше мона пути. Хотя откуда тебе, матушка, знать? Ты, как истинная леди, вовек из столицы не выбиралась.

Повисла неловкая пауза. Валери оскорблённо провела по собранным на затылке волосам и застыла. Эдана неловко теребила рукав плаща, и только Эдмонд напротив Велора цокнул.

– Долго будешь ныть, братец? Сил нет смотреть на постную рожу. Гляди веселее! Едва прибудем, отыщу тебе самую умелую блудницу в Нур-Асера. Она мигом тебя развеселит.

– Эд, отстань от него, – толкнула Эдана брата плечом. – Не видишь, Велор... устал.

– Все устали, – откинулся Эдмонд на сидение. – Но это не повод траур носить. Главное, мы, спустя столько лет, дома. Темнейший согласился нас принять. Но даже если в порядке бреда допустить, будто мы могли взять Лиззи с собой... В Тёмных землях она бы и до столицы не дотянула. И мы с ней прилегли бы на первом же постоялом дворе. Кто стерпел бы человечку в землях Сореса? Ну? Молчите? Тогда я скажу. Людям здесь нынче не рады. Слышали, что дворчий вчера говорил? Федераты закрыли для наших границы. Мы закрыли свои в ответ. А теперь вопрос: как долго прожила бы девчонка...

– Эдмонд, заткнись! – Эда с размаху всадила кулак брату в плечо. – Лиза-не-просто-девчонка, ясно? – каждое слово сопровождалось ударом. – Не просто!

– Эдана! – ахнула Валери возмущенно. – Прекрати... колотить брата!

– Мам, а чего он?..

Но не встретив поддержки в глазах Велора, Эдана обиженно засопела и отвернулась к окну.

– Ну и, пожалуйста. Делайте вид, будто всё лучше некуда.

Снова воцарилось молчание. Даже Эд присмирел. Велор со вздохом оторвал взгляд от окна.

– Нет, Эдмонд прав, Эда. Мы на Иппоре. Мы вернулись. Это главное. Но не отрубят ли нам головы, едва доберёмся до столицы? Я сомневаюсь. И даже если так... какое счастье быть погребённым на родной земле. Правда?

Эдана закусила губу, будто вот-вот разревётся, а Валери на выпад сына лишь головой с укоризной покачала.