Тишина, казалось, давила. Лес был слишком тихим. Слишком живым.
— Кто это был? — спросила Элия, оборачиваясь, но фигуры в красной маске уже не было.
Кайрон поднял с земли оброненный перо — чёрное, с рубиновым отблеском.
— Символ Оракула. Один из шести древних, он предсказывает падения… и устраивает их.
Лиан нахмурился:
— Говорят, Оракул знает, кто станет чудовищем ещё до их рождения. Он пометил тебя?
— Нет, — медленно прошептала Элия.— Он пришёл не за мной.
Все трое переглянулись.
— Тогда за кем?..
Позднее той ночью, когда лагерь затих, Элия услышала голос.
— Почему ты не сказала им?
Перед ней снова возник красный силуэт, словно вышитый из света. Маска — гладкая, безглазая.
— Скажи мне, Элия, кем ты хочешь быть: избранной или свободной?
— Я не обязана выбирать, — прошептала она.
Маска слегка наклонилась.
— Ошибаешься. Каждая судьба — это цепь. Либо ты её носишь, либо к ней приковывают других.
— Уходи, — сказала она, но голос в голове остался.
"Ты всё равно придёшь ко мне. Когда поймёшь, кто из них предаст."
Утром Лиан стоял у скалы. Его рука дрожала. На ней — тот же символ, что и на маске.
Он быстро спрятал его под рукавом и посмотрел в сторону лагеря.
— Прости, Элия. Надеюсь, ты никогда не узнаешь...