Сыграем? По моим правилам

Глава 17. Лида

Молчание.

Я кладу ладонь на грудь, ощущая каждый толчок сердца. Я не знаю, что именно хочет услышать от меня Бирн, потому что никаких секретов больше не храню. Но, боюсь, если этот придурок что-то вбил себе в голову, его не переубедишь. Наверное, у Бирна последствие какой-то травмы. Баскетбольный мяч очень тяжелый, если случайно залетает в голову.

Шагаю по россыпи мелких битых стекол и камней, наполняя зал скрежетом. До мурашек. Когда чувствую опоясывающее ощущение от чьего-то убийственного взгляда.

Острый.

Прокалывающий насквозь.

Выжигающий во мне дыру, как пуля, выпущенная в лоб из снайперской винтовки. Голова противно заболела от угольных глаз Руслана Бирна.

Вот он стоит собственной персоной в проеме следующего зала, убрав руки в карманы джинсов. Руслан в серой толстовке, капюшон накинут на голову, а половина лица спрятана под завязанной банданой. Уверена, чтобы не попасть на камеры.

Что, решился выйти, чтобы я не считала его трусом?

— Ну? — смеет спрашивать.

Злость берет за горло и крепко сдавливает. Иначе как объяснить, что я подбегаю к Руслану, не чувствуя ни одного сделанного шага, и со всей проблемной дурью бью его в грудь растопыренными ладонями. Словно оттолкнуть желаю.

Бирн не дергается, не отшатывается. А я…

— Вот ты ж блин! У тебя там стальные пластины, что ль? Ты из чего сделан?

Разрази меня гром. Я вижу его сверхкороткую ухмылку, которая рассеивается с первыми словами:

— Зачем ты ищешь Стеллу? — наконец-то металлический голос сменяется человеческим. Ну, почти. Не уверена, что Руслан после всего может называться человеком.

— А зачем ищут пропавших людей, м?

Потираю запястья, которые могла повредить, когда замахивалась на Бирна. Он не сводит с меня своих глаз. Кажется, и не моргает вовсе. Бесчувственный робот.

— Если ты не прекратишь, все твои секреты вскроются.

Бросаю уничтожительный взгляд, но он отлетает от Руслана, как пластиковые шарики от стены. Жаль, не умею испепелять. Мне бы сейчас этого ох как хотелось: показать, что я тоже чего-то стою, что тоже могу быть опасной.

Вот его схема: унизить, выковырять секреты и пользоваться ими, играть в своих интересах, руководить. Если скрываемая тайна жуткая, то можно пойти на что угодно, чтобы она не всплыла.

— Пока могу сделать вывод, что ты, Руслан Бирн, замешан в деле Юсуповой. И мне еще больше интересно узнать тайну исчезновения Стеллы. И поверь, я узнаю. Я узнаю! — эмоционально выкрикиваю каждый звук.

Напоследок тычу указательным пальцем все в ту же стальную грудь Бирна.

Мы стоим непозволительно близко, и до меня долетает аромат его одеколона и мятно-вишневой жвачки.

Губы Руслана поджимаются от ярости, а глаза темнеют еще на несколько оттенков, затмевая серую радужку полностью. Как грозовая туча, несущая разрушение в середине солнечного дня. Учитывая его рост, мощь и проклятую заброшенную усадьбу, где оказалась не по своей воле, чувство самосохранения потерялось где-то по дороге сюда.

Вполне вероятно, одну этот Грех уже убил, с него станется избавиться и от меня — невидимки и новенькой Лидии Романовой.

— Жду от тебя честный ответ, Колибри. Я не шутил о том, как отсюда выбраться.

Скрещиваю руки под грудью, чтобы хоть как-то отгородиться от его раздувающейся грудной клетки, которая нет да нет, но дотрагивается до меня. Тянет встать на мысочки. Это гора мышц, нависающая как ночной небосклон, нагло ворует дыхание, даже того не подозревая.

Я молчу, упрямо уставившись в чужие глаза. Вспоминаю то видео-интервью и сложно поверить, что передо мной один и тот же человек.

— Ты сделала свой выбор, Колибри.

Остатки света гаснут, за окном фонари тускнеют и выключаются. На зал с громом обрушивается чернота. Густая, как липкий, тугой гудрон. Я вскидываю руки в поисках Руслана, но его и след простыл.

И паника заползает через ноздри внутрь, лишая меня остатков сил и разума. Страх с новой силой вселяется в каждую клетку, как к себе домой.

Странно… С Русланом страшно, а без него еще страшнее. Но я предпочту сейчас вновь колотить по его груди и ломать себе руки, чем остаться один на один с тишиной и темнотой этой комнаты.

— Я просто люблю детективы. Загадки. Расследования. История Стеллы Юсуповой меня заинтересовала, ее исчезновение нельзя назвать обычным, — выпаливаю на одном дыхании.

Какое-то время снова эта тишина, дергающая мои нервы с корнем по одному.

— Исчезновение человека кажется тебе… забавным?

— Нет. Но я ответила честно, как ты того и хотел, Руслан Бирн. Я выполнила условие игры.

Я слышу, как на коже выделяются капельки пота и стекают по позвонкам. Как пульс стучит в висках, подгоняя кровь двигаться быстрее. Как раскрываются легкие, впуская себя молекулы кислорода, покрытые пылью. Слышу скрип паучьих лапок по паутине…

И свет зажигается. Яркий, прожигающий сетчатку до слепоты. Привыкнув, рассматриваю зал, в котором провела, по ощущениям, половину своей жизни.