Сыграй мою жену

Глава 3

- А теперь поехали, - выдохнул с облегчением Павел, когда наконец девушка Галя сложила вчетверо гербированную бумагу и убрала ее к своему пакету с сосисками.

Одному только Богу известно, сколько он натерпелся за полчаса.

Чтобы он еще когда-то переступил порог этой конторы – никогда в жизни.

Его нервно дергало, каждый раз, когда в холл заходили люди – а вдруг забредет кто-нибудь из знакомых. И увидит, как Галя жует печенье, стряхивая крошки прямо на мраморный пол.

Галя тоже чувствовала себя как в мясорубке пропущенной. Сначала переживала, что ей не отдадут паспорт обратно. Потом пыталась понять, что ей рассказывает мужчина в черном костюме, сидевший за таким огромным столом, что директор их школы подавился бы от зависти, если бы такой увидел.

Галя никогда не считала себя глупой. Но к нотариусам ей заходить раньше не приходилось. И вся обстановка конторы давила на нее, заставляя чувствовать себя маленькой песчинкой. Не спас ситуацию даже чай, пахучий, но без сахара. Нет, девушка из-за стойки положила два продолговатых стика с сахаром рядом с чашкой, но Галинка убрала их в пакет, забрав на память.

Теперь у нее была очередная дилемма. Садиться к неприятному типу по имени Павел в машину, не смотря на заверения, что ей ничего не угрожает, Галинке было страшно.

Правильно было бы кому-то позвонить по телефону и сообщить, куда и с кем она едет. Но вот беда Галя очень боялась кому-то сказать, что не поступила. А добровольно ввязывается в какое-то дело, увидев только фотку девушки, очень похожей на себя.

Из всей своей семьи самые теплые отношения у нее сложились с сестрой Асей. Но набирать сейчас Асю было нельзя никак – та мгновенно позвонит маме. Зная мать не долго ждать пока она прилетит за дочерью даже в столицу.

Мать у нее боевая и грозная, но Галине очень не хотелось, чтобы она переживала. С ее кистой в голове любое волнение может стать роковым. А старшие братья и сестры ни за что не простят Галинке, если с матерью произойдет что-то плохое. Со свету сживут.

Они и так не очень любили Гальку. За то, что была непохожа на всех остальных. Отцу Гали даже в глаза намекали односельчане, что, Галя нагуляная – у него в семье все русые, с широко посаженными глазами, больше похожи на него самого. Одна Галя родилась похожая на ангелочка – беленькая, румяная со светлыми, словно небо глазами.

Отец тогда набил болтуну морду. Он точно не сомневался, что Галинка его дочь. Просто похожая больше на родню со стороны жены, дальнюю, что из Польши. Так чета Федив всем говорила.

Но даже не непохожесть на других выделяла Галинку из других детей Федов. А то, что она была меньшей. Самой болезненной. Все внимание забирала мамино, поэтому, когда мать не видела, каждый из шести старших, хотел ее достать и уколоть.

Пилипко подошел к своей любимой красной «Ферарри», и остановился, ожидая белокурую «актрису».

Та наконец-то для себя решила – достала из кармана джинсов маленький кнопочный телефон и приложила его к уху.

– Сейчас сажусь в красную машину, – громко, чтобы слышал Павел, проговорила девушка. Обошла к капоту, и все так же громко произнесла в трубку: – Номер АА 1717 КО. Записала? Ну, хорошо. Уже время, когда доеду, потом наберу.     

Положив телефон в карман Галя вздохнула. Надо надеяться, что этот ложный вызов удержит пижончика от необдуманных поступков. В противном случае – завезет куда-нибудь в лесополосу и прикопает там. Никто и не узнает.

Наконец девушка села в машину, пристроила на коленях пакет. И Пилипко завел двигатель.

- Шефу моему скажешь что ты профессиональная актриса, - начал наставления мужчина, как только взялся за руль.

Галинка бросила на него взгляд. На правой руке красовались массивные золотые часы, которые сверкали, когда мужчина уверенно крутил руль. Немного курносый нос выделялся на фоне стекла. 

- Относительно твоего вида – не беспокойся. Я сумею ему все так объяснить, что Олег ничего не заподозрит.

- Да поняла я, - ответила Галя, и почувствовала приступ голода. Она всегда хотела, есть, когда сильно нервничала. А теперь, с каждым проехавшим светофором чувствовала все большее и большее волнение.   

Запах сосисок из пакета стал таким невероятно соблазнительным, что девушка помимо воли глотнула слюнки.

Но в пакет полезть не успела, потому что машина Павла проехала в какой-то шлагбаум, там их быстро пропустил охранник, и они двинулись дальше. Но ехали совсем, не долго, притормозив возле желтого кирпичного забора. 

Из автомобиля разглядывать было не удобно, что там за забором. Да и не пришлось. Потому что Пилипко уже вышел и открыл дверцу перед Галинкой.

– И если увидишь что-то, что тебе не понравится, сразу говори Олегу. Для него важно, чтобы все решалось как можно быстрее. Не бойся спорить – ты актриса, тебе виднее, как играть эту роль. 

Галя кивнула, разглядывая сплетение бронзовых веток на воротах дома. Позже взгляд выхватил две продолговатые камеры на столбиках, острые пики кованого забора поверх кирпича. И громаду дома дальше.

Пока она считала ворон, разглядывая эту роскошь, калитка приоткрылась и Пилипко пригласил девушку внутрь. Там было так интересно, как снаружи. Потому что Галинка попала в увитый виноградом тоннель, ведущий прямо к черной двери дома. 

Стало ясно, что если переступит порог, то пути назад не будет. Млосно  засосало под ложечкой, захотелось развернуться и бежать обратно на вокзал. Но Галя пересилила себя и решила все-таки попытать счастья в большом городе. Никто не говорил, что будет легко.    

Уверенно Павел провел девушку через коридор в какой-то кабинет. И толкнул дверь, даже не подумав пропустить девушку вперед.

– Так и знал, что найду тебя за бумагами! – очень радостно обратился к кому-то, кто был закрыт от Гали не очень широкой спиной, Пилипко. – А у меня для тебя хорошие новости, я ее нашел! – Павел шагнул в сторону, открывая Галинке собеседника.