Сыграй на струнах моей свободы

Глава 23

Свободная жизнь Кларибель, на которую она возлагала столько надежд, закончилась, стоило ей только переступить порог собственного дома.

Отец сидел на диване в гостиной. Клари сразу поняла, что он ждал ее, потому что Ричард Рич никогда не читал газету где-то, кроме своего кабинета. Вообще-то, он занимался там всем, разве что только спал и ел в других комнатах.

Клари было попробовала молча пройти к себе в комнату, но удача была не на ее стороне. Отец медленно отложил газету и взглянул на нее поверх сдвинутых на переносицу очков. В общем-то, больше всего внимания досталось пакетам в ее руках.

Смирившись с тем, что сбежать не получится, Кларибель с тяжелым вздохом опустила пакеты на пол.

— Присядешь? – предложил отец, словно она была гостем в собственном доме.

Клари молча прошла к креслу. Она сознательно сохраняла между ними некую дистанцию, чтобы отец не давил на нее выработанной за годы занятий бизнесом выправкой. Она не была его конкурентом, но почему-то чувствовала себя именно так.

— Мне звонила миссис Пинки…

Клари постаралась найти в комнате что-то интересное. Ваз не было, поэтому она сосредоточила внимание на картине, которую раньше даже не замечала. Не сильно вдаваясь в подробности того, что на ней изображено, Кларибель тихо хмыкнула, давая понять, что слушает.

— Думаю, ты знаешь, что она мне сказала.

Отец предлагал ей сознаться, словно какому-то нашкодившему ребенку, но Кларибель не сделала ничего плохого: просто избавилась от того, что давило на нее долгие годы.

— Я ее уволила, – просто ответила она.

— Позволь спросить, с чего вдруг ты увольняешь женщину, которая служила нашей семье верой и правдой?

Клари постаралась припомнить, когда отец с таким же рвением защищал ее интересы, но ничего не пришло в голову.

— Ты не только опозорила ее, но и…

Клари встрепенулась. Опозорила? Она знала, что миссис Пинки приукрасит случившееся, но не настолько же. Она раздумывала, стоит ли рассказать свою версию или все же помолчать и послушать, в чем еще ее обвинила розовая надзирательница.

На страх и риск Клари выбрала первое.

— Я не позорила ее. – Они встретились взглядом. Клари приказала себе выдержать этот раунд. — Свидетелем нашего спора стал всего-то продавец в отделе, но женщина оказалась настолько милой, что притворилась будто ничего не видела, – сообщила Клари, стараясь чтобы голос не слишком дрожал.

Отец нахмурился. Хотела бы Кларибель знать, о чем он думал. Не мог же он и правда полагать, что его дочь настолько ужасна. Неужели слова миссис Пинки были для него важнее?

— Кларибель, миссис Пинки всегда была рядом. К ней ты могла обратиться за советом…

Разве это не входило в его обязанности? Почему нужно было кому-то за это платить? Клари поспешила отбросить подобные мысли: она любила отца, даже сильнее, чем себя. Может, в этом как раз и была проблема.

Советы миссис Пинки. Эта женщина никогда ей не помогала, а только стремилась показать собственное превосходство.

— Я… – Клари сглотнула. — Не думаю, что еще нуждаюсь в ее услугах.

— Конечно нуждаешься! – твердо заявил отец.

Клари несколько раз моргнула. Ей было нечего сказать.

— Кто если не она будет помогать тебе?

«Ты!» – хотелось крикнуть Кларибель, но вместо этого она снова посмотрела на картину и начала про себя считать до десяти. Возможно, когда она скажет «десять» все закончится.

— Конечно, я убедил миссис Пинки остаться и пообещал поговорить с тобой.

Кларибель дернулась от одной только мысли о новой встрече с этой женщиной. Вся недавняя радость улетучилась, словно кто-то откачал ее насосом.

— Пап, не надо, – взмолилась она.

— Мне так спокойнее.

— Но мне нет! Я уволила ее, потому что больше не нуждаюсь в ней. Я вообще никогда в ней не нуждалась.

Она удивила отца – это было заметно по взметнувшимся вверх бровям – но, быстро справившись с эмоциями, он отчеканил:

— Кларибель Рич, я нанял миссис Пинки много лет назад. С тех пор у меня никогда не возникало к ней претензий. Она практически вырастила тебя…

Это стало последней каплей. Он словно специально посыпал солью рану, которая и не переставала кровоточить. Клари вскочила с места.

— Она не растила меня!

Клари чувствовала, как бешено бьется сердце, но совсем не жалела о сказанном.

Отец даже говорил словами миссис Пинки, словно в одночасье лишился способности мыслить самостоятельно. Как же это злило и ранило.

— Сейчас же сядь на место! – прикрикнул отец, рассчитывая, что Клари повинуется, но та осталась стоять на месте.

Она отказывалась быть жалкой, отказывалась предавать память матери только, чтобы угодить отцу.

— Знаю, ты хотел как лучше, – она перевела дух, — но никто никогда не заменит мне ее, понятно? Миссис Пинки не моя мать. Она никогда не будет даже отдаленно на нее похожей. Если ты думаешь, что…