Сыграй со мной в любовь

Глава 4

Вот интересно даже, куда она сейчас пойдет? На улице ночь. Коттедж этот от ворот километрах в двух. Пешком потащится? А от ворот как? Тут ни автобусы, ни маршрутки не ходят в принципе – коттеджный охраняемый поселок, все на машинах – даже обслуживающий персонал. Или она тоже в поселке живет? Об этом я не подумал.

- Куда? И как? – интересно послушать, и узнать где проживает это… клубничное недоразумение.

- Домой, куда еще? – плечами пожимает. - Уже поздно.

- Вот именно. Поздно. Пешком пойдете? Вы тут живете где-то недалеко?

- Нет. Я живу у станции, но это не важно. Пойду. Всего хорошего.

- До станции километров пятнадцать.

- Да. – вздыхает, - я знаю, но тут в соседнем городке остановка.

- До нее тоже километров пять пилить.

- Ничего страшного. Допилю.

Это ее «допилю» меня добивает окончательно. Значит, не совсем запугана, если отвечает так?

- Я вас отвезу.

- Нет. Спасибо. С вами я не поеду.

- Поедете. Как миленькая. Кстати, - тут неожиданно ловлю мысль, которая сидит в голове и зудит уже давно. – Вы сказали, у вас ко мне дело какое-то? Что за дело?

- Это уже не важно. Не актуально.

- Да? А если подумать хорошенько?

- Я подумала. Спасибо. Всего хорошего.

Поворачивается и молча проходит мимо! Реально собралась «пехом» до городка? Отпустить бы ее, пусть бы топала. Да только… Ладно, у нас в поселке спокойно, даже рабочие тут элитные, везде камер понатыкано, хотя от ворья не спасает порой, но все равно. А вот за воротами можно нарваться на хороший беспредел.

И пойдет она ночью работать уже по другой специальности. И за бесплатно.

- Ангелика… хм… Викторовна…

- Витальевна.

- Ангелика Витальевна, все-таки лучше вам будет проехать со мной. Обещаю вести себя как примерный ученик.

Опускает голову, видимо, соображая, что дальше ломаться – не самый хороший вариант.

- Ладно. Только… водитель ваш. Он…

- Что? Напугал?

Мотает головой, не понятно «да» или «нет». А может… Чёрт, конечно, стыдно ей.

- Я отвезу вас сам.

- А он тут останется?

- Это имеет значение? Он живет тут рядом. Можем его подвезти.

- Да, хорошо.

Выходим из коттеджа. Она удивлённо смотрит на то, как сам по себе гаснет свет. И музыка стихает. Я ухмыляюсь, внимательно наблюдая за ней.

- Умный дом.

- Я поняла.

- Нравится?

Не смотрит на меня, но в лице чуть меняется, не хмурится, но…

Мы уже в машине, направляемся в сторону выезда из поселка. Степан пошел домой пешком.

Училка сидит сзади, тихо как мышка, кажется и не дышит.

Вспоминаю, что она спрашивала про Полину, живет ли моя дочь в доме, в который я могу привести даму низкой социальной ответственности. Интересно…

- Вы спрашивали про мою дочь. Ваш визит как-то связан с ней?

- Это неважно.

- Лика… Ангелика Витальевна, все, что связанно с моей дочерью для меня важно. – стараюсь говорить не грубо, но четко, так, чтобы сразу поняла.

Но она молчит. Ладно, хорошо. Поиграем в молчанку.

Вместо того, чтобы ехать к будке охраны разворачиваюсь, держу курс к дому.

- Вы… вы куда меня везете? Вы…

- Мне нужно заскочить домой буквально на пару минут, возьму документы, потом отвезу вас, у меня как раз дела там, в районе станции. Не таскаться же мне туда обратно?

Вру безбожно, но мне не важно верит она или нет.

Торможу у парадного входа.

- Я могу подождать в машине.

- Нет уж. Полина мне не простит, если узнает, что вы были тут и я вас не пригласил. – даже не задумываюсь над тем, как бы Полина узнала.

- Папа! Папочка!

- Привет, Пушинка!

- Лика! Лика!

Моя солнечная малышка разжимает объятия и несется к «училке», та раскрывает руки, обнимает мою ласточку, прижимает к себе.

- Привет моя сладкая!

- Лика! Ты пр-риехала ко мне! Как обещала! Спасибо! Спасибо!

Смотрю ухмыляясь на музыкантшу, значит, обещала? Краснеет под моим пристальным взглядом, а я…

Я не вовремя вспоминаю, как она раскраснелась, когда я прижимал ее к стене, очень недвусмысленно давая понять какие у меня планы на её аппетитное тело. Чёрт, очень невовремя.

- Полина, прости я ненадолго, времени мало.

- Почему? Пап? Ты уезжаешь, да? А можно Лика тут побудет, можно? У нас скор-ро ужин. И чай с печеньем. Мы с Нинель готовили.

- Я не против, Пушинка, но Лика спешит. – смотрю на неё невозмутимо, а она опять покрывается таким нежным румянцем.

Ну, что, малышка, не отвертишься?

- Да я… я тороплюсь, и твой папа сказал, что у него дела.

- Я могу отложить все ради ужина с дочкой, - смотрю на Лику стараясь сохранять невозмутимое выражение.

Конечно, я могу бы просто по-хорошему попросить ее остаться и поужинать, но…

- Лика, Лика, пожалуйста! Ну пожалуйста! – Полина прыгает на места, держа учительницу за ладошки.

- Хорошо…

За столом моя дочурка ни на секунду не умолкает, рассказывает Полине, что у неё огромная комната, много игрушек, и она любит устраивать чаепитие.

- Только игр-рать не с кем, - разводит руками, - а игр-рать я люблю!

Правда, играть она любит. Это точно.

Моя куколка очень подвижная, развитая не по годам. Ей скоро пять, говорить она начала в год, в два уже строила большие, длинные предложения. Правда, букву «р-р» вот только осваивает, но мне сказали, что это нормально.

А еще я знаю, что моя девочка очень любит музыку. Вернее полюбила, как только пошла в этот частный детский сад.

Теперь я понимаю почему.

Я бы тоже полюбил музыку, ели бы со мной занималась…

Так, стоп, Александровский… мысли! Опять! Лучше о них забыть.

И о дамочке этой, вернее, девочке, по сути, по-хорошему, лучше забыть.

Куплю новое фортепиано в детский сад. И гитару. Да, еще аккордеон до кучи. А может…

- Лика… Хм, Ангелика Витальевна, может быть, вам нужно электронное пианино? Знаете, такие сейчас, новые, я видел, японцы делают вроде?