Сын, о котором ты не знаешь

Глава 15

Эмоции захлестывают как череда бурных океанских волн. Ни вдохнуть, не выдохнуть не получается. Тут и шок, и смятение, и ужас, и страх, и недоумение…

Широко распахнув глаза, смотрю на представшую передо мной супружескую пару и впервые за годы в профессии не знаю, что сказать. Язык онемел и натурально прилип к небу. В горле встал огромные першащий ком. Мимика лица вышла из-под контроля.

Демид стоит в паре метров от меня и, спрятав ладони в карманы элегантных брюк, пристально глядит мне в глаза. Все такой же статный и мужественный. Такой же красивый. Разве что виски чуть тронулись сединой, и морщинки в уголках глаз сделались чуть глубже…

Но в целом это все тот же мужчина, образ которого я годами хранила в памяти.

Моя первая любовь.

И первое оглушающее разочарование.

– Здравствуйте, Айгуль Ринатовна, – улыбается Алиса, озираясь по сторонам.

И тут до меня внезапно доходит, что она здесь единственная, кто не понимает горькой сути происходящего. Она ведь впервые видит меня и, само собой, не знает, что нас с ее мужем связывает общее прошлое. Что много лет назад он нашептывал мне на ухо слова любви, покрывал поцелуями тело, присваивал, подчинял, сводил с ума безудержной страстью…

Она не в курсе, что вот уже пять лет я в одиночку воспитываю его сына. И что глаза у него точь-в-точь как у отца.

– Здравствуйте, – хрипло отвечаю я, с трудом возвращая власть над голосовыми связками. – Представьтесь, пожалуйста.

– Я Алиса, – отвечает с готовностью. – А это мой супруг Демид.

Голова раскалывается от противоречий. С одной стороны, очевидно, что я не могу консультировать бывшего и его жену. Это непрофессионально и просто не по-человечески. Но, с другой, как мне сообщить им об этом сейчас, когда они уже отменили какие-то свои планы и пришли сюда?

Если честно, у меня ноль идей. Я настолько обескуражена, что мозг работает крайне медленно. Может, стоит сказать Алисе, что в прошлом я спала с ее мужем? Тогда она точно пулей вылетит из этого кабинета…

Ну нет. Я не имею права травмировать эту женщину. Она обратилась ко мне за помощью, и добивать ее подобными заявлениями – верх коварства.

Так, может, Демид что-то предпримет? Выдумает какие-то неотложные дела и под этим предлогом уведет ее отсюда?

В надежде перевожу взгляд на Гордеева, но его лицо максимально бесстрастно. На нем нет совершенно никаких эмоции. Оно словно высечено из камня. Почему он такой равнодушный? Неужели ему снова плевать?!

Хотя… Чему я удивляюсь? Демид не из тех людей, кто излишне печется за чувства других. Как показала жизнь, он холодный, расчетливый и ставит выгоду превыше всего.

Возможно даже такое, что он едва меня помнит. Кто знает, сколько таких вот наивных дурочек побывало его в постели за минувшие годы? Десятки? Сотни?

Поэтому немудрено, что наша внезапная встреча не сильно его трогает. Подумаешь, бывшая... Одной больше, одной меньше.

Что ж. Раз Демиду начхать на сложившуюся патовую ситуация, то почему она должна тревожить меня? Хочет, чтобы я была их семейным психологом? Да пожалуйста. Для меня это просто работа. Не более того.

– Прошу, присаживайтесь, – указываю на стулья, стоящие напротив меня.

– Спасибо, – Алиса первая принимает сидячее положение.

Демид, чуть погодя, следует примеру жены. Медленно опускается на мягкую обивку, скрещивает руки на груди и широко расставляет ноги, наглядно демонстрируя, кто в этой комнате мужик.

Ну окей. У себя на приемах я и не таких видала.

– Прежде, чем мы начнем сеанс и погрузимся в ваши запросы, я бы хотела знать, с какими эмоциями вы сюда пришли, – спокойным голосом начинаю я. – Прислушайтесь к своим ощущениям. Попытайтесь сформулировать их.

Какое-то время они оба молчат. Алиса закрывает глаза, явно пытаясь погрузиться в свое бессознательное. А вот Демид, напротив, беззастенчиво сверлит меня взглядом, в котором отчетливо читается насмешка. Едкая такая, вызывающая.

Ему смешно? Пускай. Как правило, скептики на сеансах психотерапии получают самые мощные инсайты.

– Итак, – нарушаю тишину. – Алиса, может быть, вы начнете?

– Хорошо, – она заметноволнуется. – Мне надо описать свои чувства, да?

– Да, – киваю я. – В настоящем. Те, что испытываете прямо сейчас.

– Ну… Я немного нервничаю, – признается она.

– Так.

– А еще у меня есть сильное желание исправить ситуацию, с которой мы к вам сегодня пришли. Есть готовность работать над собой и меняться.

– Хорошо. А какие эмоции вы испытываете по отношению к своему партнеру?

Алиса ошарашенно моргает, а я подбадриваю:

– Не бойтесь. Говорите честно. В этом суть терапии.

– Ну… Я чувствую раздражение и… Немного обиды, – она прячет глаз в пол. – А еще страх…

– Спасибо, Алиса. Ну а вы, Демид? – перевожу внимание на Гордеева. – С каким эмоциями пришли сегодня? Что чувствуете сейчас?

– Ничего, – отвечает невозмутимо. – Я совершенно спокоен.

– Вы видите какую-то проблему в ваших отношениях? Или пришли сюда исключительно по просьбе жены?

– Проблема есть. Но, как по мне, разговорами ее не решишь.

– Психотерапия дает эффект только при отдаче обоих партнеров. Иначе это бессмысленная трата времени. Вы готовы поработать совместно со своей супругой?

– Валяйте, – усмехается небрежно. – Я же пришел сюда, верно?

Интерпретирую его ответ как «да», и вновь фокусируюсь на Алисе:

– Расскажите, пожалуйста, о том, что вас тревожит.

Она шумно вздыхает и, судорожно теребя ремешок своей сумочки, выдает:

– Мы с мужем очень хотим детей. Но проблема в том, что вот уже много лет у нас не получается зачать…