Сын Звезды, рожденный Горой.Александр Великий

третья часть.Граник

Граник

Все войско было на ногах до рассвета, солдаты быстро поели хлеба и оливок, и надевали снаряжение, и строились в колонны, а лохаги вели отряды. Армия построенная согласно плану, была готова к битве.

Войска подходили к реке, уже построенные в колонны, и разделенные на миры, левый, правый фланг и центр. Часть войск оставалась в резерве. Впереди войска и по флангам двигалась фракийская конница, прикрывая отряды от внезапного нападения, они же охраняли обоз и царскую канцелярию, но сам Эвмен был рядом с царем, командуя отрядами пехоты. План битвы был обсужден накануне, менять ничего не надо было. Армия управлялась поднятием хоругвей, и так же просили поддержки.

— Воины! — обратился к македонцам Александр, Мы победим, со мной вы всегда побеждали! Будь те готовы, и по команде- вперед!

Солнце уже освещало место будущей кровавой битвы, птицы перестали петь, но река, бурный Граник, как не бывало, нес свои чистые воды далее, что бы напоить людей, животных и саму землю своей чистой влагой.

На левом фланге начали переправу союзники греки, отряды пехоты, переправлялись наискосок, скользя ногами по камням реки, но падали немногие, тут же им помогали товарищи, бойцы прикрывались щитами, ведь к реке приблизились подданные персов и стали закидывать пехотинцев дротиками, но их прикрывали критские лучники, построившиеся вдоль реки, и их меткие стрелы стали собирать кровавую жатву, не давая прицельно поражать переправляющихся.

Но и стрелы эллинов попадали в основном в щиты и землю, расстояние было немалое, но уже лежали и стонали на земле десятки раненых, и убитые, заливая берег своей кровью. Пердикка и Эвмен увидели, что Спифридат подтягивает конницу на помощь пехоте, так что бой шел по плану Александра, по крайней мере пока, и начальник конницы вздохнул с облегчением.

На правом фланге, построившись острием, пошли в атаку этеры и ила Аминты, вооруженные сариссами длиной около четырех метров, за ними шла ила Сократа с гипаспистами Никанора и бегунами и пеонами, далее построились миры пехоты под командой Пердикки, Кена, Аминты, с ына Андромена, и Филиппа, сына Аминты. Центр составляли отряды Кратера Мелеагра и Филиппа.

Царь послал первым Букефала в воду, но не слишком быстрым аллюром, держа сариссу правой рукой вертикально вверх, юноша чувствовал, как жеребец осторожно наступает копытами по дну, стараясь не споткнуться, так, будто у его копыт были глаза. К месту переправы подъезжали персидские отряды, блистая на солнце нарядными одеждами и дорогим оружием, так что даже на упряжи породных коней блистало золото и бронза. В реке друзей старались опередить сариссофоры, но спутники не дали себя обойти. И первыми переправились этеры с Алексндром, под оглушительный вой труб. На них сразу же бросились персы и лидийцы, бросая дротики, причем персы сломали свой боевой порядок, пытаясь добраться до Александра.

Началась конная битва, и превосходство македонцев было налицо- громадные пики давали ощутимое преимущество, а так же умение перестраиваться во время боя. На берегу уже лежали десятки убитых и раненых, по большей части персы, много коней еще бились в агонии, раненые стонали, истекая кровью. Первые ряды этеров при ударе копьями их ломали, попадая в тела противников, и отъезжали назад, получая запасные копья у оруженосцев, и пало с коней всего трое друзей. Царь был в первых рядах, умело работая копьем, управляя конем, хотя в бою Букефал был абсолютно послушен. Помощь подходила все время- уже подошла и с ходу ударила во фланг персам ила Сократа, а бегуны подбежали, закидывая персов дротиками, и принесли запасные подтоки для сарисс, единственно, при очередной сшибке отряд этеров раскидало, и свиту Александра оттеснили от него.

— Бегуны, запасное копье мне! — крикнул Александр, сломав очередное буевище.

— Эй, молодцы, — кричал он, крутясь на Букефале, шлем его ослепительно блестел на солнце, юноша вытащил меч, готовясь отражать атаки персов. К нему подбежал Арета, его стремянной, сражавшийся длинной палкой, оставшейся от сломанного копья, стараясь, что бы к повелителю не подобрались незамеченными враги.

Тут к царю подскочил один из друзей, Демарат, с запасным копьем, и с ним пробилось с десяток этеров, и Александр рассмотрел Мифридата, одного из персидских командиров, перестраивовавшего конных воинов, и тут же бросил в галоп Букефала, выставив сариссу перед собой, и македонцы поскакали за ним.

Держа пику двумя руками, и чуть направляя коня, молодой правитель направил копье на знатного перса, почувствовал сильный удар в руки, державшие страшное оружие, наконечник попал тому в лицо, брызнул фонтан крови, противника вынесло из седла, а его конь встал на дыбы, и от сильнейшего удара завалился на бок, и стал бить копытами, взметывая комья земли, силясь подняться на ноги, но они разъезжались в стороны.

У Александра сломалось копье, и он опять вытащил меч, наблюдая, что этеры так же расправились с персами, но двое все таки были выбиты из седел, один тяжело поднимался, но другой недвижимо лежал в луже своей крови. Тут на Александра бросились двое верховых персов, размахивая мечами, от одного он уклонился, пригнувшись в седле, так что меч просвистел над головой, другой задел шлем, разрубив его, и македонец услышал скрежет металла совсем рядом с ухом, и, вынеся правую руку с мечом, нанес быстрый укол в подмышку, где панцырь отставал, и тут на помощь подоспел Клит, одним ударом выбив меч из руки Спифридата, а другим отрубил ему руку. Тот не сразу понял что произошло, боль пришла не сразу, кровь орошала землю, добавляя к кровавым потокам новые, потом побелел, и стал заваливаться с коня, уже бессильно хватаясь за его гриву. В схватке погибли командиры персов, и оставшиеся в седле воины,, стали придерживать коней и уходить в сторону от удара подоспевших фессалйцев и фракийцев, так что на правом фланге конница персов бросив пехоту и лагерь, стала покидать поле боя. Левый фланг тоже преодолел реку и сближался с правым флангом, опрокинув уже слабо сопротивлявшиеся персидские отряды легкой конницы, и когда стало спокойнее, стали переправляться фалангиты центра боевого порядка. На поле боя остались лишь греческие наемники, а персидская конница беспорядочно отходила. В лагере персов уже во всю хозяйничали фракийцы и критяне, увязывая добычу в тюки, и пересчитывая пленных. Александр приказал окружить наемников, с тыла и флангов их, как медведей, держали агриане и фракийцы, царь подъехал к Пердикке, Мелеагру и Филиппу, начальникам пехоты.