Сыскное дело леди Честер 2

Глава 2.2

Старый спаниель Перкенсон ковырялся в бумагах, терпеливо выслушивая мою пламенную речь. За дверью ждали своей очереди свидетели.

— Мисс Честер, — кисло спросил Перкенсон, когда я замолчала, — вы каким боком оказались в этой истории? Вам своих дел мало?

Трижды прав был старший инспектор. Дел было по горло, но разве я могла оставить Майка в беде?

Заготовленная легенда пошла в ход.

— Случайно, сэр. Я немного знакома с мясником Сэмюэлем Скейлзом. Он поставляет мясо нам. Отличный торговец, должна я признать. Товар у него всегда свежайший и высочайшего качества. Но сегодня поставка задержалась, матушка очень расстроилась, знаете ли. А если моя матушка расстроена, то…— с надрывом сказала я, проникновенно глядя на Перкенсона, развела руками.

— Ох, прекрасно знаю. – тоскливо сказал Перкенсон.

Старший инспектор ещё помнил бурю, которую устроила моя достопочтимая родительница, когда пришла в больницу. К несчастью, помимо меня, бледной немочи в кровати, и доктора Декстера, она застала и старшего инспектора, решившего навестить меня. Вот на него и обрушился град упрёков, обещание кар небесных и ледяной холод потомственной аристократки, умеющей одним взглядом многое сказать человеку.

Угомонить матушку смог только доктор, серьёзно пообещавший, что навсегда откажется от практики в нашем доме, если леди Амалия Честер не укоротит свой воинственный пыл. Угроза была более чем действенная. Матушка замолкла, но Перкенсон так и остался навсегда испуганным. По его заверениям, которыми он поделился позже, матушку можно было смело отправлять на борьбу с толпами преступников всех мастей. Хоть старший инспектор и стал побаиваться встреч с моей родительницей, но явно проникся к ней некоторой долей уважения.

— Вы как никто другой способны меня понять! – искренне воскликнула я, — чтобы остановить надвигающийся скандал и усмирить гнев матушки, я вызвалась отправиться к мяснику лично. А как прибыла, застала печальную картину. Лавка заперта, мясник дома, его сёстры перепуганы насмерть. Вот вы когда-нибудь сталкивались с такой тоской, что она подобна сплину? Семья мистера Скейлза буквально тонет в нём, – продолжала я нагнетать, —Немного расспросов и картина стала ещё более печальной. Есть как минимум четверо свидетелей, говорящих одно и тоже, но… Но! Старший инспектор Перкенсон, двоих свидетелей сделали виновными! Это неразумно! Вы же понимаете, что задержание парней бросает тень на всю нашу службу, а главное подрывает доверие горожан? Ведь слухи… ах, уж эти слухи! Они расползутся во все стороны. О, я уже вижу заголовки газет. Наш досточтимый Визл начнёт упражняться в красноречии. Только представьте, завтра во всех газетах: «Тварь, пришедшая из тумана, терроризирует Лондон! Полиция хватает кого попало»! К чему это приведёт? Спокойная жизнь будет разрушена. Паника охватит город. Сэр, на полицию падёт несмываемое пятно. Доверие к представителям закона упадёт окончательно. Сэр, я не могу допустить подобного. Тут дело чести всего полицейского состава Лондона и не только нашего участка!

От моего возмущённого голоса звенел воздух в пыльном кабинете старшего инспектора. Но нужный эффект был достигнут. Перкенсон прекрасно знал, как относятся к полиции в народе. Не доверяют, клички дают, насмехаются.

— Вы правы, мисс Честер! – на лбу старшего инспектора блестело несколько капель пота, — если вы уверены, что мальчишки просто глупые шутники и у вас уже есть крепкие доказательства, то я позволяю вам заняться этим делом. Выдаю вам все разрешения! Идите, мисс Честер. Все бумаги у сержанта Шенса. Идите, мисс, идите…

— Благодарю, сэр, — я чинно раскланялась с инспектором и вышла из кабинета.

Сержант Шенс как-то слишком сильно обрадовался тому, что за дело взялась я. Он выслушал показания Люси и Сэма, тщательно всё запротоколировал, а я проследила, чтобы слова были записаны в точности. Свидетелей отпустили домой. Однако дальше произошла заминка.

— Мисс Честер, вы же знаете, — печально сказал Шенс, складывая бумаги в стопку, — преступники нарушали общественный порядок. Девиц вон напугали и вообще вели себя крайне безобразно.

— Сержант, содержание преступников обходится казне в немалую сумму. Так зачем нагружать её, если мальчишки всего лишь мелкие пакостники? Тем более, мы уже выяснили, что они ценные свидетели по делу о Джеке-попрыгуне.

Шенс крякнул, покосился на шкаф в углу комнаты.

— Штраф, мисс Честер. Кто заплатит штраф за них? У меня не такой большой заработок, чтобы я за каждого второго платил из своего кармана. У меня семья и вторая работа, мисс, чтобы прокормить все голодные рты.

— Ох, если вся проблема в этом, то я сама оплачу, — я достала кошелёк, — два пенса? Верно?

Я выложила деньги и выжидательно уставилась на сержанта. Шенс облегчённо вздохнул, сгрёб монеты.

— Пойдёмте, мисс Честер, выпустим ваших ценных свидетелей, — Шенс поднялся с места, снял с пояса связку ключей. Побрякивая ключами, он мечтательно протянул, — обед скоро…

Констебль Пакс, дежуривший у камер, крепко спал, положив голову на сложенные на столе руки. Он не пошевелился, когда сержант остановился рядом и позвенел ключами. Довольно угрожающе, надо признать.

— Па-акс! – во всё горло рявкнул сержант, грозно растопырив усы.

Бедный констебль вскочил, опрокинув стул, вытянулся по стойке смирно и выкатил глаза, в которых всё ещё правил сон. На щеке Пакса краснел отпечаток фирменной пуговицы с отворота рукава формы.

— Спишь, констебль? – прошипел сержант Шенс.

— Никак нет, сэр! – сиплым голосом отрапортовал Пакс.

Мне стало жаль Пакса. Я положила ладонь на плечо свирепеющего сержанта и, как можно мягче, сказала.

— Сержант, констебль Пакс ночью дежурил на улицах, и с утра заступил на смену в участке. Не будьте к нему слишком строги.

— Плохо дежурил, раз там такая ерунда творится. – проворчал Шенс, позвякивая ключами, но тон голоса понизил, — констебль, за ночных задержанных выплачен штраф. Запишите.