Сюрприз для бывшего. Вернуть семью

Глава 13.1

Марат

Я стою на террасе в одном полотенце, обернутом вокруг бедер, и всматриваюсь в линию горизонта. Солнце рисует на безмятежной водной глади золотистые дорожки, а у меня внутри бушует губительный смертоносный торнадо.

Девятый вал Айвазовского, не иначе. Зелено-бирюзово-фиолетовые волны, пушистые облачка на розово-желтом небе, обломок мачты, в который вцепились уцелевшие матросы.

Судя по биографии художника, он немало времени прожил в Феодосии, небольшом городке на полуострове Крым. Там, от моряков, он и узнал красивую легенду о том, что волны во время шторма имеют различную высоту.

Та волна, которая идет девятой по счету, самая опасная. Она имеет огромную разрушительную силу, что способна разбить корабли в мелкие щепки. И, если ты после нее выжил, то получил шанс спастись.

Вот и мне сейчас кажется, что я где-то на гребне восьмой волны. Жду свою девятую.

Налаженная жизнь рассыпается на куски. Принципы летят к черту. Приоритеты перемешиваются и раскладываются в сумбурном порядке. И самое паршивое в этой истории то, что я не хочу ничего менять.

Меня устраивает тот хаос, который я сам сотворил.

– Марат…

Звонкий голос, которому недостает глубины и хрипотцы, касается слуха. Высокая грудь, завернутая в тонкий шелк, льнет к спине. Длинные пальцы скользят от груди вниз к животу, натыкаются на полотенце, завязанное узлом, и пытаются его развязать.

А я превращаюсь в каменного истукана. Тело отзывается, но совсем неохотно. Потому что голова забита всем, чем угодно, только не собственной невестой.

Динара сказала, что никогда не видела своего отца. Значит ли это, что у Лии никого не было, когда мы расстались? Или бывшая жена разбежалась с тем, кто заделал ей ребенка, позже? Не сошлись характерами? Статусами? Взглядами на воспитание дочки?

Я длинно шумно выдыхаю, и Амира воспринимает мой вздох, как сигнал к действию. Дергает ткань сильнее, и она поддается, падая на пол махровой белой кляксой.

– Марат…, – повторяет она упрямо, и я, честно, стараюсь выбросить лишний хлам из башки.

Последние несколько дней я, действительно, уделял ей мало времени, и она имеет полное право злиться. Досчитав до десяти, я вычищаю образы Лии и Динары с подкорки, резко разворачиваюсь и ловлю невесту за подбородок. Языком раздвигаю ее губы, вонзаюсь жестким поцелуем в ее рот, фиксирую ее надежно, как она любит.

Выверенным движением я развязываю пояс ее халата, и струящаяся алая ткань, облизав точеный силуэт, медленно стекает по безбожно длинным ногам вниз. Я прижимаю Амиру к себе теснее, прочерчиваю линию вдоль острых позвонков и вплавляю ладонь в гибкую талию.

Делаю все то же, что и обычно. Но до конца не теряю контроль. Не могу раствориться в инстинктах, как ни стараюсь.

Сколько у Лии было мужчин после нашего развода? Любила ли она кого-то еще или удовлетворяла потребности? От кого она все-таки родила Динару? Ну не может же быть, чтобы тест на отцовство соврал!

Призрак бывшей супруги за каких-то пару минут из фантомного становится практически осязаемым. Отравляет нашу с Амирой близость. Заставляет отпрянуть от разгоряченной невесты, как от чумы.

– Прости. Звонок. Нужно ответить, – едва не потерпев фиаско, я хватаюсь за первый попавшийся предлог и получаю полное досады и раздражения.

– Марат, ты серьезно?!