Сюрприз для генерального

Глава 15

Маша
Когда я возвращаюсь к кабинету босса, его брата и след простыл. Признаться, меня очень напрягла настойчивость Егора Ежова. Захар в вопросах подката как-то мягче.

Хотя он ко мне и не подкатывал. Необычное чувство.

Я сразу пошла в отказ, отношения с мужчинами меня интересуют в последнюю очередь.

Но что-то мне подсказывает, что его брат просто так не отступится.

Смотрю на закрытую дверь кабинета босса. Вспоминаю, что у меня в руках горячий кофе и спешу отнести начальнику.

— Могу войти? — осторожно спрашиваю.

— Да, Маш, заходи, — Ежов крутит в пальцах ручку, смотрит в одну точку.

— Все хорошо? — срывается с языка, тут же начинаю ругать себя.

Хотела же постепенно отдаляться, но вдруг за него заволновалась.

— Да, — отвечает сухо.

— Тогда я пошла работать, — разворачиваюсь и делаю шаг к двери.

— Маш, — подает голос босс, — прости моего брата. У него язык без костей, он за собой вообще не следит порой.

Какие они все-таки разные!

— Ничего страшного, вы не отвечаете за поведение взрослого родственника, — улыбаюсь.

— Давай завтра тоже вместе пообедаем, — серьезно смотрит.

— Не думаю, что это хорошая идея. Я сейчас активно ищу Насте садик. Пусть общается со сверстниками. Привыкнет к нам… вас уже отцом называет. Могут быть проблемы с социализацией.

— Да я не против, — грустно произносит Захар.

— Вы просто представьте, что будет, когда вы найдете себе женщину и женитесь, — вздыхаю, — у вас свои дети появятся.

Он порывается что-то сказать, но останавливается. Молча кивает.

— Наверное, ты права. Вечером водитель вас заберет. Будь готова к семи.

— Хорошо, — улыбаюсь ему и выхожу.

Хотя на душе как-то невесело. Не знаю почему, но грусть в глазах Ежова и во мне откликается болью.

Заканчиваю рабочий день, Захар уезжает чуть раньше.

И ровно в семь спускаюсь в детскую комнату.

Настюша бросается ко мне на ручки. А я ее словно целую вечность не видела.

— Солнышко моё! — прижимаю малышку к себе, вдыхаю сладкий аромат ее волосиков.

— Мамуля! — она улыбается. — Мы с Ингой иглали в кубики! Я узнала много нового!

— Она у вас умница, — нянечка подходит к нам, протягивает Настин рюкзачок, — вы же с ней занимаетесь дома?

— Да, когда время есть, — улыбаюсь.

— Она всё на лету ловит. Смышленая, — хвалит мою малышку женщина, — одно удовольствие с ней заниматься.

— Спасибо вам.

— Пока, тетя Инга! — дочка машет ручкой нянечке, мы выходим.

— Писять хасю… — заявляет моя малявка.

Вздыхаю. Что поделаешь, терпеть вредно. Захожу в женский туалет, завожу Настю. Стягиваю с нее штанишки.

И тут раздается звук открывающейся двери. А следом цокот каблуков.

— Тшш, — показываю малышке, чтобы вела себя тихо.

Она поджимает губки, в глазах озорной блеск.

— Ты видела вообще? — слышу голос снаружи. — Эту… которую Захар Романович с улицы подобрал?

Стискиваю рюкзачок Настюши. Подобрал с улицы? Изнутри поднимается гнев.

— Дааа, — тянет вторая, в которой я узнаю голос одной из двух девушек, которых мы вчера с Ежовым в лифте встретили.

— Курица, — фыркает первая, — я его полгода уже обрабатываю. А ему плевать! Ну что во мне не так?

— Ты красотка! Это ему замухрышки нравятся. Ты видела ее шмотки? Старые, поношенные! Она в какой помойке их надыбала?

— Ужас! Совсем в компании упали стандарты! Берут всякую лимиту, а потом говорят, почему контрактов меньше становится.

— Ничего, наиграется он да бросит ее. Тут наши говорят, что она мать-одиночка. И у нее ребенок мелкий. Долго не протянет, всё-таки Ежов мужик умный. Трахнет ее, да пошлет лесом. Я читала, мужики любят брать на себя роль спасителей.

— Сжалился наш Ежов, вот что! — констатирует первая.

Они с хохотом уходят. Настя делает свои дела, мы выходим следом. Это было ожидаемо. Но вот так вот услышать о себе гадости, конечно, неприятно. Ничего, я этих дамочек запомнила.

— Мамоська! — Настя тянет меня за рукав. — Они пло дядю Захала говолили?

— Забудь, милая, — глажу ее по голове, — эти тёти ничего не знают и не понимают.

— А фто такое замухлызка? — хлопает ресницами.

Хм! Неловко…

— Это неприметная девушка. Одетая неброско, спокойно.

— Понятно.

Мы выходим.

— Добрый вечер, Мария Петровна, — улыбается водитель.

Интересно, он тоже считает меня замухрышкой из Мухосранска, над которой сжалился его босс?

— Добрый, — растерянно хмыкаю.

— Мафынка! — радуется Настя.

— Да! — водитель улыбается еще шире. — Вот, по заказу босса купил детское кресло.

— Уля! — хлопает в ладоши малышка.

— Не стоило… это… — смущаюсь, — очень любезно с вашей стороны. Я отдам деньги.

— Не нужно, — говорит мужчина, — Захар Романович всё оплатил уже.

Понятно.

Усаживаю Настюшу в кресло, сама забираюсь и сажусь рядом. До дома доезжаем быстро. Я начинаю привыкать к комфорту. Это плохо. Но мне радостно видеть счастливое лицо дочери.

Учитывая, что она действительно этого заслуживает. Ведь Настя его дочка…

Вечер мы проводим в играх и веселье. Я рада, что бывший больше меня не беспокоит. Нужно будет завтра в обед сходить и поменять номер мобильного.

Полночи ворочаюсь и заснуть не могу. Думаю о Захаре, никак его из головы выкинуть не получается. Ужас!

Утром быстро пью кофе, кормлю малышку завтраком, и мы выдвигаемся в офис.

Нас уже ждет водитель.

Вроде бы мужчина приятный. Но я теперь с подозрением отношусь к каждому сотруднику…

Ох уж эти стервы!

Мы подъезжаем к офису.

Я отвожу Настю к Инге и возвращаюсь на рабочее место.

А там меня ждет огромный букет из нежно-розовых роз…