Сюзанна. Новый путь

23. День признаний

Итан с любопытством наблюдал как Джордж Фостер поймал
девушку, и теперь она мирно лежала у него на коленях.
Он аккуратно убрал прядь волос с её лица, и зажмурив глаза,
нежно прижал дочь к себе. В его движениях было столько любви
и нежности, что на такие проявления, способно лишь любящее
сердце. Казалось, его душа, была наполнена болью и радостью
одновременно. Но что она скажет ему когда очнётся?
Итана вывел из раздумий Остин, ворвавшийся в подземное
помещение словно ураган, готовый защищать и защищаться.
Он резко замер, когда увидел профессора в своём настоящем
обличие, и медленно приближаясь спросил:
– С ней все будет хорошо?
Джордж задумчиво покачал головой, не проронив ни слова.
Напряжение Остина спало, когда он заметил позади себя
стоящего друга.
Профессор без слов понял, что друзьям нужно объясниться, и
нарушив тишину, произнёс:
– Я отнесу Сюзанну в больничное крыло, а вы идите.
Ребята шли молча по узкому каменному коридору, и каждый
размышлял о чём-то своем. Никто так и не осмелился
заговорить первым.
Наконец-то затхлый запах сырости стал смешиваться со свежим
воздухом. Теперь можно было разглядеть естественное
освещение в конце катакомбы. Это означало только одно, они
практически выбрались из этого жуткого, дьявольского места.
Добравшись до библиотеки, они увидели ожидающего Мэта.

144
Тот сидел в большом красном кресле, и как послушный пес,
ждал Итана.
Заметив друзей, он растерялся, и не сразу сообразил какой
вопрос задать первым. Мэт пытался определить их эмоции, но
это привело ещё в большее замешательство. Оба выглядели
растерянными, но при этом их нельзя было назвать врагами.
Правда и на друзей они не были похожи. Что же произошло
между ними? – Пытался понять Мэт, и решился задать вопрос,
который, по его мнению, больше всего волновал Итана:
– Ты нашёл Сюзанну?
Его действительно это интересовало, ведь его друг отправился
на её поиски.
Взгляд Мэта упал на Остина, и шестерёнки в голове заработали
более активно. В недоумении, он спросил:
– А ты Остин? Как ты оказался с Итаном? Я всё время находился
здесь, и мимо меня никто не проходил.
Остин пояснил:
– Попасть в эти катакомбы можно благодаря нескольким
входам. А Сюзанна… она в порядке…
– Она со своим отцом. – Неожиданно произнёс Итан.
От услышанного заявления, Мэт мгновенно изменился. Теперь
он находился в полном недоумении. В голове мигом пронеслись
возможные варианты. Итан решил глупо подшутить? А может
быть таким оригинальным способом решил его заткнуть, чтобы
он прекратил интересоваться Сюзанной? Но почему он это
произнёс так серьёзно и уверенно?
Пока остолбеневший Мэт пытался понять, что же происходит на
самом деле, Остин воспользовавшись паузой, решил внести
ясность в отношениях с Итаном:
– Прости меня, я действительно не хотел тебя обманывать, но в
силу обстоятельств, я не мог всего рассказать... Мистер Фостер
попросил сохранить этот секрет, более того, он заставил меня
выпить зелье молчания.
Он виновато опустил голову и добавил:

145
– Ты ведь сам прекрасно знаешь, чтобы со мной случилось, если
бы я попытался тебе...
– Да, знаю. Ты бы лишился языка. – Понимающе ответил Итан, и
спросил:
– Как долго ты это скрываешь?
– С первого дня её прибытия.
Остин стоял с опущенной головой делая вид, что разглядывает
свои ботинки, и начал виновато объяснять:
– В тот день… профессор Грант пришёл ко мне в комнату…
Он рассказал о своей тайне, и волшебном зелье, при помощи
которого, мистер Фостер перевоплощался в другого человека.
Ему был необходим надёжный защитник для дочери.
– Я должен был следить за каждым шагом Сюзанны, и в случае
опасности, обо всём ему сообщать, и защищать. С самого первого
дня я искусно притворялся её другом, но потом… потом я понял,
что это настоящая дружба. Я прекрасно видел, как между вами
зарождаются отношения, и вы оба светитесь от счастья. Я с
радостью доложил обо всём профессору. Но он… Он разозлился
и очень испугался… Я не мог понять, что его так тревожит, и
всячески расспрашивал, но мистер Фостер молчал…
– Потому что, тот кто пытался убить профессора Гранта, и
преследовал Сюзанну, был моим родным дедом... – Закончил за
него фразу Итан.
– Да, но я этого не знал. – И перебирая в памяти воспоминания
своего аджутора, тревожно продолжил:
– Только когда увидел подробности той страшной ночи, я всё
понял… Но даже тогда, я не верил, что ты, каким-то образом
причастен к жутким планам профессора Гриффина! Я слишком
хорошо тебя знаю.
– Я тоже думал, что слишком хорошо знаю своего деда… –
Ответил Итан, и мгновенно поник.
Остин смотрел на друга, и искал способ хоть как-то его
подбодрить в такой запутанной ситуации, но никаких идей ему
не приходило. Всё настолько сложно. Ему было очень жаль

146
Итана. Да и Сюзанна… Теперь он и её воспринимал как родного
человека.
Изумленный Мэт слушал разговор и только сейчас осознал, как
много пропустил по своей же собственной глупости.
Все тяжёлые моменты, которые пережили его друзья, он был
погружён в собственные обиды и переживания. Он не был
рядом, и не оказывал поддержку, в которой они так нуждались.
Из-за собственного эгоизма рушилась дружба. Самое дорогое,
что у него было. Чувство вины буквально нахлынуло, и он
ощутил себя беспомощным. Он должен попытаться всё
исправить. Да, сейчас не самый подходящий момент, но ему
нужно во всём признаться Итану. Ему казалось, что именно
сейчас, тот единственный шанс, который, возможно, поможет
хоть что-то изменить.
Взволнованный, он неторопливо подошёл к Итану и положил
свою ладонь на его плечо:
– Мы можем с тобой поговорить наедине?
Итан чувствовал упадок сил, и даже не поинтересовался, о чём
срочно понадобилось Мэту с ним поговорить. Последние
события сказались на нём, и он ощущал себя апатично.
Остин, направился в сторону двери:
– Пойду проведаю Сюзанну, возможно, она уже очнулась.
Он покинул библиотеку, и в зале воцарилась гробовая тишина.
Итан безразлично смотрел на Мэта, не выражая никаких
эмоций, и было сложно понять, что происходит в его душе.
Может ему не стоит вообще с ним сейчас говорить? Сбежать, так
ни сказав ни слова? Но это будет выглядеть как минимум
странно. Ведь он готовился к этому разговору уже давно. Ко
всему прочему, ему это жизненно важно. Да и отступать уже
слишком поздно. «Нет… нужно набраться смелости…» –
размышлял Мэт, и откашливаясь, прочищая горло, видимо от
волнения, произнёс неестественно пискляво: