Та, единственная ведьма

Глава 30. Предзнаменование

И снится этот сон в который раз:

«Освободи же, ведьма, нас, освободи же нас!»

Что значит этот жуткий сон?

И долго ль будет длиться он?

Огромный актовый зал во дворце академии был великолепен и уже полностью готов к торжественной части. Ежегодного бала по окончании учебного года с нетерпением ждали все без исключения. Редко когда ещё можно было бы увидеть собрание практически всей знати этого мира и даже парочку правителей другого.

А ещё студентам позволялось в этот день официально испробовать элитную выпивку, что привлекало даже больше, чем весь прочий маскарад. Лично я с нетерпением ждала той части, где мы, наконец, начинаем танцевать. Мой первый бал за всю жизнь — разве не повод хорошенько оторваться и стать королевой этого вечера? По-моему, так — идеальный момент показать, на что именно я с усердием маньяка потратила последний месяц перед этим событием.

В ожидании даже не заметила, как пролетела торжественная поздравительная часть, и вот я уже довольная и счастливая кружусь в объятиях своего кавалера. Наши танцы оправдали все надежды, и вот мы уже вместе с ним стоим на сцене, и нас объявляют королём и королевой бала. На головы нам надели шикарные короны с настоящими бриллиантами (на время, правда), и в нашу честь по залу раздаются громкие аплодисменты, поздравления, свист.

А потом... потом происходит то, о чём уже знаю, но вспоминаю только перед самым его началом, и ещё до того, как это происходит, меня наполняет необъятный, поглощающий ужас, от которого кожа вмиг покрывается холодной дрожью и встают волоски.

Наполненный студентами зал, как в картинках множество раз повторяющегося сна, неожиданно замирает. Весёлая музыка обрывается на высокой, растянутой ноте, и в один миг все голоса, шорохи и любые звуки глохнут, словно кто-то щелчком пальцев до полной глухоты снизил громкость всего.

Давящая тишина безмолвностью бьёт по перепонкам, а воздух вокруг стремительно заполняется невидимой, страшной по своей мощи силой, и половина зала в трепете падает на колени перед древним могуществом всего рода Келистро и великой силой проклятого рода демонов.

Лишь девушки под знаком ведьм оставались стоять. Их глаза, как в давно отработанном жесте, закатываются под веко, и, как одна, они поднимают руки вверх и монотонным, бесцветным голосом обращаются ко мне. Ведь только я одна, парализованная собственным страхом, как вкопанная продолжала стоять на сцене и смотреть на контролируемых чьей-то неведомой рукой ведьм, не в силах даже шелохнуться.

«Просила ты сказать, как будет мир готов

К принятию великой силы праотцов.

И редкий дар хранителей проснулся в нас,

И заклинаем мы тебя — сведи же сглаз!

Пророчество гласит к тебе воззвать,

Дитя, чья мать сумела все рода проклясть.

Сними же чары эти ты,

Освободи же, ведьма, нас! Освободи!»

С громыхающим в груди сердцем я резко распахиваю глаза и судорожно глотаю воздух в ночной темноте комнаты. Тело мелко трясёт как от перенапряжения, и мне с трудом удаётся разжать пальцы рук.

Опять, опять один и тот же сон уже вторую неделю подряд! Что ты значишь, чёрт возьми? Я сошла с ума? Я настолько перетрудилась? Я — то самое «дитя», чья мать сумела проклясть все рода? Или это чьи-то дурацкие шутки? Меня кто-то проклял, и теперь мне снится эта чушь?

Уже по привычке протянула подрагивающую руку к тумбочке за успокоительным зельем, заботливо приготовленным Сержем, и двумя маленькими глотками опустошила колбочку. Ложиться спать снова было бессмысленно, и я как можно тише, чтобы не разбудить Стеллу, встала и собралась в душ. После — часовая пробежка по безлюдному и спокойному саду, снова душ, получасовая медитация, и мы вместе с Сержем и Лорой идём на учёбу.

Сегодня у нас последний день занятий в академии перед двухнедельными каникулами. Хотя это скорее просто подготовка к долгожданному всеми студентами, кроме меня, ежегодно проводимому балу. Я бы, наверное, тоже радовалась и суетилась перед таким-то событием, но сны напрочь отбили всё желание даже просто вылезать из комнаты куда бы то ни было. Но я не все, а все не я, и моего упаднического настроения не разделял никто, разве что лучший друг, которому я рискнула рассказать (точнее, он сам выпытал) все мучившие меня причины.

Что со мной происходит и как от этого избавиться, мы не знали, а обращаться к кому-либо откровенно побоялись, ведь окажись я тем самым «дитём» из пророчества — меня бы быстро разорвали на части и ведьмы, желающие поскорее «освободиться», и демоны. К тому же мы не могли знать, какие планы на меня построили бы демоны.

От рода Делиона и Смаира мы предполагали, чего можно ожидать, но вот как к этому отнесутся правящие сейчас «Фениксы»? Они пугали больше всего, а если верить снам, то обо мне узнают все и сразу. А оно мне надо? Поэтому мы с эльфом единодушно решили, что на бал я пойду только на первую его часть. Не пойти совсем — то же самое, что и нанести глубочайшее, наказуемое оскорбление и прямое высказывание своего неуважения ко всей знати, что будет там. Ещё придётся остаться на открытие бала, которое в обязательном порядке должны провести первокурсники.

Меня даже уже Рик пригласил, согласившись и на всего один танец. И чего, спрашивается, хочет этим показать? За эти полностью посвящённые учёбе, сдаче долгов, тренировке моей силы воли и обучению иллюзиям тяжкие последние пять месяцев мы хоть и стали с ним друзьями, но проявлять ко мне симпатию он не спешил, а тут — «даже ради одного танца с тобой». Странные они — вампиры. Хотя о чём это я? Здесь странен вообще весь мир.