Таёжный Наполеон

Глава 13

Плотно поужинав, Аристарх и Степан отправились в бильярдную. Брат ушел к себе отдыхать.

Они прошли через гостиную и остановились у широкой дубовой двери, в двух шагах от нее начиналась деревянная лестница, идущая на второй этаж. Половицы натужно скрипели, стучала трость, брат поднимался к себе в спальню.

— Очень жаль, что Трифон Иванович сегодня не играет, – произнес Степан и уставился в потолок.

— Захворал. Нога болит, – Аристарх толкнул массивную дверь. Отступил, пропуская вперед гостя.

— После вас, Аристарх Иванович! – произнес Степан и поклонился. – Извините, я ведь не барышня, чтобы мне уступать...

— Причем тут барышня? Все-таки вы гость в моем доме. Я должен уступить…

— В бильярд будете тоже мне специально проигрывать? Не надо. Мой кий, как убийственный выстрел Дантеса.

— Хорошо, увидим вашего Дантена.

Аристарх, гордо подняв голову, вошел первым, показывая, что он и не собирается никому поддаваться.

Бильярдная – была самая большая комната в доме. Здесь свисала с потолка «янтарная» люстра с пятью свечами. Язычки огней качнулись от движения воздуха, словно станцевали в преддверии победы. Аристарх осторожно закрыл дверь и строго глянул на горящие свечи. Не плясали бы заранее.

Посередине комнаты стоял большой бильярдный стол (Трифон его из Парижа заказывал), шесть резных ножек орехового цвета упирались в начищенный до блеска паркет. Аристарх любил, чтобы все сияло. В правом углу примостился дубовый шкаф с резным орнаментом, брат в нем хранил пухлые книги. На нижней полке расставлены статуи богинь древней Греции, жена Аристарха давно хочет их выкинуть. Говорит: «от них срам один». Шесть медных подсвечников закрыли богинь. «Это Аглая снова прикрыла, чтобы я не пялился на них» – подумал Аристарх. В левом углу стояли круглый столик с ножками-лапами львов, а также два стула. Позолоченные львы оскалились. На стенах висели копии картин Андрея Матвеева: брат любитель искусства. Трифон говорил, что полотна, львы и его оголенные богини отвлекают гостей от игры. Только жене Аристарха не нравились эти «художества».

Наклонив голову, Степан угодливо посмотрел на Аристарха. Он как ребенок испрашивал разрешения потрогать чужую вещь. Аристарх кивнул. Гость подошел к столику и погладил гриву льва. Он заметил поднос с рябиновой наливкой и два бокала, стоявших на столике.

— Вот зря вы поставили хмельное… Я играть пришел, а не бражничать! Была бы моя воля: я всех пьющих обязал платить налог. Маменька говорит, что вся беда от вина.

— Ни разу не пробовал?

— Нет-с. Квас и молоко полезнее.

«Может в момент азарта, особливо за победу опрокинет пару рюмок? А если нет? Надо сказать горничной, чтобы квас крепленый принесла. Стоит только пару кружек испить, там и до наливочки дойдет» – подумал Аристарх.

— Так я себе, Степан Григорьевич! Люблю за игрой выпить.

— Позвольте мне разбить первому, – прозвенел голос Степана.

Его голос еще не успел огрубеть и приобрести отцовские низкие ноты.

Гость намазал краешек кия мелом.

Аристарх расставил по дальним углам два красных шара, стоявших под номерами четыре и пять, в центр поместил желтый, на нем изображена цифра три. Два белых лежали у ближайшего борта: первый и второй.

— Что ж, приступим. Будем играть в пять шаров с карамболями, – скомандовал Аристарх и указал на бильярдный стол.

— Дозвольте сказать, Аристарх Иванович…

— Чего?

— Еще свечей не мешало бы… Темно-с.

Аристарх кивнул и позвонил в колокольчик.

Прилетела горничная Лида: в желтом сарафане и в засаленном, почти в черном переднике. Талия, как у осы. Она вынула шесть бронзовых подсвечников из шкафа и расставила на коричневых бортах бильярдного стола. Горничная подожгла фитили, заплясали язычки огней.

Она присела на подоконник. Голубые глаза Лиды смотрели на стол с темно-зеленым сукном. Из-под цветастого платка выбилась прядь светло-русых волос. Под выпуклым лбом к переносице сдвинулись брови, как крылья орла. Трифон давно приглядел эту девку.

Аристарх смотрел на горничную и даже забыл, зачем позвал ее. Ведь не только свечи зажечь. Он глянул на столик и увидел там поднос с рябиновой наливкой. Вспомнил. Споить Степана.

— Лидка, принеси гостю забористого кваса из ледника.

Горничная пожала плечами и уставилась на Аристарха. Видать не поняла, чего от нее требуется.

— Третий день у нас служит, еще не знает, где квас стоит.

«Эх, почему не подумал, что Степан не пьет. Как ей объяснить, чтобы в квас водки подлила. Нужно отвлечь. Но как? Триша, Триша, подвел ты меня» – сокрушался Аристарх.

Вот так все хорошо совпало. Он и брат получили письмо от Степана, с просьбой дать взаймы. Гроза. Мухи эти… Аристарх почесал шею. Он вспомнил! Гость ведь насекомых, бабочек собирает. Где-то в шкафу пылилась книга...

— Степан, ты же любишь читать про жуков. Брат велел подарить тебе книжку, – Аристарх ударил себя по лбу, – запамятовал я.

Он подошел к шкафу и снял с верхней полки увесистый красный корешок. На обложке красовалась большая бабочка.

— Извольте взглянуть, – попросил Степан.

Аристарх протянул книгу. У Степана загорелись глаза при виде бабочки. Он бережно, как великую драгоценность, взял фолиант, провел «дамскими» пальчиками по шершавой обложке. И, как будто не веря, что ему просто так дают ее, спросил:

— Вы не шутите?

— Нет, – небрежно кинул Аристарх. – Берите. Она ваша.

— Премного вам благодарен, Аристарх Иванович, – кланяясь, защебетал Степан.

Он приподнял толстую обложку и погрузил взгляд внутрь книги.

Аристарх шагнул к Лиде. Он шепнул ей, чтобы в кувшин с квасом добавила две стопки водки.

Степан так увлекся книгой, что даже не заметил, как горничная скрылась за дверью.

— Посмотрите позже. Ваш безупречный кий зовет. Погляжу, как он бьет.

Гость положил подарок на круглый столик со львами.

Степан взял кий и подошел к бильярдному столу. Худые пальцы поставили белый шар под номером один на исходную. Они, наверное, ни разу не держали молотка и мозолей не натирали. Лишь была видна потертость между указательным и средним пальцами от кия.