Тайна Академии и (не) ее дракон

Глава-25 Рафаэль

За разговорами об Архидель мы сумели осушить все запасы горячительных напитков, что были в моей комнате. Ночь прошла в бесконечных обсуждениях, спорах и попытках сложить воедино фрагменты загадки, а теперь, на утро, мне казалось, что моя голова сделана из чугуна. Тяжёлая, гудящая, словно набитая свинцом, она протестовала против любых движений.

В горле пересохло так, будто я провёл несколько дней в пустыне без капли воды. Единственное, чего я сейчас хотел — напиться. Только бы добраться до графина с водой.

Разлепив глаза, я приподнялся на локтях и попытался осмотреться. Первое, что бросилось в глаза — абсолютный хаос. Мы заснули прямо там, где были вчера вечером, даже не пытаясь разобрать постели. По всей комнате валялись пустые бутылки, исписанные листы бумаги, странные наброски и чертежи, которые мы чертили в попытках разобраться с древом рода Архидель.

Комната больше напоминала поле битвы, пережившее жестокую осаду. Стулья были сдвинуты в беспорядке, один и вовсе валялся на полу. Стол завален бумагами, половина из которых была испачкана чем-то липким — наверное, кто-то случайно пролил вино. Одежда Криса валялась на спинке кресла, а Гастон как-то умудрился заснуть прямо на полу, использовав вместо подушки стопку книг.

Я вздохнул. В конце концов, порядок в комнате беспокоил меня куда меньше, чем невыносимая жажда и головная боль. К счастью, кто-то (возможно, я сам, пока был ещё в сознании) оставил графин с водой на тумбочке.

Я уже потянулся к нему, когда по двери вдруг раздался настойчивый стук.

Я замер.

Кто мог прийти так рано?

Я проигнорировал стук и продолжил тянуться к воде, но настойчивый гость, очевидно, не собирался так просто сдаваться. Стук усилился, перешёл в громкое тарабанье, от которого у меня в голове зазвенело ещё сильнее.

— Кого это ещё с утра пораньше занесло в мою комнату? — проворчал я, уже заочно ненавидя того, кто так отчаянно пытался ко мне прорваться.

Со вздохом я изменил курс и поплёлся к двери, мысленно клянясь, что если это кто-то с незначительным вопросом, то ему не поздоровится.

Наконец, я распахнул дверь.

И увидел его.

Это был Рафаэль, собственной персоной. Улыбка до ушей, взгляд сияет от радости, а в голосе звучит неподдельное веселье. Он был тем человеком, который умел войти в комнату и мгновенно заполнить её своей энергией, независимо от того, хотели этого окружающие или нет.

— Дружище, сколько лет, сколько зим! Здорово! — радостно выкрикнул он, хлопая меня по плечу так, что я едва не пошатнулся.

— Здорово… — пробормотал я, щурясь от яркого света, который теперь показался мне ещё более невыносимым.

Рафаэль смерил меня внимательным взглядом и ухмыльнулся:

— Ты чего такой помятый, Эд? А где остальные?

Я только вздохнул и кивнул в сторону комнаты:

— Ещё спят. Проходи внутрь, только у нас… немного не прибрано.

— О, ну мы ведь не кисейные барышни, Эд, я переживу, — отмахнулся он и уже без приглашения шагнул внутрь, оглядывая разруху с нескрываемым интересом.

Между тем, внутри начало подниматься недовольное ворчание. Гастон, который до этого момента спал без задних ног на полу, резко открыл один глаз, затем второй, и с заметной неохотой поднял голову.

— Что за шум? Кто так радостно орёт с утра пораньше? — его голос был хриплым, явно выдавая последствия вчерашнего вечера.

На кровати что-то зашевелилось, и через секунду Крис громко застонал, зажав голову руками:

— Какого чёрта, Эд, скажи этому крикуну, что если он не сбавит громкость, я его придушу.

Рафаэль только расхохотался, глядя на них с нескрываемым удовлетворением.

— А что, с таким размахом отмечали? Неужели моё возвращение? — с усмешкой спросил он, направляясь к графину с водой.

Я устало провёл рукой по лицу:

— Ага, угадал, конечно. Жить не могли без тебя.

— Я так и знал! — радостно заявил Рафаэль, поднимая графин.

Прежде чем кто-либо успел его остановить, он осушил его за один раз.

Гастон только фыркнул:

— Ну вот, воды больше нет. Прекрасно.

Крис тяжело вздохнул и закрыл глаза, явно собираясь снова уснуть.

Я же в это время оглядывался по комнате, окончательно осознавая, какое же побоище мы здесь устроили вчера. Похоже, убираться мне всё-таки придётся. Хотя, быть может, удастся спихнуть это на Криса или Гастона.

Рафаэль же, не замечая недовольства окружающих, хлопнул меня по плечу и ухмыльнулся:

— Ладно, хватит прохлаждаться, рассказывайте, что тут у вас стряслось. Я чувствую, что без меня тут явно творилось что-то интересное.

Гастон раздражённо поморщился, отводя взгляд от Рафаэля, который, казалось, был полон бодрости и энергии, несмотря на их не самое лучшее состояние. Весёлый тон друга явно действовал ему на нервы, но вмешиваться он не стал – слишком устал, да и спорить с Рафаэлем было себе дороже.

Крис, сидевший чуть поодаль, выглядел куда хуже. Его лицо было бледным, а взгляд — затуманенным. Он прижал пальцы к вискам, словно пытаясь унять раскалывающуюся головную боль.

— Вы можете потише? — простонал он, закрывая глаза.

Я сочувственно посмотрел на него. Ему точно было хуже, чем мне. Нужно было срочно достать зелье. И кто же мог бы нам помочь? Конечно, Рафаэль.

— Рафаэль, дружище, сгоняй за зельем, а? Будь другом, — обратился я к нему с лёгкой улыбкой, хотя я сомневаюсь что моя улыбка была дружелюбный скорее это наверное был оскал

Гастон тут же подхватил:

— А мы потом тебе всё расскажем.

Рафаэль на мгновение задумался, театрально сложив руки на груди, а затем, со вздохом, всё же согласился: