Тайна Академии Хальторн

Глава 17. Магия оберегов

Утром я почувствовала себя готовой ринуться в бой. После вчерашних переживаний можно было ожидать упадка сил, но казалось, что я обрела новые силы, хотя немало потратила для спасения Амриелы. Списав ощущения на крепкий сон под защитой водников, я отправилась в учебную аудиторию.

Мне предстояла небольшая лекция, переходящая в длинное практическое занятие. Студенты ещё были под впечатлением вчерашних событий: аудитория гудела, точно растревоженный пчелиный рой. Увидев меня, все притихли.

От всех разом исходило ощущение лёгкой тревоги и вместе с тем перекрывающая его радость. Вчера всё закончилось хорошо – значит, переживать незачем! Типичная жизнеутверждающая позиция юности. Отлично, раз все в хорошем расположении духа, можно сегодня поднапрячься над серьёзными заданиями!

- Наше занятие посвящено осознанному колебанию жизненных волн.

Вздох пролетел по рядам: кто-то радовался интересной теме, кто-то расстроился, что придётся попотеть.

- При достаточной исходной силе даже той энергии, что есть у вас, хватит на небольшое магическое действие. В случае, когда требуются значительные затраты, придётся сначала найти нить магического источника, а потом пропускать поток через себя. Но нас сегодня это не понадобится.

- Выходит, не ахти какая сильная магия эти жизненные волны? – спросил Грониан.

Не отвечая, я только взглянула на него, и он умолк. В последнее время Грониан начал раздражать, и не только меня.

- Задача состоит в следующем: мы начинаем внутри себя раскачивать волну. Как только волна достигает максимума, мы может использовать её по своему усмотрению. Мне нужны двое. Есть желающие?

Как обычно, охотно откликнулась Тиенна, а за ней и Брилеус поднял руку. Оба вышли ко мне, весело переглядываясь, как сообщники. Похоже, испытания минувшей ночи имели свои плюсы – они начали сдруживаться.

Я указала Брилеусу на стол, где лежала заранее приготовленная длинная плеть вьюнка, свёрнутая в кольцо:

- Ваша задача – развернуть плеть. Нет, не вручную, а волной. Вы должны уже были научиться основным приёмам, - уточнила я. – Если вы, конечно, не тратили свободные вечера исключительно на глинтвейн.

- Ну вот, теперь мне этот глинтвейн всю жизнь вспоминать будут, - буркнул Брилеус.

- Не отвлекаемся…

Брилеус сосредоточился, провёл ладонью над столом, и стебель понемногу начал раскручиваться. Не так быстро, как мог двигаться под рукой, к примеру, Тиенны, но тоже неплохо.

Сделав знак Тиенне, чтобы подошла, я шепнула ей на ухо:

- А теперь помешай ему любым способом, лучше самым нелепым. На твой выбор!

Тиенна хитро взглянула на меня и подошла к Брилеусу со спины, держа руки наготове. Она лишь провела пальцами ему по бокам, а он тотчас сбился со ритма волны и зашёлся в хохоте. Он смеялся так заразительно, что остальные студенты тоже начали хохотать.

- Как мы видим, для концентрации своих сил на максимальное действие нам нужна некоторая отрешённость, а щекотка мешает, - продолжила я лекцию, когда все отсмеялись. – Что ещё нам может помешать?

- Например, хочется чихнуть, - сказала Тиенна.

Снова раздались смешки.

- Вы зря так реагируете, - возразила я. – Правильно, наличие неудовлетворённых потребностей, которые нельзя отложить без сопутствующих страданий. Если вы ещё не умеете концентрироваться на цели, то даже обычное ощущение жары или холода может сбить с толку и помешать закончить дело. Что ещё?

- Если о чём-то другом думаешь? – предположил Брилеус.

- Правильно, - подтвердила я. – Мечущиеся в голове мысли отвлекают и не дают сосредоточиться!

- А ещё болтать надо поменьше, - добавил один из огневиков, всегда сидевших на заднем ряду.

- Да-да, и к вам это тоже относится, - уточнила я. – Думаете, я не знаю, зачем ваша бодрая огненная четвёрка вечно садится в конце? Болтовня ещё никому в учёбе не помогла, особенно на практических занятиях.

Огневики потупились.

- Ещё варианты? – я обвела аудиторию взглядом.

- Не уверена, что правильно это сформулирую, но мне кажется… - начала Леатида.

- Смелей, - ободрила я её.

- Сильные эмоции тоже мешают. Можно не думать, не говорить, но где-то внутри остаётся чувство. Оно даже не облечено в слова, но разрушает изнутри, как отрава, и вытащить это из себя невозможно…

Леатида умолкла, опустив лицо в ладони. Повисла тишина.