Тайна

Я увидел её на похоронах бабушки.

Меня словно по голове ударили. Или неожиданно плеснули холодной воды на спину в самый жаркий летний день. Или я наступил на снаряд мощной разрывной силы! Даже не знаю, как точнее выразить ощущение, из-за которого я уставился на эту девушку, забыв, где я. Человека провожают в последний путь, а я стою посреди комнаты, почти разинув рот, и не понимаю, почему не могу отвести глаз.

Высокая, худощавая, в простом чёрном платье. Спокойное, ровное, очень светлое лицо – кожа, будто прозрачная, и тёмные круги под глазами с выражением грусти. Я не мог понять, какого они цвета. Ресницы чёрные, губы яркие, и точно такие же волосы из-под платка, завязанного на деревенский манер. Да, вот оно объяснение моей странной реакции, похожей на разрыв снаряда. Я был просто сражён наповал той живой красотой, которая стояла на противоположной стороне и молчаливо разглядывала присутствующих. А я её...

Грусть, перекликаясь с добротой и готовностью помочь, наполнили её взгляд каким-то особым смыслом. Он казался одновременно тяжёлым из-за смерти, которая всех собрала в одной комнате, внимательным к каждой детали вокруг, и в то же время каким-то далёким отсюда. Как будто мыслями она была в нескольких местах сразу. И было в этом взгляде что-то ещё...

- Сынок, иди поешь, - отвлекла меня тётка Лена. – Ты как доехал?

- Да, вроде, ничего. Кажется, справился.

- Ой, нет! А я себе все мозги стрясла! Ужасная дорога! Забралась наша бабушка в такую глухомань.

Семь лет назад баба Катя поехала в эту «Лесную глушь», узнав, что родная сестра сильно заболела. Через год сестру похоронила, да так и осталась в её доме. А глушь лесная – прямо за огородом! Бесконечная гуща зелёного, шумного леса!

- Мы так редко виделись, а как переехала сюда, так и совсем пропала! – продолжала тётка, не сдерживая слёз. И где-то в глубине комнаты тоже завыли в полный голос. Запричитали старые подружки...

- Ой, Серёженька, не могу! – и, уткнувшись мне в грудь, начала сотрясаться всем телом. - Мать-то видел? С ума сходит!.. Ой, сходит! Не могу оттащить… Горе-то какое, Серёжа! Какое горе у нас… - и новая волна слёз.

Я крепко обнял маленькую тёткину фигурку и принял в себя часть её несчастья. Потом часть маминого… Она долго и крепко меня обнимала, громко плача и о многом сожалея. Пришлось даже прибегнуть к надёжной валерьянке, чтобы хоть как-то привести её в чувства.

- А где она? – усадил я маму на стул, потому что стоять она уже не могла.

- Надо у Таисии спросить, - откликнулась на мой вопрос незнакомая женщина с горой посуды в руках. – Это баб Катина соседка. Она у неё тут всё знает, - и тихо позвала. – Вера? Позови-ка Таичку!

Она вошла, на ходу поправляя волосы под платком, и я снова уставился на неё. Значит, она Таисия. Девушка с удивительными чертами лица! Кажется, даже ни единой морщинки! Бабушкина соседка.

- Где тут у бабы Кати валерьянка? – составляя посуду в шкаф, спросила женщина. – Совсем Галине Степановне дурно!

Тая быстро выскочила и также быстро вернулась.

- Есть капли, а есть таблетки.

- Ой, всё равно… - махнула рукой мама Галя.

Я налил воды. Тая капель.

Теперь я увидел, какого цвета её глаза.

- Таичка, надо бы ещё пару стульев. Есть? – появилось новое незнакомое мне женское лицо.

- Есть.

- И до магазина надо бы съездить, – перебила тётка Лена.

- Я на машине, - предложил я помощь. – Если надо, то поехали. Только я дороги не знаю.

- Тая покажет. Сейчас деньги принесу.

Мы уселись в машину, и Тая повезла меня по закоулкам своей деревни.

- Теперь налево поверните, - взглядом показала она. – Дом с красной крышей видите?

- Ага.

- Это магазин. Нам туда.

- Ага, - ещё раз повторил я, сосредоточившись на разбитом повороте дороги. – Как же вы тут… ездите.

- Мы тут ходим, - улыбнулась она, и я увидел ямочку на левой щеке. Вместе с ней выражение её лица стало по-детски игривым, а по мне снова прокатилась взрывная волна от снаряда. Особенно после того, как она неоднократно одарила меня своим янтарным взглядом! И я подумал: «Ох, Серёжа! По-моему, ты пропал!» Ведь можно и задержаться на неопределённый срок по причине отпуска, на работу через три недели.

Пока я разговаривал сам с собой, Таисия выскочила из машины и пропала за дверями магазина. Потом появилась, помахала мне рукой, чтобы помочь загрузить пакеты на заднее сиденье. И мы поехали обратно, по тем же рытвинам и колдобинам, которые раскачивали мой автомобиль из стороны в сторону, как аттракцион в парке. И уж если мы оказались на одной качели, то почему бы не поболтать?

- А вы, значит, бабушкина соседка?

- Да. Была… - с сожалением ответила Таисия.

- А справа или слева?

- Через стенку, - и снова улыбнулась.

Честно признаться, по приезде я даже не заметил, что дом на двух хозяев.