Тайна Безмолвного Леса. Город Призраков

Глава XXV.II

***

В перерыве ребята, как всегда, болтали друг с другом, прогуливаясь по коридорам школы. Бофара всё же решила выпытать у Лулу, где она отсутствовала два месяца прошлого года и хотела узнать, не удалось ли ей хоть немного выяснить, как те огромные монеты могли быть связаны с Корнелией.

Лулу отвела фею в сторонку.

— Не знаю, как монеты попали к твоей сестре, но они, что называется, двойственной сущности.

— Это как это, душенька?

— Обещай, что поверишь всему, что я расскажу. И никому не расскажешь. Последнее очень важно.

— Я – могила, душенька. — И, так как она была суеверна, как и все феи, она трижды сплюнула через левое плечо.

Ундина рассказала подруге об Обливиосе и обо всём, что она там увидела и услышала.

— И вот эти монеты – это самая что ни на есть пропускная карточка в мир духов для живых.

— Ох, ну и страсти-то какие, конечно. Вот если бы не ты мне это рассказала, так в жизни бы никогда не поверила в такую чертовщину, тьфу-тьфу. Но тебе я верю. Ну и дела, души загробные! А как же всё-таки монеты у Корнелии могли оказаться?

— Да мне их гномиха с первого курса дала, — Корнелия, оказывается, стояла неподалёку и расчёсывала волосы, всячески маскируя то, что это парик. — А вы тут уже напридумывали, что я с какими-то привидениями вожусь.

— Ты общаешься с гномом? — Бофара недоверчиво подняла бровь.

— А что в этом такого? Она милая, и у неё очень интересное чувство стиля. А ещё много золота.

— Ну, вот с этого и надо было начинать.

Девочки заметили какое-то столпотворение справа и решили, что стоит подойти и выяснить происходящее. Все собравшиеся окружили кого-то и громко гудели. В центре круга, как оказалось, стоял Феникс, а Джинджер – второкурсница-почтальон протягивала ему запечатанный конверт без подписи.

— Пысмо? Мнэ? Но я жи нэ умэю читац.

Гул стих и все уставились на Феникса.

— Э, та я жи шучу, ну. Я что, па-вашэму, такой же глюпий, как Корнэлия?

Фея обиженно поджала губы, а Феникс вскрыл конверт и пробежал глазами по клетчатому листку, лежавшему внутри.

— Что там? Что там? — Майк отчаянно подпрыгивал, пытаясь посмотреть через плечо друга. Улыбчивое лицо Феникса вдруг помрачнело. Он смял листок и оглядел толпу, которая сразу же расступилась.

— Ат каво запыска?

Никто не признался.

— Эта што, розыгрыш? Кто мыня можит преследават в этой школэ? Каму я сдэлал зла?

Наконец Фелисити выступила вперёд.

— Записка от меня, Феникс. И я знаю эту информацию от первого источника.

— Ти миня дуришь. Што эта всё значэт? — Он тряс листом перед лицом Фелисити, а та хладнокровно стояла, скрестив руки перед собой.

— Кое-кто из учителей не тот, за кого себя выдаёт. Тебе следует опасаться.

— Та что ты гаваришь? И кто жи эта? Малчишь? Так это патамушта врёшь!

— И у стен есть уши.

— Чиво-о? Ты гаваришь какими-то загадайками. А толку, если ти врёшь?

Фелисити пожала плечами.

—Твоё право, Феникс, мне не верить. Мне просто хотелось уберечь кого-то. Потому что этот препод достал уже даже меня, — она сжала кулаки, но вовремя подавила всплеск эмоций и, развернувшись, пошла прочь.

Феникс ещё раз посмотрел на смятый тетрадный лист и конверт.

— Ерунда какая-та, — он швырнул всё на пол и тоже ушёл.

Но Майк подхватил письмо прежде, чем то успело коснуться земли. Он тоже просмотрел текст глазами и обернулся, оценивая, сможет ли он догнать Феникса или нет. Но потом вдруг передумал.

— Что в письме? — поинтересовалась Лулу.

Майк, не глядя, протянул его Лулу. Там было написано:

«Остерегайся. Лысый чужеземец хочет взять тебя в плен. У него недобрые намерения».

— Ты думаешь, это Макгроу?

— Я не думаю. Я знаю.

— Зачем ему Феникс?

— Если Фелисити говорит правду, и тебе она тогда тоже сказала правду, и Макгроу – шпион с Хандроза, то тогда у него очень серьезные планы на Феникса. Пока птица маленькая, она не представляет угрозы. Но её можно вырастить в реальную машину для выжигания людей. И царь Эдмонд не может упустить такой шанс, чтобы пустить это в военное дело.

— То есть, заполучив Феникса, он снова развяжет войну, наплевав на договорённость с Дельтой?

— Именно. А если учесть, что Феникс имеет Хандрозское гражданство, у него есть право вернуть жителя своей планеты на своё законное место. Но Феникса так просто не выманить. — Он понизил голос, нагнувшись к самому уху девочки, чтобы другие ученики не слышали. — Помнишь, ты увидела перо в книжном тайнике в библиотеке? Это перо одного из его сородичей. И оно горит.

— И что это значит?

— Перо птиц-фениксов горит только тогда, пока жива сама птица.

— Это значит, что у Феникса есть живые родственники? — воскликнула Лулу. Майк тут же бесцеремонно заткнул ей рот ладонью.

— Заткни свою пасть, не побоюсь такого грубого выражения. Это очень большая тайна, о которой нельзя говорить в этом здании, которое может просто кишеть Хандрозскими шпионами. Имея столь мощных птиц, Хандроз обретёт могущество, которое им нельзя позволить получить.

— А что теперь делать Фениксу?

— Я постараюсь его убедить поверить Фел и быть осторожным. А ты про перо даже не заикайся, — он тыкнул ундину указательным пальцем промеж рёбер. — Для них обладание даже одним пером может стать крутым преимуществом.

***

На неделе Майк решил заглянуть к месье Лавуа, как он ему и обещал ещё в декабре. Директор радушно принял вервольфа, усадив его на новое кожаное кресло, поставленное вместо той уродливой металлической скамьи в углу.

— До’гогой мой, Кармайкл Чите’гн.

— В чём подвох? — прервал француза мальчик. — Когда ко мне так обращаются, то это значит, что чего-то хотят или собираются ставить прививку.

— А вы сооб’газительный всё же молодой обо’готень, — директор покачал пальцем из стороны в сторону. — У меня к вам наинте’геснейшее п’гедложение, от кото’гого, как я ‘гешил, с вашим да’гом вы п’госто не сможете отказаться. — Он сделал длинную паузу, с каждой секундой всё больше растягивая уголки губ. — Я п’гедлагаю вам поймать п’гивидение.