Тайна брачной ночи генерала - дракона

Глава 18. Дракон

- Мне нужна помощь. Со стороны опытного человека. Моя жена беременна, - произнес я, глядя на ротмистра Клепфорда.

Полноватый, с рыжими усами, с носом-картошкой и хитрыми лисьими глазами, он застыл в стойке смирно.

- А! Это я всегда могу! - усмехнулся Клепфорд, поднятый по моей просьбе. Он расслабился и выдохнул. Ремень на животе тут же натянулся. - Ой, а можно я у вас тут подольше посижу?

- Это еще почему? - спросил я, усаживаясь за стол. Мне до сих пор не верилось, что мне досталась беременная жена. Чувство было неприятным. И я пытался вернуть на место пошатнувшийся мир. Ладно, не девственница. Но беременна? Хороший вопрос, от кого? И он не давал мне покоя.

Трудно принять чужого ребенка, пусть даже еще не рожденного. Я был уверен, что вопрос с детьми мы отложим на будущее… А тут вот…

- У меня десять детей, - усмехнулся ротмистр Клепфорд, кивая в сторону двери. - Любая отлучка для меня - праздник! У меня поход в туалет - выходной.

- А как жена твоя справляется? - спросил я, отвлекаясь от неприятных мыслей.

- Вот поверьте, лучше, чем я, - заметил ротмистр, покаянно опустив голову.

- Если дети в тягость, зачем столько? - удивился я.

- Это все моя жена. Чуть что - сразу беременна! Я пройду рядом, а она опять беременна… Это какая-то магия, не иначе! - заметил ротмистр. И тут же понизил голос до шепота. - Или проклятье... Вот в последнее я верю. Так нехорошо на нас тогда одна бабка посмотрела. И брякнула: «Ой, что-то детишек у вас маловато!».

- А ты уверен, что все от тебя? - спросил я, чувствуя, что вопрос напоминает о своей проблеме.

- А какая разница? Мне их воспитывать! Они меня отцом называют! - вздохнул ротмистр. - Им-то все равно, кто их там мог сделать. Но каждый раз они бегут ко мне: «Папа-папа-папа!». Мне все некогда разобраться. Я три года назад хотел заняться этим вопросом. Да просто интересно. А тут жена говорит, что двойню ждет! Опять.

По-крайней мере, я-то точно знаю, что ребенок не от меня. Не было обмана, лжи, которая вскрылась через годы в каком-то внезапном скандале. Здесь хотя бы все честно. И у меня есть выбор.

- Расскажи мне про зелье какой-то там мадам? - спросил я, как-то до этого не вникая в тонкости отцовства и материнства.

- А! - заметил Клепфорд, прохаживаясь по кабинету. - Есть такое... Только бабы мрут, как мухи! У меня однажды жена выпила... Я прихожу домой, а она бледная и по стенке ползет... Что-то сказать пытается... А под ней... Простите, лужа... Крови... Как ранение... Еле спасли... После этого я махнул рукой и сказал: «Рожай!».

- Благородно, - кивнул я.

- Да у нас уже пятеро было... Я как представлю, что один вдовцом с ними останусь, так нет, лучше увольте! - усмехнулся Клепфорд.

Он уселся в кресло, пока я нервно расхаживал по комнате.

- Расскажи мне про беременность, - произнес я. - Мне нужно знать, к чему готовиться.

- Итак, записывайте! Баба становится нервной! - усмехнулся ротмистр. - Вот прямо на ровном месте истерить начинает... Чуть что не так, тут же слезы... Ранимая, короче. Но это - моя. Как ваша - не знаю...

- Понятно, - вздохнул я, записывая.

- Потом у них что-то в голову ударяет, они начинают уют создавать… Тут с ней разговаривать бесполезно. Запомни фразу «Да, дорогая!». Больше тебе, как мужику, ничего не пригодится. И не вздумай спорить… - вздохнул Клепфорд. - Потом у бабы вкусы меняются. Они начинают есть такое, от чего у вас аппетит в трубочку сворачивается… Прихожу, а моя сидит, камень меловой жует. И вареньем поливает. Счастливая…. Или варенье с горчицей мешает. Однажды листики фикуса отрывала, в чай макала и ела. Как печенье… Банку варенья в суп вылила… И довольная такая стоит… Но это потом. Их, бывало, тошнить начинает… От всего прямо… Мою от запаха мяса. Просто наизнанку. Моя поначалу душила мясо…

- В смысле душила? - спросил я.

- Ну, сидит, пшикает своими духами на кусок. А у нас пахнет, как на балу. Это она запах перебивает, - заметил ротмистр. - А вокруг меня, как светские красавицы, шашлыки кружатся… И отбивные… Теперь на балы ходить не могу… Везде ножки куриные мерещатся. И рулька.

Я услышал шаги и стук в дверь.

- Господин генерал. Ваша супруга отказывается есть, - послышался голос служанки. – Она так ничего и не съела.

- О! Началось! А я говорил! Это ее тошнит! Это нормально! Сейчас… - похлопал себя по карманам ротмистр.

Он полез в один карман. Оттуда вывалилась детская соска, причем жеваная. Он поднял ее с пола, протер, спрятав обратно в карман. Потом он вытащил не самый чистый платок, детский рисунок и какую-то пеленку… Следом на ковер выпала оторванная рука какой-то куклы… Наконец, он извлёк флакон и поставил на столик.

- Вот! От тошнотиков! - гордо произнёс ротмистр. - Я всегда с собой ношу… У неё чуть что, так сразу… Лучшее зелье… Сама варит… Рецепт нашла… Она подсмотрела, как его аптекарь варит, и сама приготовила. Но у вас деньги есть, так что можете и в аптеке взять. А нам цены кусаются. Леденцы будут предлагать — не берите. Толку никакого! Только зубы портятся! Но если надо, я попрошу, жена еще сварит… Тут на несколько дней хватит… Она у меня как раз в положении… Так что у нас они по всему дому стоят… И мясо в духах и духовке…

- Благодарю, - кивнул я, глядя на флакон.

- Туда дальше, как живот расти будет, нужно платьюшко! Специальное. Для беременных!

- Это какое? - спросил я, видя, как Клепфорд задумался.

Ротмистр встал, выпятил живот, а сам руками обрисовал что-то в воздухе.

- Когда баба беременная, она ходит как неуклюжая утка! - заметил ротмистр. - И ей нужен специальный корсет! Чтобы вот тут держать… А если тут пережимает, то всё не доносит… Надо правильное… А это мадама одна шьёт… Сейчас скажу, как её найти… Дорогущие, зараза! Это для меня. А вот для вас нормально… Они там с разными финтифлюшками его шьют. Разберётесь… Но только смотрите, чтобы тут не давило… И вот тут поддерживало…