Тайна черной маски, или Как я стала злодейкой

Глава 1. СЛУГА ПЕРВОЙ ФРЕЙЛИНЫ ЕЕ ВЕЛИЧЕСТВА

После обеда ее величество пожелала выйти в парк. Прогулка среди тенистых боскетов освежала. Уже не в первый раз я испытывала созерцательное удовольствие, разглядывая кубические кроны деревьев и удивительные фигуры, в которые превратила кустарники искусная стрижка настоящего мастера.

Здесь были львы и белки, птицы в половину человеческого роста и гигантские улитки, деревья-пирамиды и занятные причудливые существа, порожденные лишь фантазией создателя.

Мне нравилось их рассматривать – почему-то в эти минуты у меня возникало чувство, что я переношусь в те времена, когда жила в замке Фракизов и большую часть времени проводила, гуляя с Юной в парке. Хотя наш парк был намного скромнее королевского, но тогда я была беззаботна и счастлива...

- Тэлли, милочки, если солнце беспокоит вас, не стесняйтесь взять у слуг зонтики, - сказала ее величество.

С самого начала сезона королева Стефания проявляла почти материнскую заботу о своих юных сезонных фрейлинах. Вела задушевные беседы с каждой, обсуждая картины, книги, садовое искусство и гардероб – словно наставница.

На сезон ее величество взяла трех девиц: Изабель де Лаанталь, дочь маркиза де Лаанталя, Парис де Ларуз, дочь герцога де Ларуза, и меня, после смерти барона де Саара, получившую по наследству титул баронессы.

Ко всем королева Стефания была одинаково добра, никого не выделяла. Все три тэлли были очевидными претендентками на роль супруги его высочества принца Селебриана. Тэлли де Лаанталь и я – из-за обладания редким даром нагалиси, тэлли де Ларуз – по причине высокого происхождения. Герцогу де Ларуз посчастливилось находиться в одном генеалогическом древе с королевской семьей, к тому же он имел хорошую поддержку у других знатных родов Гатарии и занимал почетное место в Королевском совете.

Я помнила герцогиню де Ларуз по королевскому приему, на котором меня представили правящей семье. Рыжеволосая, с мудреной напудренной прической и десятками мушек на лице – такой в моей памяти осталась мать Парис. Дочь, в отличие от нее, одевалась и причесывалась по последней моде света. Ее рыжеватые, как у матери, волосы, были собраны на затылке в локоны, которые рассыпались красивым фонтаном, персиковое платье подчеркивало цвет волос и кожи. Личико же ее, отчаянно курносое, с глазами чуть навыкате, выдавало в тэлли сверх меры любопытную особу.

Другое дело – Изабель де Лаанталь. Она знала себе цену – об этом говорил ее чуть высокомерный, но уверенный и сдержанный взгляд. К тому же, она была чудо как хороша собой. Ее атласные черные волосы, собранные в унизанную белым жемчугом высокую прическу, и ежевичные глаза выгодно контрастировали с белоснежной кожей. Черты ее лица отличались утонченностью, и, кажется, она была хорошо обучена вести светские беседы...

- Вы так внимательны к нам, ваше величество, - произнесла Парис. – И впрямь немного душно. Наверное, стоит позвать слугу с зонтиком.

Слуги фрейлин следовали за дамами на некотором расстоянии – они были нужны, чтобы носить за своими госпожами зонты от солнца и веера.

- Благодарю вас, ваше величество, - в свою очередь ответила Изабель. – Но парк вашего величества так безупречен, что на каждом шагу укрывает нас благодатной тенью. Не встречала ничего более совершенного. Мне не было никакой нужды брать с собой служанку с зонтиком.

Королева благосклонно улыбнулась ее словам, а я оценила попытку тэлли де Лаанталь польстить королеве. Ходили слухи, что ее величество лично принимала участие в проектировании королевского парка, а садово-парковое искусство было ее маленьким увлечением.

Однако Изабель в своей лести была слишком безыскусна.

- Ох, зря вы так думаете, тэлли де Лаанталь! - вмешалась в разговор герцогиня де Бриа. – Ваша служанка прямо сейчас имеет удовольствие любоваться моим новым слугой. Было бы жестоко с вашей стороны лишить бедняжку этой маленькой радости.

Герцогиня Аурелия де Бриа была первой фрейлиной королевы Стефании уже более двадцати лет. Весь двор знал, что никому ее величество не доверяет так во всех своих делах, как ей. Поэтому ее постоянное присутствие при королеве меня не удивляло.

- Аурелия, дорогая, как? Опять новый слуга? – как бы между прочим обронила королева. – Ты меняешь их чаще, чем платья.

- Но разве прилично носить все время одно и то же платье, дорогая Стефания? – словно намекая на что-то пикантное, хохотнула первая фрейлина.

Герцогиня де Бриа была одной из немногих людей в королевстве, кому было позволено называть королеву по имени. Ей единственной ее величество прощала фривольность в своем присутствии, лишь снисходительно улыбалась.

- Как по мне, придворная дама может позволить себе маленькую вольность – держать при себе красивого слугу, дабы услаждать взор, - многозначительно улыбаясь, сказала герцогиня.

Оглядев юных фрейлин, чье внимание ей удалось привлечь, она продолжила с заговорщическим видом:

- И скажу вам по секрету, милые тэлли, иногда можно себе позволить усладить не только взор.

Изабель де Лаанталь тихонько прочистила горло и опустила взгляд как можно ниже. Как и я, она поняла намеки герцогини.

Когда к нам в замок Фракизов приезжали старшие кузины, которым уже посчастливилось провести сезон при дворе, они с придыханием делились сплетнями о том, что, кроме лицевой стороны дворцовой жизни, есть еще и жизнь тайная.