Тайна черной маски, или Как я стала злодейкой

Глава 4. ПОЛЕТ БАБОЧКИ

Кружа в танце с его высочеством, я знала, что все взгляды в зале прикованы к нам. Но меня волновали лишь пристально следящие за мной льдистые глаза первого мага Гатарии.

Тариен должен быть удовлетворен, думала я. Неожиданно все складывается наилучшим образом. Мои соперницы, не успев вступить в борьбу за титул кронпринцессы, растеряли все свое преимущество. Парис успела заслужить нелестную оценку и у королевы, и у принца, да и в целом с ее несообразительностью ей будет сложно завоевать расположение его высочества. И это не говоря уже о том, что Парис была единственной из нас, кто не обладал даром нагалиси.

У Изабель изначально шансов было больше. Но сначала принц заставил ее заплатить за ошибку ее отца, а следом она была приглашена на танец парией высшего света – графом Альканом Валарисом. Но даже если Изабель оправится от этого дня, у меня уже есть преимущество.

Я была уверена, что мне удалось разжечь интерес его высочества. Наверное, тем, что вела себя с ним не так, как полагалось вести себя благовоспитанной тэлли. Либо дерзкий и своенравный от рождения характер, за который я всегда выслушивала укоры матушки и отца, либо жизнь на воровском дне, где благовоспитанность была бросовым товаром, интуитивно подсказали мне, как вести себя с принцем.

Его высочество был искусным танцором, я даже получила определенное удовольствие от той уверенности, с которой он вел меня в танце.

- Вы знаете, что моя мать благоволит вам, тэлли Клодия? – не отводя от меня взгляда улыбающихся глаз поинтересовался принц.

- Только что узнала от вас, ваше высочество, - благодарно кивнула я.

Королева Стефания благоволит мне? Определенно высшие силы были на моей стороне. Мне на пользу складывалось абсолютно все. Такое скорое развитие событий даже пугало. Пожалуй, я не была готова к этому, поскольку еще не успела понять, чего же на самом деле с моей помощью хочет добиться Тариен. Все, что у меня было – лишь догадки и предположения.

- Ее величество была добра и внимательна ко мне, оказав мне поддержку после утраты отца, - сказала я. – Я благодарна ей за место сезонной фрейлины, беседы с ее величеством помогают мне отвлечься от боли утраты.

- Надеюсь, вы не думаете, что королева добра ко всем, тэлли? – принц многозначительно приподнял брови цвета чистого золота. – Доброта королевы – привилегия.

Я поразмыслила и спросила:

- А ваша доброта ко мне, ваше высочество – тоже привилегия?

- Вы считаете, я добр к вам? – получая удовольствие от этой игры, улыбнулся принц.

- Вы все время прощаете мне мои недостатки, ваше высочество. Не сомневаюсь, вы очень добры ко мне.

Во взгляде принца проскользнуло удовольствие.

- Что ж... в таком случае, вам и впрямь стоит расценивать мою доброту как привилегию, тэлли.

Я кокетливо опустила взгляд, не скрывая торжествующей улыбки.

- Я очень ценю это, ваше высочество.

Сделав поворот под рукой принца, я внезапно встретилась взглядом с Альканом Валарисом. Изабель кружилась под его рукой в тот самый момент, когда он смотрел в нашу с принцем сторону.

От приятного флирта с его высочеством отвлекло легкое дуновение беспокойства.

А все-таки с какой целью граф пригласил на танец Изабель? Алькан Валарис, помнится, говорил, что ему интересно все, что вызывает интерес принца, а девица де Лаанталь была отвергнута его высочеством буквально перед этим.

Еще несколько кругов танца – и я уже не сомневалась, что граф наблюдает за нами. И больше всего тревожил близящийся момент обмена партнерами. Я вспоминала все, чему меня учил мой учитель танцев. И если память меня не подводила... принц сейчас подхватит в танце тэссу де Барвиль в паре перед нами, а значит...

В несколько круговых движений мы разошлись с его высочеством – и вот я смотрю в лицо, скрытое черной маской, а ладонь Алькана Валариса лежит на моей талии.

Уголки губ графа дрогнули в удовлетворенной улыбке, как будто именно этого момента он ждал. Наверное, впервые в ярком освещении зала, я хорошо разглядела в прорезях маски его глаза – темные со сливовым оттенком.

Теплые.

Настолько, что способны были заставить затвердевший янтарь стать расплавленной янтарной смолой.

- Вас можно поздравить, тэлли де Саар? – спросил граф. – Или мне лучше называть вас «баронесса де Саар»?

- Можете называть, как вам будет угодно, граф, - ответила я, ловя себя на мысли, что пристальный взгляд сливовых глаз манит меня, словно птицу приманка в силках. – Однако с чем же меня можно поздравить?

Затаенная улыбка в краешках губ Алькана Валариса дрогнула:

- В этом зале прямо сейчас все шепчутся о том, что его высочество сегодня продемонстрировал высшему свету, кому отдает предпочтение в выборе невесты. Они говорят о вас, тэлли де Саар.

Я ответила не сразу – внутренне напряглась.

Показалось ли мне, что в интонации, с которой это было сказано, просочился сарказм? Граф ненавидит его высочество. Так может быть, он презирает меня, что я хочу стать женой принца? Или напротив, считает, что я не достойна такого высокого титула, как кронпринцесса?