Тайна дара старой Тойбе

4. Антиквар дядя Сёма

Неопознанный, теперь уже не летательный, а дрейфующий объект  плавно покачивался у берегов израильской земли. Чтобы его не обнаружили службы Израиля, предусмотрительный Изя нажал на кнопку, и кренделёт накрыла паутина невидимости.

— Ну что ж, Шимон Маркович, есть у тебя какие-то соображения насчёт поисков красавицы Чарнетт?
— К счастию или нет, но... — щуплый еврей сидя на стуле развел руками, — таки нет! Моня пуст как пачка "Примы"!
Изя приподнял одну бровь.
— Пачка примы? — переспросил он. — Я не знал, что ты увлекаешься балетом.
— Да не прима, а "Прима" — это такие вонючие цигарки. И вообще, Моня музыкант, а не танцор! — щуплый еврей гордо вскинул голову.
— Не сердись, дорогой, — Израиль Моисеевич добродушно улыбнулся, — лучше давай посмотрим внимательно на то место, где Чарнетт листала книгу.

Оба еврея уставились на круглый экран.
— Голосовой помощник Анфиса! — командовал Изя, — Увеличь визитку, которую продавец вручил Чарнетт и прочти надпись.
Монитор мигнул и через пару секунд выдал:
— Найдется всё! Антикварная лавка "У дяди Сёмы". Израиль, город Хайфа,
улица Аль-Муади, дом 77. Владелец магазина Семён Семёнович Левинбах.
— Спасибо, Анфиса. Будь добра, подскажи координаты нашего местоположения.
— Найдется всё!
Монитор замигал и через мгновенье на экране появилось изображение — карта мира.
— Вы находитесь в Средиземном море в территориальных водах Израиля вблизи города Хайфа. Достопримечательности —  Римско-католический женский монастырь Дочерей милосердия Священного Сердца Иисуса.
Тут Израиль Моисеевич не выдержал и отключил Анфису нажав на одну из кнопок на пульте управления:
— В женский монастырь нам не нужно, а вот к господину Левинбаху стоит заглянуть.

****
Кренделёт бесшумно причалил к суше.
Незаметно для чужих глаз, Изя и Моня сошли с невидимого аппарата на берег.
Добравшись до ближайшей автостоянки, они наняли такси.
— Ну что ж, Шимон Маркович, по машинам! — с этими словами Израиль Моисеевич распахнул заднюю дверцу такси и устроившись на заднем сиденье увидел, что Моня стоит на стоянке и машет рукой ему и водителю, как девушка, провожающая любимого на перроне вокзала.
— О Всевышний, этот богатый русский язык меня когда-нибудь доканает. — тихо процедил Изя сквозь зубы  и громко, обращаясь к любимому другу, крикнул:
— Моня, дорогой, мы еще не закончили наши дела, а ты уже прощаешься! — Израиль Моисеевич широко улыбнулся, — Я сказал по машинам, а не помаши нам!
Щуплый еврей перестал махать рукой и мигом запрыгнул в такси.
Друзья договорились с водителем, и тот за небольшую плату и интересную историю довез их до антикварной лавки на улице Аль-Муади.

***

— Изя, скажи мне как еврей еврею, откуда ты знаешь, что господин Левинбах знаком с нашей Чарнетт? — Моня ждал ответ.
— Конечно знаком! Продавцы антикварных лавок хорошо знают своих клиентов. А Чарнетт как раз приобрела в его магазине книгу.
— Ну что ж, будем надеяться, что этот дядя Сёма нам что-нибудь расскажет за нашу красавицу.
— Я не сомневаюсь. — Израиль Моисеевич состроил ангельское выражение лица настолько, насколько позволяла мимика:  —  Моня, можно я попрошу тебя молчать: я сам все спрошу. Ты только соглашайся со мной - кивай головой и если надо скажи "да".
— У мене такое чувство, как будто ты зовешь меня замуж. 
— Не обольщайся, ребе, — улыбнулся Израиль Моисеевич и распахнув дверь антикварного магазинчика, шагнул внутрь.

***
Запели колокольчики оповещая хозяина антикварной лавки о приходе покупателей.
— Добрый день, добрый день! — старый еврей, перестал начищать до блеска старинную бронзовую кружку и отставил ее в сторону. — Чито привело вас в столь интерэсный час по полудню к дяде Сёме?
Вошедшие поздоровались.
— Мы пришли к вам за помощью. — начал речь большой грузный покупатель в белом балахоне, но Семён Семёныч его перебил.
— Всё, чито угодно, но денег в долг не дам!
— Собственно говоря, мы не за этим к вам так долго добирались. — Израиль Моисеевич наступил на ногу Моне так, что  того перекосило. — Видите ли, мой друг страдает.
— Больной, что ли? — поинтересовался Семён Семёныч. 
— Можно и так сказать, — Изя бросил взгляд на Моню, и тот закивал головой в знак согласия. — Мой друг безответно влюблен!
При этих словах лицо Мони вытянулось от удивления, но Изя вновь наступил ему на ногу, и тощий еврей мучительно выдавил: — да.
— Ребе, но я всего лишь антиквар, а не доктор!
— Да, я знаю, но не могли бы вы, Семён Семёныч, знать ту, за которой сохнет мой друг, — на этот раз Моня успел убрать ногу и Израиль Моисеевич промахнулся.
— Хорошо, а фотокарточка у вас имеется? — дядя Сёма протянул руку в надежде заполучить фотографию.
— К сожалению, нет. — Моня и Изя состороили кислые мины.
— Но как же я вам о ней расскажу, если  я не знаю как она виглядит?! —воскликнул дядя Сёма.
— Вы ее-таки знаете! Это сногсшибательная блондинка в зеленом платье! — Израиль Моисеевич улыбнулся.
— А... это та, что держит салон красоты в Ашдоде, в квартале искусств? 
— Она недавно купила у вас книгу "Практичес... — Изя не успел договорить.
— "Практические работы по технологии приготовления пищи"! Наичудеснейшая книга, скажу я вам! Редкий экземпляр! — довольный дядя Сёма схватил недочищенную бронзовую кружку.
— А разве это была не "Практическая магия"? — в голос спросили Изя и Моня.
— Таки нет! — старый антиквар  протянул кружку посететителям: — Но я вам предлагаю купить уникальную вещицу!
— Благодарим, но в другой раз. — Израиль Моисеевич схватил Моню за руку и потащил к выходу.