Тайна долины царей

I. Хелен

В восточную часть города, где располагались не самые благополучные кварталы, вроде Блугейт-Филдс в районе Шадуэлл, всё ещё ездила конка. В центре Лондона конный транспорт уже давно заменили на электрический, который, как оказалось, удобнее в использовании. Однако прогресс не желал доходить сюда, где ветхие кирпичные дома с прохудившемися крышами нередко взирали на мир разбитыми стеклами окон. 

Тусклый свет уличных фонарей едва заметно освещал дорогу. Остановив лошадей, кучер громко потребовал от пассажиров выметаться из вагона, после чего помчал дальше, будто желая поскорее убраться с узких, мрачных улочек восточного Лондона. 

Выйдя вслед за женщиной с двумя детьми, одетыми в старые лохмотья, и поправив на голове маленькую серую шляпку, леди Хелен Конрой огляделась по сторонам. В этой части города она никогда прежде не бывала. Если бы не сложившиеся обстоятельства, то ее нога так никогда бы и не ступала по этим неровным серым лондонским мостовым, где, если верить слухам, в районе Уайтчепел всего каких-то двадцать пять лет назад орудовал серийный убийца Джек-потрошитель. 

В кармане светлого пальто лежала записка с адресом паба, куда молодая леди держала путь. Нащупав ее, девушка достала клочок бумаги на свет, встав под фонарем и ещё раз изучив маршрут, сделанный корявым почерком мистера Джонатана Кларка. Зябко поежавшись, Хелен закусила губу, снова посмотрев на ряд одинаковых невысоких домов с покосившимися трубами. Идти вглубь этих улиц ей совершенно не хотелось, но её вела туда острая необходимость. 

К началу двадцатого века не только женская мода претерпела невиданные изменения, но и женское мышление. Молодые леди стремились выйти из-под опеки мужчин семьи, предпочитая решать свою судьбу самостоятельно. Именно такой решительной и независимой юной особой была и Хелен Конрой, дочь уважаемого профессора археологии Эдварда Конроя. 

Начальное образование Хелен получила в пансионе, где царили почти спартанские условия. После смерти матери за ее воспитание с воодушевлением взялась бабушка, вдовствующая баронесса Батлер, которая и отправила внучку в заведение закрытого типа. Большинство девушек пансиона намеревались найти себе выгодную партию после окончания учебы вместо того, чтобы продолжить повышать свои знания. Скромность, кротость, готовность помогать больным и обездоленным, изысканность, утонченность вкуса — эти добродетели и по сей день считались необходимой основой для хорошей жены, и обучение в пансионе было направлено именно на то, чтобы привить эти качества юным особам. Помимо этого девушек обучали живописи, музицированию, танцам и французскому языку.

Но всего этого оказалось недостаточно для Хелен. Вот уже более полугода она снимала комнату в центре Лондона, доказав себе и родным, что достойна не только того, чтобы быть хозяйкой семейного очага. Не сразу, но девушка смогла поступить в колледж Ньюнхэм в окрестностях Кембриджа. Какой скандал разразился в семье, когда молодая особа изволила продолжить обучение! Бабушка всеми силами пыталась удержать внучку дома, твердя, что на примете для нее уже имеется жених. Но горячую и целеустремленную Хелен оказалось невозможно свернуть с намеченного пути. 

Когда баронесса, в конце концов, поняла, что не добьется желаемого от внучки, она настояла на проживании в пансионате для приличных людей у тетушки Полли. Хелен собиралась протестовать и в этот раз. Однако в спор, наконец, вмешался сам отец, до этого молчаливо принимавший каждый каприз дочери. Эдвард Конрой попросил горячо любимую дочь не спорить со старшим членом семьи и пойти на компромисс. В конце концов, ему было легче знать, что дочь находится под присмотром тети, его сестры, чем в студенческом общежитие.

Сердобольная бабушка, баронесса Батлер, каждый месяц посылала ей деньги, думая, что студенческой стипендии Хелен категорически не хватает. Знала бы любимая бабуля, что ее внучка жертвует бабушкины фунты на благотворительность, а сама подрабатывает, – со стыда бы умерла.

И было у Хелен одно интересное качество, несмотря на идеальные манеры леди. У девушки имелся небывалый талант влипать в неприятности. Впрочем, до сего момента и проблемами их назвать было трудно. Так, проблемки.

В голове юной мисс сейчас вертелись совсем иные мысли, нежели беспокойство о собственной безопасности. За ней уже наблюдали несколько пар любопытных глаз, и несомненно в головах этих людей вертелись лишь самые низменные мысли, поскольку прилично одетые леди обычно не появлялись на этих улицах. Если только не находились в поисках низменных удовольствий... 

Вдоль дороги то тут, то там сидели нищие, попрошайки и просто пьяницы, не просыхающие ни днём, ни ночью. В темных переулках стояли вульгарно одетые женщины, ночные бабочки восточного Лондона, с готовностью отдающиеся любому мужчине за пару пенсов. С завистью и интересом они провожали девушку, бодро шагавшую в сторону деревянного двухэтажного питейного заведения с покосившейся вывеской «Принц Альберт». 

Около дверей Хелен засомневалась, не решаясь входить внутрь. Дотронувшись до миниатюрной шляпки, она задумалась, стоит ли ее снимать. С одной стороны, носить головные уборы в помещении однозначный моветон, и при входе в любой приличный дом леди и джентльмены расставались со шляпой и перчатками еще в коридоре. С другой же – место, куда она направлялась, вряд ли можно было отнести к разряду приличных, а стягивать шляпку – значит лишний раз портить с таким трудом уложенную утром прическу.

Резко распахнувшаяся дверь бесцеремонно вывела мисс Конрой из размышлений о превратностях этикета. Едва успев отскочить в сторону, девушка с ужасом взирала на здоровенного детину – по-видимому, охранника заведения – который грубо выталкивал мимо нее на улицу изрядно помятого господина.



Ирина Макеева

Отредактировано: 15.10.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться