Тайна Древней Магии

Глава 17.

Глава 17.

Праздник прихода Зимних ветров Кларк встретил дома за накрытым столом вместе с Мартисом и Ниолой, которые давно уже стали ему родными людьми. Юлира отказалась выходить из своей комнаты и встречать праздник с прислугой, считая это для себя оскорбительным. Все эти дни она показывала мужу, как сильно ошиблась в нем и готова принять от него извинения в виде дорогого украшения. Но когда поняла, что никаких «извинений», а тем более поездки на бал в императорский дворец не будет, просто закрылась в своих комнатах, демонстрируя всю глубину своей обиды на мужчину, который не в силах понять нужды слабой девушки.

Для Юлиры герцог нанял служанку Тубару – женщину лет тридцати, которая не понравилась девушке. Она также, как Ниола, не стремилась гнуть каждый раз в поклонах спину перед Юлирой, отказываясь называть ее «Ваше сиятельство», ограничиваясь простым «госпожа», и не торопилась выполнять все ее приказания. Ну подумаешь, Юлира хотела послать Тубару ночью за свежими булочками, но та отказалась, заявив, что ночью все булочные закрыты, а утром Ниола напечет свежих. Она хотела устроить мужу очередной скандал, но он просто молча выслушал ее и сказал: «Или эта служанка, или никакой. И запомни, я нанял ее не для того, чтобы ты издевалась над ней, а чтобы она помогала тебе».

Скоро Юлира поняла, что в этом доме ее никто не хочет принимать за хозяйку. Герцог дома почти не появляется, все время проводит в своей академии. Денег он ей так и не дал. Слуги с ней не считаются. Она нашла для себя развлечение – бродить по городу, заходя в лавки и трактиры, чтобы погреться в них и послушать болтовню посетителей. В ее карманах звенело несколько серебрушек, что позволяло заказать себе горячий чай. Для богатых ресторанов у нее денег не хватало. Ярко украшенные огоньками огромные витражные окна ресторанов призывно светились в морозных сумерках, а нарядные посетители, на которых она смотрела через большие окна, словно смеялись над девушкой. Наряды дам искрились драгоценными камнями, а стоящие перед ними блюда манили своей изысканностью.

Юлира злилась и не знала, что ей делать, как заставить Кларка подчиняться ей, потребовать, чтобы он наконец понял, что она нуждается в деньгах и новых нарядах. Почему у матушки получалось это с отцом, который молча отдавал ей все деньги и выполнял все ее требования? Девушка очень жалела, что рядом с ней нет Винсенты, которая помогла бы ей, подсказала и поддержала. Она даже задумывалась над тем, чтобы забыть их последнюю ссору и написать матери письмо, попросить приехать к ней.

Еще в первые дни своего нахождения в столице она вдруг поняла, что вся та одежда, которую она накупили с матушкой перед свадьбой на деньги герцога, здесь выглядит слишком… бедно, по-деревенски. Она купила несколько Новостных Листков, которые шустрые мальчишки продавали на улицах, разглядывала в них волшебные картинки с праздничного бала, закусывая от досады свои губы. Да, все те платья, которые она привезла с собой, на фоне нарядов всех этих дам выглядели как старые и скучные тряпки. Как смешно она выглядела бы в своем самом любимом нарядном платье на этом балу, если бы вдруг герцог повез ее туда. А еще она разглядывала принцессу Синти, которая красовалась почти на всех картинках и видела, как та что-то или кого-то напряженно высматривает среди толпы приглашенных. Юлира любовалась ее нарядом и мечтала когда-нибудь познакомиться с принцессой.

***

Для Кларка в жизни с приездом Юлиры мало что изменилось. Он по-прежнему пропадал в академии, занимался административными делами, вел занятия с третьим курсом. Иногда встречал Мию, спешащую на занятия. Она кивала ему и старалась быстрее пробежать мимо. Он отвечал ей таким же коротким кивком, стараясь не следить за ней взглядом. И каждый раз чувство чего-то упущенного просыпалось в его груди, становилось грустно. И почему он тогда согласился на весь этот кошмар? Но что случилось, то уже ничего не исправить.

Домой он старался прийти как можно позже, чтобы не встречаться с Юлирой, которая стала раздражать его все больше. Она перестала играть перед ним роль «жены», открывая свое истинное лицо капризной и эгоистичной дуры. Но, несмотря на это, он попытался наладить с ней хоть какое-то общение. В свой единственный выходной пригласил ее прогуляться, надеясь, что сможет просто поговорить с ней. Юлира постаралась сделать вид, что соглашается на это с великим нежеланием, хотя Кларк прекрасно видел, как в ее глазах зажглись огоньки надежды на что-то.

Они сначала прогулялись по зимнему городскому парку, который был украшен к Празднику, здесь были установлены множественные аттракционы для развлечения публики, стояли лавки, в которых продавали горячие напитки и выпечку. Юлира крепко держала Кларка под руку, стараясь показать всем, что она счастлива и смотрела на народ свысока. От предложенного горячего напитка отказалась, завив, что ей по статусу не положено пить на улице непонятные напитки. Герцог пожал плечами, купил себе стаканчик, замечая, как Юлира с жадностью смотрит на него, когда он согревался горячим кофе. Они зашли в несколько лавочек, где он купил для девушки какие-то безделушки, замечая, как в ее глазах загораются огоньки торжества и радости.

Потом они зашли в ресторан, где у Юлиры вытянулось лицо, когда увидела внутреннее убранство зала, вымуштрованных официантов, изыскано украшенные блюда. Герцог видел, как девушка сжимается от неуверенности, постарался поддержать ее, даже улыбнулся и сказал, чтобы она не волновалась. И вообще, старался быть с женой внимательным и предупредительным, понимая, что молодая девчонка никогда в своей жизни не знала, что значит настоящая роскошь. Все, о чем она грезила, даже не могло сравниться с жизнь столицы.