Тайна двух миров

Пролог

​Моя история началась там, где реальность дает трещину, пропуская в мир хриплый шепот древних гор. В затерянной деревне, прижатой к склонам исполинскими елями, тайга никогда не была просто лесом. Она была живым, голодным существом. Лес наблюдал за нами из-под тяжелых, пахнущих сыростью хвойных лап, а по утрам сползал к домам липким туманным саваном, стирая границы между дворами и чащей.

​Тогда, в свои восемь лет, я знала лишь узкие тропинки за нашей оградой. Для всех я была обычной Кристи, послушной девочкой с косичками. Но в тот день мой очерченный родителями мир рухнул, обнажив гнилую изнанку.

​Всё началось с «гуляющего дерева».

​Я увидела его в полнейшем безветрии. Старый, покрытый седым лишайником ствол вдруг тяжело, со скрипом качнулся. Земля под ним вздулась. С утробным треском дерево вырвало толстые корни из почвы, осыпая мох комьями жирного чернозема, и, неловко переваливаясь, двинулось вглубь чащи. Животный страх должен был пригвоздить меня к месту, но детское любопытство оказалось сильнее. Затаив дыхание, я пошла по следу из развороченной земли.

​Там, где кроны смыкались, превращая день в вечные сумерки, дерево остановилось. Его кора зашевелилась, словно под ней роились тысячи насекомых. Ствол начал стремительно оседать, складываться внутрь себя, ломая собственные сучья с сухим, похожим на выстрелы треском. Спустя минуту на ковре из прелой хвои сидело оно.

​Маленькое, истощенное существо с кожей, напоминающей пожухлую листву. Оно дышало — часто и рвано. А затем существо повернуло голову, и его глаза — огромные, лишенные белков, светящиеся гнилостным фосфором — уставились прямо на меня.

​Ужас, холодный и липкий, ударил под дых. Я рванулась назад, не разбирая дороги. Ветки хлестали по лицу, будто лес пытался схватить меня за волосы, удержать, вернуть назад.

​Дома, за толстыми бревенчатыми стенами, страх немного отступил. Спасительно тикали часы, от старой печи пахло сухими дровами. Пытаясь унять дрожь в пальцах, я уткнулась в раскрытую книгу, но буквы расплывались. За окном стремительно темнело, родители задерживались на пилораме, и тишина в пустом доме становилась удушающей. Настоящим врагом.

​Резкий, отчетливый стук в стекло заставил меня подпрыгнуть. Тук. Тук. Тук.

​«Мама?» — вспыхнула и тут же погасла безумная надежда.

​Я медленно обернулась. За стеклом, в сизых сумерках, прильнув лицом к раме, стоял лесной подкидыш. Его плоский нос расплющился о стекло, оставляя влажный след, а огромные светящиеся глаза смотрели на меня в упор — без мигания, с мертвым, голодным любопытством.

​Тяжелый том выпал из моих онемевших рук, с грохотом разорвав тишину. Этот звук показался выстрелом, но существо даже не вздрогнуло. Оно лишь медленно подняло тонкий, похожий на сухую ветку палец и прижало его к губам, приказывая мне молчать.

​В ту ночь я поняла две вещи: тайга больше не отпустит меня. И она умеет ждать.