Тайна двух планет. Книга 1: Герехтайт

ГЛАВА 27

Декабрь наступил для меня неожиданно быстро. Вместе с первым снегом, который мгновенно таял, едва касаясь тёплой земли, и лишь на листве деревьев он задерживался чуть дольше. Первое декабря выпало на среду, и вечером я с невероятным воодушевлением собиралась на тренировку. Впрочем, как и всегда.

– Ника, – Эльза внимательно следила за мной, – я за тебя беспокоюсь.

Я замерла от неожиданности и озадаченно посмотрела на подругу.

– Почему?

– Потому что ты такая счастливая…

Теперь я удивилась ещё больше и засмеялась в голос.

– Хороша подруга… беспокоится, потому что я счастлива…

Эльза продолжала сохранять невозмутимый вид и пояснила:

– Ник, я переживаю по поводу причин твоего счастья.

– А что не так с причинами?

– Не знаю, чему тебя там Регнер учит…

– Эльза, – перебила девушку, догадавшись, к чему она клонит, – если ты беспокоишься о моей чести, то давно бы уже подсмотрела из-за кого-нибудь дерева за нашей тренировкой и убедилась, что меня там натуральным образом избивают. Личного в наших отношениях нет абсолютно ничего!

– Пожалуй, именно так я и поступлю! – удивила меня Эльза. – Ты не против, если мы с Джеймсом будем сегодня за вами подсматривать?

Я судорожно сглотнула. Ведь ничего не осталось, кроме как сказать:

– Да.

– Что, да? – решила уточнить Эл.

– Не против, – подтвердила, а сама стала думать, смогут ли Эл и Джеймс увидеть что-то, что может натолкнуть их на мысли о наших истинных намерениях…

Поняв, что тренировки действительно проходят в обычном формате, я успокоилась, затянула волосы в тугой пучок и направилась к Йенсу.

Он уже был на поле, и не один, да и поле сегодня было не просто полем… На всей его площади военные в форме герехтайтской армии укрепляли различные установки, служащие, судя по всему, этапами полосы препятствий. Регнер переходил от этапа к этапу и раздавал указания, испытывая установки на прочность. Здесь была широкая сетка, натянутая над ямой и очень низкий лаз – видимо, мне придётся под ним ползать, узкое бревно, установленное довольно высоко… Далее – высокая стена с канатом. Ну, здесь всё понятно. Затем кочками накидана земля, наверное, по ней надо будет прыгать. И последним украшением тренировочного поля служила изящная куча грязи, даже не куча, а гора в два раза меня выше. Я закончила осмотр этих достопримечательностей и подошла к Йенсу. Мастер обернулся, увидел меня, подошёл и спросил, как ни в чём не бывало:

– Готова к тренировке?

Я вопросительно посмотрела на профессора, но он на мой немой вопрос не ответил. Пришлось озвучить:

– Что это?

Йенс недовольно вздохнул, будто бы моё любопытство его раздражает. Наверное, мужчина привык, что солдаты не задают вопросов, а молча исполняют все приказы. А тут я… Ну, так я и не солдат.

– Вторым этапом на вводных тестах в лагерь будет полоса препятствий. Конечно, не идентичная этой, но весьма похожая. В твоих боевых навыках я полностью уверен, теперь будем тренировать этапы.

– Окей. Но сегодня тебе придётся сначала меня хорошенько избить.

И без того немаленькие глаза Йенса стали ещё больше от искреннего удивления.

– Не понял.

– За нами подсматривают Джеймс и Эльза.

– Зачем?

И я решила сказать правду.

– Эльза сомневается насчёт того, чему ты меня тут учишь, – тихо ответила, посмотрев на Йенса исподлобья.

Регнер на секунду завис, а потом широко и весело улыбнулся, и по моей коже предательски побежали мурашки.

– Не улыбайся мне так, – заявила ему, – мало ли, что она себе напридумывает относительно такой вот улыбки!

И Йенс попытался сдержать смех, плотно сжав губы, отчего стал похож на картинку из сети, где милый щеночек северной собаки широко улыбается, а бегающие по мне мурашки превратились в разливающееся по всему телу тепло. Пришлось отвернуться, чтобы побороть внезапно вспыхнувшие эмоции.

Я прошла к кромке поля, скинула пальто и рюкзак и вернулась на середину площадки. Йенс уже взял себя в руки и превратился в знакомого мне серьёзного мастера канджу-дэ.

– Хорошо. Давай немного поборемся.

– Ага, – ответила я, – только будь особенно жесток.

Регнер улыбнулся одним уголком своих пухлых губ, скинул куртку и остался в обтягивающей чёрной водолазке…

– Стойка, – скомандовал он.

И началась стандартная тренировка, включающая в себя моё жестокое избиение и валяние по полю. Вертады я попросила не надевать ещё две недели назад, мотивируя это тем, что в настоящем бою их на мне, скорее всего, не будет.

И вот сейчас я об этом очень пожалела. Минут через пять после начала тренировки мои руки ныли так, что хотелось выть, но я терпела, понимая, что так надо, да и сама попросила… Через примерно двадцать пять синяков Йенс наконец решил, что хватит, но всё-таки уточнил.