Тайна Гибельного Дракона

↫18↬

Он выглядит жалко. Помятая кадетская форма, волосы взъерошены, щеки пылают, а рубашка испачкана в чем-то красном.

Сердце ухает куда-то в пятки. Только бы он меня не заметил.

К счастью, мы в другом конце зала. Только вот у Лота тоже глаза на месте.

– Полагаю, мне не стоило поступать так… безрассудно, – произносит Меро с легкой усмешкой, словно ему кажется что-то забавное во всей этой ситуации. – Не следовало приглашать вас на танец.

– Не стоит беспокоиться, – отвечаю я, стараясь сохранить невозмутимый вид. – Все в порядке.

Но внутри будто завязываются узлом в премерзком предчувствии.

И тут происходит неизбежное. Один поворот, один взмах юбки – и я оказываюсь лицом к лицу с Артуром.

От него несет вином, но этот запах перебивает другой, металлический, смутно знакомый... Я перевожу взгляд на его испачканную рубашку. Не тот оттенок для вина. А что, кровь…?

– Что с тобой стряслось? – шепчу я, и самое ужасное, что мне и не нужно прилагать усилия, дабы звучать, как встревоженная невеста. А рука невольно тянется к его рубашке.

– Кажется, ты и без меня вполне неплохо проводила время. Разве тебе до меня есть дело? – шипит он в ответ, перехватывая мою руку: его голос звучит хрипло и при этом резко. На мгновение его пальцы сжимают мою талию, словно тиски. Но хватка тут же ослабевает.

Дыхание перехватает: будто его вопрос задевает внутреннюю струну.

Если честно, мне и самой не хочется знать ответ на этот вопрос…

Но ведь я должна играть влюбленную невесту по совету дяди, разве нет?

Дернув плечиком, закатываю глаза и лилейным голоском начинаю причитать, исполняя роль глупенькой дурочки:

– Ах, Артур, что за подозрения? Я так беспокоилась! А маменька чуть не слегла от беспокойства! Мы ведь должны были открывать этот бал... Ты не пришел, и я уж было подумала, что с тобой худое случилось!

Он кривится, словно от зубной боли.

– Не переигрывай, Даниэлла. Лучше мне спасибо скажи.

Его слова – хлыст, бьющий по оголенным нервам. Внутри все закипает от злости, притупляя всколыхнувшееся во мне беспокойство.

– Спасибо?! – выплевываю я, сбрасывая приторно-сладкую маску. – За что? За тот позор, что я пережила, когда меня вывели в центр зала, а ты так и не появился. А мне, как полной дуре, пришлось вымученно улыбаться, пока мой отец не спас ситуацию, неловко отшутившись? Мама чуть меня взглядом не убила, будто это я всему виной! А ты тем временем проводил время в свое удовольствие, надираясь в хлам. Да еще и в драку ввязался! Тебе, похоже, нравится отравлять мне жизнь!

Артур резко останавливается, и мы окончательно ломаем танец, когда он схватив меня за запястье, тянет в сторону. Его серые глаза мечут молнии, а прикосновение его пальцев без перчаток, обжигает, словно клеймо.

Мы останавливаемся на противоположном конце огромной залы, но даже сквозь звуки музыки играющего неподалеку оркестра, слышны его хриплые, напряженные слова:

– Все, что я ни делаю, я делаю тебе во благо, поверь мне.

Резко вскидываюсь.

Что за чушь?! Ему вино в голову ударило?

– Я должен…

Не успевает он договорить, как бросает взгляд поверх моего плеча, сжимает губы в тонкую линию, и, кажется, бледнеет. Разворачиваюсь.

Генри Бедивир Хоран, в чьих потемневших серых глазах плещется глухая ярость, решительно надвигается на нас, за ним – мои родители. Папа напряженно хмурится, а мама – хоть и выглядит слегка растерянной, верна себе: ее губы изгибает показная благодушная улыбка.

– Увидимся позже, – шепчет Артур одними губами и исчезает в толпе, словно его и не было. Словно его и не было здесь. Словно он мне просто привиделся.