Тайна гостиницы "Ветровой утес"

Глава 4

Следующие несколько дней я мало видела прочих обитателей «Ветрового утеса». Эрик пропадал на тренировках по серфингу, а я засела за ноутбуком, глубоко погрузившись в текст. Буквы так и летели из-под моих пальцев, собираясь в строчки, строчки в абзацы, а абзацы в целые главы.

За завтраком и ужином хозяин гостиницы обычно отсутствовал, и гостям единолично прислуживал Эоган. По правде говоря, кроме этого маленького недоброго человечка, который любил одеваться, точно средневековый монах, я не встречала в «Ветровом утесе» других слуг или помощников. Эоган был повсюду. Шорох его длинной мантии слышался мне везде — в темных коридорах, в столовой, даже в заросшем саду позади замка, куда я выходила, чтобы прогуляться и подышать воздухом.

Удивительно, как у Томаса Мунна получалось поддерживать работу гостиницы с таким маленьким штатом. И тем не менее ему это удавалось великолепно! Раз в день на наших с Эриком кроватях оказывалось чистое белье — его всегда меняли в момент нашего отсутствия (пока мы были на завтраке, ужине или когда я выходила на краткую прогулку, закончив очередную главу). На завтрак нас всегда ждал свежесваренный кофе и чай, теплые, только из духовки, булочки, пышно взбитый омлет, хрустящий бекон, тосты и пудинг. На ужин каждый раз подавалось новое блюдо. И его вкус неизменно оказывался таким, будто его готовил лучший шеф-повар во всей Англии.

При этом я никогда не видела, чтобы в замок доставляли продукты или забирали в прачечную грязные простыни и скатерти. Для меня оставалось загадкой, каким образом Томас Мунн добился от слуг такой расторопности и, вместе с тем, скрытности. На ум приходили лишь секретные коридоры в толстых замковых стенах и подземные подъездные тоннели.

Всего несколько раз за минувшие дни я сталкивалась с хозяином замка. И каждый раз он проходил мимо с самым что ни на есть надменным видом, отвечая на мое приветствие лишь кратким кивком или холодным взглядом. Впрочем, меня это вполне устраивало. Я была благодарна ему за кров и пищу, и за то, что он не стал требовать с меня платы за кувшин. Тот же кувшин, что я обнаружила на следующий день, как разбила старый, оказался просто его копией.

— Вы же не думаете, что в мире существует лишь один кувшин из голубого муранского стекла? — скептически изогнул бровь Томас Мунн, явно потешаясь над моим изумленным видом.

Вообще-то именно так я и думала. Но мне пришлось признать его правоту. Ведь другого объяснения у этого происшествия быть просто не могло.

В следующий раз мы разговорились с Томасом Мунном спустя три дня после того случая. День выдался погожий, и я с ноутбуком обосновалась в саду. Отыскав в вересковых зарослях старую каменную скамейку, нагретую солнцем, я подложила под спину сложенную кофту и погрузилась в работу. Мои пальцы быстро бегали по клавиатуре, издававшей приятное механическое стрекотание, чудесно перекликающееся с монотонным пением кузнечиков и сверчков, и я не сразу заметила, что в саду есть кто-то еще.

— Вы так увлечены, — услышала я голос Томаса Мунна рядом со своим ухом. — Неужели это занятие оставляет вам такое удовольствие?

Вздрогнув, я обернулась и увидела хозяина замка. Он стоял за моей спиной, опираясь руками о спинку скамейки. Видимо, он уже несколько минут читал то, что я писала с экрана. Его бледное лицо с обычным надменным выражением было совсем рядом. Я даже могла почувствовать его дыхание, щекочущее мою щеку.

— И вам доброго дня, — ответила я, отодвигаясь.

— Вы опять это делаете! — воскликнул он.

— Что?

— Игнорируете мои вопросы.

— Простите. Я думала ваш вопрос риторический и не требует ответа.

— Нет, я действительно хочу узнать: неужели вам нравится проводить свою жизнь, сидя взаперти в комнате отеля, когда перед вами открыт целый мир?

Его глаза лучились таким любопытством, что я поняла — его интерес действительно искренний. И мой ответ ему отчего-то важен. Поэтому я ответила прямо и без утайки:

— Да, мне действительно это нравится. Вообще-то — это именно то, чем я люблю заниматься больше всего на свете!

— Но почему? Почему? — требовательно спросил он. — По-вашему книги могут заменить реальную жизнь?

— А разве вы не знаете, зачем люди читают?

Томас Мунн задумчиво посмотрел на небо. Солнце было в самом зените, и ему пришлось прищуриться от его ярких лучей.

— Чтобы получить достойное образование. Или когда им скучно, — изрек он.

— Верно. Но еще люди читают, чтобы испытать то, что иначе никогда бы не узнали, — я смотрела на него снизу вверх, и видела, как он нахмурился, пытаясь осознать мои слова. — Это двери в другие миры. Лежа в своей постели с книгой в руках, ты можешь оказаться на базаре в Индии, затем в казино в Лас-вегасе, а на следующий день — в Российской глубинке... Да что там, ведь с книгой можно побывать в иной эпохе — в прошлом или даже будущем! Оказаться другим человеком — мужчиной, женщиной, ребенком, жуком... А еще лично пообщаться с Толстым, Достоевским, с Диккенсом... Какой ваш любимый автор?

Томас Мунн пожал плечами:

— Шекспир?

Он посмотрел на меня вопросительно. Мне показалось, что он растерялся.

— Вы уверены? — спросила я. — Здесь нет неправильного ответа. Не обязательно прочесть все книги мира, чтобы выбрать любимого писателя.