Тайна графини де Ларошфуко

Глава 14: "Эпилог. Новая любовь"

Сентябрь 1899 года

Осеннее солнце заливало золотым светом небольшую церковь Сен-Пьер на Монмартре, где в этот ясный день венчались Роберт Стэнфорд и Симона Морель. Церемония была скромной – присутствовали только самые близкие друзья и знакомые. Эдуар де Ларошфуко исполнял роль шафера, а подругой невесты стала Жанна, соседка Симоны по квартире.

Роберт стоял у алтаря в новом черном костюме, сшитом лучшим портным Парижа. Рана на плече давно зажила, не оставив даже шрама, и детектив выглядел как истинный английский джентльмен. Но в его глазах светилось такое счастье, какого он не испытывал уже много лет.

Симона была прекрасна в простом белом платье из шелка, без излишних украшений и кружев. Ее красота не нуждалась в дорогих нарядах – она сияла изнутри, от переполнявшей ее радости. Волосы были убраны в элегантную прическу, а на голове красовалась небольшая диадема из жемчуга – подарок графа Армана де Ларошфуко.

– Согласен ли ты, Роберт Стэнфорд, взять в жены Симону Морель, любить и защищать ее в радости и печали, в богатстве и бедности, в здравии и болезни, пока смерть не разлучит вас? – торжественно произнес священник.

– Согласен, – твердо ответил Роберт, глядя в глаза невесты.

– А ты, Симона Морель, согласна ли взять в мужья Роберта Стэнфорда...

– Согласна, – прошептала Симона, и слеза счастья скатилась по ее щеке.

Обмен кольцами, благословение, поцелуй молодоженов – все прошло как в прекрасном сне. Когда они вышли из церкви под рукой, их ждала небольшая толпа доброжелателей, разбрасывавших лепестки роз.

Свадебный завтрак проходил в ресторане "Лапен Ажиль" на Монмартре. Меню было изысканным: устрицы от Канкаля, паштет из фуа-гра, жареный каплун с трюфелями, сыры и шампанское "Дом Периньон". Граф де Ларошфуко не поскупился на угощение для друга семьи.

– За молодоженов! – провозгласил Эдуар, поднимая бокал шампанского. – За Роберта и Симону, которые доказали, что любовь сильнее предрассудков!

– За любовь и справедливость! – подхватили гости.

Граф Арман де Ларошфуко, изменившийся за эти месяцы, произнес короткую речь:

– Мсье Стэнфорд, мадам Стэнфорд, – он улыбнулся, произнося новую фамилию Симоны, – вы показали мне, что истинное благородство не в происхождении, а в поступках. Желаю вам долгой и счастливой жизни.

После завтрака молодожены отправились в свадебное путешествие в Италию. Они провели медовый месяц во Флоренции и Риме, любуясь произведениями искусства, гуляя по древним улицам, открывая друг друга заново в романтической атмосфере итальянских городов.

Вернувшись в Париж в октябре, они поселились в новой квартире на бульваре Сен-Мишель, в самом сердце Латинского квартала. Роберт купил эту квартиру на деньги, полученные за раскрытие дела де Ларошфуко и новую должность консультанта банка.

Квартира была просторной и светлой: кабинет для Роберта, где он принимал клиентов, гостиная, столовая, спальня и небольшая комната, которую Симона превратила в свой рабочий кабинет. Она больше не преподавала в школе, а занялась журналистикой, сотрудничая с республиканскими газетами.

– Роберт, – сказала она за завтраком в один из ноябрьских дней, – я получила предложение от редакции "Ле Матен". Хотят, чтобы я вела постоянную рубрику о правах женщин.

– Превосходно! – обрадовался Роберт. – Вы отлично пишете. Помню ваши статьи о деле де Ларошфуко.

– Правда, гонорар небольшой...

– Дорогая, деньги не главное. Главное, что вы занимаетесь любимым делом.

Симона встала и обняла мужа:

– Как мне повезло с вами! Вы единственный мужчина, который поддерживает мои амбиции, а не пытается заставить сидеть дома.

– А как же иначе? Я женился на умной и независимой женщине, а не на домашней канарейке.

Их семейная жизнь складывалась счастливо. Роберт процветал как частный детектив – после дела де Ларошфуко к нему обращались самые знатные семьи Парижа. Работа в банке приносила стабильный доход, а частные расследования – профессиональное удовлетворение.

Симона тоже нашла свое призвание в журналистике. Ее статьи о положении женщин во французском обществе вызывали живой отклик читателей. Постепенно она стала одним из заметных голосов в движении за женские права.

Иногда к ним заходили в гости Эдуар де Ларошфуко со своей невестой Мари Дюбуа, которые планировали свадьбу на весну. Граф Арман тоже изредка навещал их, и Роберт с удивлением наблюдал, как изменился этот человек после раскрытия заговора.

– Знаете, Роберт, – сказал граф во время одного из визитов, – эти события открыли мне глаза на многое. Я всю жизнь мечтал о возвращении монархии, но теперь понимаю – нельзя повернуть время вспять.

– И что вы думаете теперь делать?

– Приспосабливаться к новому времени. Инвестировать в промышленность, поддерживать образование. Франция нуждается в прогрессе, а не в реставрации.

Симона одобрительно кивнула:

– Мудрые слова, граф. Аристократия может служить стране и в республике.

– Возможно, вы правы, мадам Стэнфорд. Возможно.

Что касается других участников драмы, то их судьбы сложились по-разному. Маркиз де Бретёй был приговорен к пожизненному заключению на Чертовом острове. Мадам де Монруж получила десять лет тюрьмы, но благодаря связям и возрасту содержалась в относительно комфортных условиях.

Управляющий Эжен Фуше был осужден на пять лет за растрату, но по ходатайству графа де Ларошфуко наказание заменили высылкой в колонии. Последние новости о нем пришли из Мадагаскара, где он работал клерком в торговой компании.

А графиня Мадлен и капитан Дрейлин писали счастливые письма из Алжира, где они поженились и занимались разведением винограда. Мадлен была беременна и ожидала ребенка к Рождеству.

Декабрь принес первый снег и новое дело для Роберта. В один морозный вечер к ним домой пришла элегантная дама в дорогих мехах – мадам Элеонора де Сен-Клу, вдова промышленника.

– Мсье Стэнфорд, – сказала она, усаживаясь в кресло в их гостиной, – мне нужна ваша помощь. Речь идет о весьма деликатном деле.