Тайна хрустального замка, или Проклятая невеста

Глава 4

Весь день я буквально купалась в любви и обожании. Никогда ещё я не чувствовала себя настолько счастливой.

Меня буквально тянуло к зеркалам словно магнитом, чтобы ещё раз полюбоваться своей новой безупречной внешностью. Я была настолько красива, временами даже становилось страшно, что всё это сон, и я могу случайно проснутся.

Украдкой, пока никто не видит, я касалась своего лица, чтобы снова и снова почувствовать под пальцами нежную бархатистую кожу. Или теребила свисавший за ушком локон, гладкий как шёлк.

Я была счастлива и готова делиться этим счастьем с другими. Сделала несколько комплиментов матушке, от чего та словно расцвела. Похвалила прислугу, передала кухарке слова благодарности за вкусный ужин. А Аврору и Кота так просто обняла и расцеловала, сначала всех вместе, потому как рыжик довольно жмурясь, сидел у сестры на коленях, а потом по отдельности.

- Аврора! Ты самая лучшая в мире сестра! Я очень тебя люблю!

Сказав это, я чмокнула её в щёку, а кота прямо в нос.

Щёчки Авроры порозовели, а глаза подозрительно заблестели. Не так часто сестру хвалили, принимая её заботу как должное, но я решила положить этому конец. Только действовать нужно потихоньку и незаметно, приучая домашних уважать её интересы. И начать я хотела прямо завтра, попросив маменьку купить Авроре новое праздничное платье.

Мы немножко поболтали, сидя на моей кровати, а потом сестра засобиралась к себе.

- Завтра рано вставать. Давай, я помогу тебе переодеться, а то снова уснёшь прямо в платье.

Если честно, без её помощи я бы наверное не справилась. Эти красивые наряды таили в себе столько секретов в виде шнуровок, крючков и ленточек. А ещё валики на попе для пышности, многослойные оборки и мягкий кринолин из накрахмаленных нижних юбок.

Но ради своей новой внешности я готова была терпеть и корсеты, и шёлковые чулки в мороз. Зато, какое облегчение - вздохнуть полной грудью, когда сестра помогла мне попасть в длинные рукава длинной до самого пола, ночной сорочки.

Аврора выбрала из моих волос все шпильки и взяла в руки расчёску.

- Один, два, три… - принялась она считать.

Нужно провести расчёской по волосам сто раз – всплыли в голове чужие воспоминания, тогда они станут блестящими и шелковистыми. И я стала считать вместе с сестрой.

- Девяносто девять, сто! – Аврора положила расчёску на комод. - Спокойной ночи, Кара, - назвала она меня коротким ласковым именем, которым пользовались только домашние.

- Сладких снов, - улыбнулась я в ответ.

Сестра ушла, Кот, свернувшись калачиком, дремал на кровати. За окном давно стемнело, комнату освещала лишь стоящая на комоде свеча. Я подошла к комоду, чтобы её задуть и ещё раз полюбоваться на себя в зеркало.

- Как же я хороша!

В гостиной послышался бой часов.

- Одиннадцать! - посчитала я удары маятника. – Уже так поздно!

Ещё раз глянула в зеркало и замерла. Прямо на глазах моё лицо начало покрываться сетью морщин, нос удлинился и загнулся вниз, брови стали лохматыми и седыми.

В испуге отшатнулась, и тут же мне под ноги кинулся пушистый рыжий шар, заставляя сделать ещё один шаг назад, так что, теряя сознание, я упала не на пол, а на кровать.

Когда снова открыла глаза, свеча прогорела почти что наполовину.

Я подняла к глазам трясущиеся руки, разглядывая потемневшую морщинистую кожу, украшенную россыпью старческих пятен. Не может этого быть! Нет! Так не бывает!

Медленно поднялась с кровати, не решаясь подойти к зеркалу. Кот, глядя на мою нерешительность, запрыгнул на комод и мяукнул, словно намекая:

- Ну что же ты? Иди сюда!

Это придало мне сил. Я решилась и сделала последний шаг. Из зеркала на меня смотрела безобразная старуха, таким только ведьму без грима играть.

Ведьма…

Это слово всколыхнуло чужие воспоминания.

Я словно со стороны видела, как Кэрелайн разодетая к визиту в дом Ронклидов, выбирается из коляски. Мимо проходит замотанная в лохмотья старушка, она поскальзывается и вцепляется пальцами в рукав девушки. Та раздражённо шипит, отталкивая от себя бабушку.

- Как ты посмела касаться меня своими руками! Ты, грязное отродье! Пошла вон!

В глазах старухи вспыхивают магические искры, только Кэрелайн этого уже не видит, она спешит в самый богатый дом города, туда, где её красоту оценят по достоинству.

В спину ей летят слова проклятия, только она их даже не слушает. Последние слова старухи сливаются с завыванием ветра и опадают на землю снежной порошей.

Я не могу разобрать эти слова, сколько не пытаюсь, а ведь именно там таится условие для снятия этого проклятия.

- Вот напыщенная идиотка, - ругаюсь я, - не могла дослушать! И что мне теперь делать? Как всё исправить?

Зато теперь становиться понятным, что случилось с Кэрелайн прошлой ночью. Она, как и я, подошла к зеркалу и, испугавшись своего нового уродливого облика, упала в обморок. Только у неё не было рыжего ангела-хранителя и она упала не на кровать, а на пол, ударившись головой об спинку кровати. Вот откуда шишка на моей голове!

- Ты спас меня, - я потрепала кота за ушком

Он боднул меня лобастой головой, запрыгнул на колени и замурчал. Я перебирала пальцами его пушистую шерсть, и мне с каждой минутой становилось всё спокойнее.

Так, отставить панику! Я всю жизнь была некрасивой, так что не привыкать. Тем более, по условиям проклятия днём я красавица, а уродливый облик принимаю только ночью. Часы пробили одиннадцать, когда это случилось. Осталось только выяснить, во сколько по утру этот морок спадает.

Не помню, сколько времени было, когда я очнулась в этом мире, но судя по словам Авроры – раннее утро и я уже была в обличье красавицы. Так что, особых проблем мне это не принесёт. В богатых домах принято рано ложиться и поздно вставать.

Вот только новогодний бал… он ведь будет ночью. Да и будущее замужество, вряд ли молодой супруг обрадуется, обнаружив в своей постели старуху. Этак он со страху может и не пережить первую брачную ночь. Правда, есть и плюсы – стану молодой вдовой и от меня все отстанут.