Тайна и ложь

Слово учителя

Последствия наших поступков всегда так сложны,

так разнообразны, что предсказание будущего

и впрямь невероятно трудная задача

Дж. Роулинг

— Меня всегда радовало, когда мои ученики снова появлялись в стенах Хогвартса, особенно, когда это появление говорило об их благополучии во взрослой жизни. И я весьма рад вам, мисс Грейнджер, мистер Поттер, — Дамблдор разглядывал гостей школы с какой-то невероятной нежностью. — Вы стали теми людьми, которыми я и хотел вас видеть.

Оба бывших ученика смутились столь лестной похвале. Гермиона потянула выбившуюся прядь волос, а её спутник поправил беспокойно очки.

— Профессор Дамблдор, — больше, чтобы перевести тему, чем чтобы всерьез что-то узнать, начал Гарри, — вы ведь наверняка в курсе того, зачем мы появились в Хогвартсе.

— Я не буду отрицать этого, — улыбнулся портрет, — более того, скажу, что не далее, как вчера мы обсуждали с мисс МакГонагалл вопрос, с которым вы сюда приехали.

— И что вы думаете по этому поводу, профессор? — молодой мужчина поднял голову, чёлка слетела в сторону, обнажив лоб, на котором виднелся белый след шрама-молнии.

— Видишь ли, Гарри, — Дамблдор потер пальцем скулу, будто стряхивая крошку или унимая нервный тик, — я ведь видел становление Тома Реддла и его превращение в Волан-де-Морта. Не полностью, но всё же. И скажу тебе, что вряд ли он — единственный волшебник на Земле, который может стать таким. Способен на это. Дети — те же люди. А люди бывают разными. И, что немаловажно, люди становятся разными под влиянием жизненных обстоятельств. Порой не так легко понять, чего будет больше в ком-то — добра или зла. Про тебя, Гарри, было не всегда понятно, хотя и было при этом видно, что ты выбираешь верный путь.

— Гарри всегда был хорошим! — вступилась за друга Гермиона.

— Конечно, мисс Грейнджер, конечно, — примирительно согласился портрет. — И всё же была иная дорога, которую в детстве мог выбрать ваш товарищ и мой ученик. И была бы она совсем другой. Не так ли?

Голубые глаза внимательно посмотрели на сидящего внизу взъерошенного брюнета с пятнышком сажи на ухе.

— В первый день в Хогвартсе, помнишь, Гарри? — негромко проговорил Дамблдор. — Тогда с тобой заговорил Драко и предложил…

— Он мне сказал, что поможет определиться, кто стоит и не стоит моей дружбы, — кивнул в ответ Поттер.

— Вот видишь, всё могло бы пойти иначе, согласись ты тогда, — директор школы волшебства был всеведущ, проницателен и наблюдателен к душам своих подопечных.

— Что бы случилось, профессор, реши я в тот раз иначе? — поднял снова глаза к портрету Гарри.

— Вряд ли мы бы смогли встретиться с тобой на вокзале Кингс-Кросс, мой мальчик, — в голосе старика был свет и нежность.

Гермиона перевела взгляд с одного собеседника на другого, попыталась вникнуть в смысл сказанного, но ничего не поняла, кроме того, что оба мужчины отлично понимают друг друга.

— Если бы я принял другое решение, Волан-де-Морт одержал бы победу в Великой битве, — покачал головой молодой мракоборец.

— Не думаю, — неожиданно воспротивился портрет. — Совсем не думаю так!

— Почему? — удивилась даже Гермиона, которая по большей части лишь наблюдала беседу. — Избранный перешел бы на сторону тьмы, значит — наша победа была бы невозможна.

— Кто вам это сказал, мисс Грейнджер? — засмеялся Альбус. — Кто вообще вам сказал, что избранным был именно Гарри?!

— Но…

Всё перевернулось в голове, мысли хаотично забегали. И снова показалось, что двое других поняли все, а она ничего.

— Мисс Грейнджер, Гарри не был избранным, Гарри стал избранным. — Показалось, что друг лишь едва заметно кивнул. — Не было бы его, был бы кто-то другой. Это неизбежно.

— Я совершенно ничего не понимаю, — сдалась волшебница. — Гарри! Ты понимаешь?

Кивок в ответ стал более внятным. Он понимал.

— Объясни мне! — потребовала у товарища.

Голос сверху остановил их:

— Объяснитесь после. Урок окончен и Минерва, то есть, директор МакГонагалл, будет в кабинете совсем скоро.

После этого профессор Дамблдор откланялся и направился куда-то по своим делам. Оставаться при беседе с нынешним директором школы он, похоже, не собирался изначально.

— Ей богу, — возмутилась Гермиона, — это сложнее зельеварения, трансфигурации и нумерологии вместе взятых!

— Ты о чем? — полюбопытствовал друг.

— О людях! О нас, то есть! — фыркнула ведьмочка.

В этот момент открылась дверь и через порог переступила нынешний руководитель Хогвартса. Оба гостя тут же подскочили со своих мест, увидев гордый стан профессора МакГонагалл. Волшебница повела рукой, приглашая присутствующих сесть.

— Доброго дня, мистер Поттер, миссис Уизли… Или Грейнджер, как лучше? — поинтересовалась строгая женщина.

— Как вам удобнее, — растерялась Гермиона.