Тайна Избранной. Ч. 2: Рокировка

Глава 3. Студенческие будни

Всю нумерологию Риана была на редкость рассеяна. Ночью, после видения с участием главы Свободного Альянса, она так и не смогла заснуть и даже с помощью кольца вызвала Зигарда, чтобы за разговором скоротать время до завтрака и выкинуть из головы все, что так беспокоит. Зигард и вправду оказался прекрасным собеседником, но свою дочь, как выяснила Риана, знал не слишком хорошо. И хотя составить цельную картину о своем прошлом девушке не удалось, она с удовольствием послушала байки Зигарда о днях его молодости. Отец – хотя называть Олленга отцом Риана все же не решалась – много и охотно рассказывал о Лиаде Вартейн, упоминал Кайза Буилли, с уважением отзывался об Альярде Ремзлиге и с презрением о Сайрусе Хоупе, который, оказывается, несколько лет изучал магическое искусство в Феларии. Зигард со счастливой улыбкой вспоминал, как, еще будучи студентом Каламитиса, сумел-таки стать перевертышем и мог всю ночь лететь в образе ястреба, чтобы повидаться с любимой. Обняв свою драгоценную Лиаду, он пускался в обратный путь, а под утро, сонный и уставший, еле доползал до кабинетов и неоднократно засыпал прямо во время занятий. «Однажды даже отрубился на заклинаниях и спросонья поджег мантию наставника!» – поделился Зигард с какой-то мальчишеской гордостью.

Сейчас, когда некому было отвлечь Риану забавными историями из своей жизни, она то уносилась мыслями к Дегалу Менфирду, запертому в Ултаре, то размышляла о поясе Ринды Ланкрейз, спрятанном где-то в лесах Детфорта, то ломала голову над разговором с Увером, с которым планировала встретиться на ближайших выходных. Вдобавок несколько нервировал Руди, севший за одну парту с Рианой и постоянно кидавший на нее странные взгляды. Помятый вид двух лучших студентов заметила даже профессор Верискис и, когда оба в очередной раз прослушали ее вопрос, недовольно сказала:

– Госпожа Ланкрейз! Господин Гринж! Чем вы занимались всю ночь, что засыпаете прямо на моем уроке?

– Я… Мы… – невнятно промямлил покрасневший Руди, стараясь не оглядываться на хихикающих сзади теоретиков. – Мне просто не спалось, профессор…

– Так они и поверили, – едва слышно прошептала на ухо парню Риана, а затем объявила на весь класс: – Видите ли, профессор, мы с Рудольфом поспорили, можно ли рассчитать обратную сущность перевертыша с помощью наложения конкордов на квадрат Пифагора и таблицу Хайзенверка. И так хотели доказать друг другу свою правоту, что провели за расчетами всю ночь.

– Это очень интересный вопрос, госпожа Ланкрейз, – протянула профессор Верискис, задумчиво склонив голову набок. – Кто же выиграл ваш спор?

– Пока никто, – вздохнула Риана и тут же с энтузиазмом добавила: – Но еще две бессонные ночи – и я точно смогу вывести формулу!

– Зачем же так себя мучить! – возмутилась профессор, всплеснув руками. – Вот что, я освобождаю вас от сегодняшней самостоятельной и задания на следующий урок, можете вместо этого заниматься своими расчетами. Но только обязательно принесите их на занятие в понедельник, я хочу это увидеть.

– Конечно, профессор, – немного ошарашенно ответила Риана. – Спасибо.

– Не стоит, не стоит, – пробормотала волшебница, раскрывая журнал. – Надеюсь, вы с господином Гринжем меня удивите, потому что просто так я свои задания не отменяю.

Строго посмотрев на студентов, женщина взмахнула волшебной палочкой, отчего стопка бланков на учительском столе поднялась в воздух и неторопливо поплыла к ученикам. Когда каждый, кроме двух незадачливых спорщиков, получил по желтоватому листку, класс погрузился в гробовую тишину, прерываемую лишь чирканьем ручек и редкими комментариями профессора Верискис, заглядывавшей в записи студентов.

Косившийся на Риану Руди продолжал действовать на нервы. Вооружившись карандашом, девушка упрямо делала вид, что не замечает его взглядов и вообще ужасно занята своими вычислениями. Спустя пятнадцать минут этой совершенно нелепой игры в гляделки, Руди не выдержал и протянул ей свой черновик, в углу которого было написано: «Надо поговорить. Встретимся на восьмом этаже, напротив книжного шкафа. Придешь?» Прочитав послание, Риана сделала вид, что задумалась, а потом, будто решившись, приписала ниже: «После обеда».

Сразу после этого она выкинула из головы все причуды Руди и погрузилась в волшебный мир нумерологии.

***

– Сегодня профессора Махау буду заменять я, – тихо объявил Сайрус Хоуп, закрывая за собой дверь. – Вижу, немногие студенты дошли до шестой ступени в изучении алхимии. И возможно, сегодня их станет еще меньше.

В классе и правда собралось мало народа: Риана насчитала вместе с собой одиннадцать человек. Ближе всего к профессорскому столу устроились три артефактора, по левую сторону от них заняли места трое учеников с факультета прикладной магии и одинокий блондин – судя по всему, теоретик. Не обошлось и без вездесущего Рудольфа Гринжа, образ которого, казалось, преследовал Риану по всей Академии. Угрюмо посмотрев на юношу, Ланкрейз передвинулась ближе к иностранным гостям – Сабине Брукс из Магистериума Литоса и Шиниари Хатто из Тенебороса. Целители и, разумеется, алхимики занимались всегда отдельно. Но, видимо, студентов по обмену, как и говорил Майк, учить всерьез здесь никто не собирался, отправив их на базовый курс.

– Перед каждым из вас стоит флакон с ядом, – так же тихо продолжил профессор, но его голос удивительным образом разносился по всему кабинету, проникая в каждую щелочку аудитории. – Ваша задача – выпить его и приготовить противоядие, пока вы еще живы.