Тайна каменной принцессы, или Как я стала злодейкой

Глава 1. ДВЕ ФИГУРЫ НА ДОСКЕ

Когда я вошла в павильон магистра, мне навстречу вышел Маюнги.

- Магистр ждет вас.

Следуя за фигурой в черном, я впервые задумалась – каким образом мрачный иноземец и искусный боец, стал слугой Тариена Грима? Где они могли познакомиться и что их связывало.

Безусловно, я не стала бы задавать такой вопрос, знала, что никто мне не ответит, но во мне зародилось зерно любопытства.

Распахнув передо мной дверь уже знакомого мне кабинета в конце коридора, Маюнги дождался, пока я войду внутрь – и дверь за моей спиной затворилась.

Тариен Грим стоял у окна, держа руки за спиной. Он как будто не замечал, что я уже здесь, а я не торопилась заявлять о своем появлении.

Мой взгляд остановился на волосах цвета серебра и скользнул по его спине.

Прямая, будто бы несгибаемая.

В моей памяти ожил образ мужчины, склонившего голову до самой земли. Его спина, согнутая под тяжестью испытаний, воплощала собой поражение. Он был раздавлен.

«Тем мужчиной были вы, Тариен? - спрашивала я себя. – Или я совершаю ошибку, думая так?»

- Как долго вы собираетесь молчать, Клодия? – спросил магистр, поворачиваясь.

Льдистые глаза посмотрели мне в лицо, наши взгляды сошлись в немой схватке – на мгновенье я почувствовала, как холодок пробежался по моим векам, словно в глаза попали маленькие осколки льда.

- Я жду, - напомнил он. – Вам разве нечего мне сказать?

Прочистив горло, я произнесла:

- Я сделала то, чего вы хотели от меня. Мой брак с маркизом де Ананси больше невозможен.

Тариен заинтересованно хмыкнул и сделал несколько шагов, словно хотел размять ноги, потому что скоро остановился.

- Да, я слышал, что маркиз пропал. Словно в воду канул.

- В воду? – повторила я. – Пожалуй, точнее не скажешь.

Брови Тариена чуть приподнялись, он снова хмыкнул, и губы его изогнулись как будто в одобряющей улыбке. Магистр склонил голову набок, глядя на меня с интересом.

- Пожалуй, я готов допустить, что все-таки не ошибся в вас, Клодия. В этот раз вы оправдали мои ожидания.

Мои глаз на миг сузились, а губы сжались в тонкую линию при взгляде на него.

«Как же он высокомерен, - подумала я со злостью. – Думает, что похвалил меня, и я буду рада?»

Мне захотелось отомстить ему за то, что прямо сейчас ставил себя выше меня.

- А вы знали, Тариен, что Альда Валарис находилась под действием некоего средства, пробудившего в ней невиданной силы вожделение... к мужчинам?

Высокомерная улыбка сошла с лица магистра, глаза превратились в щелки, сквозь которые на меня словно глянула живущая в его душе тьма.

Упоминание эликсира сладострастия вовсе не удивило Тариена, безусловно, он знал о нем. Знал ли о нем Алькан Валарис, вынужденный смотреть, как его сестра придается пороку? Нет, вряд ли.

Можно предположить следующее: о том, что превратило Альду в само воплощение порока, он узнал уже после того, как проник в орден.

- Под влиянием этого средства Альда предавалась разврату, чем и заслужила свою репутацию дьяволицы.

Тариен Грим двинулся в мою сторону. Неторопливо, даже почти лениво, но почему-то напомнил мне крадущегося волка. Я искала на его лице признаки злости, но сейчас оно было спокойным и расслабленным, как будто глянувшая из его глаз тьма мне лишь померещилась.

Он продолжал приближаться.

- Вам известно, что это средство давал Альде Джулиан Ананси? А если точнее, Джулиан Флавель. Он называл его эликсиром сладострастия.

Магистр остановился.

Его брови нахмурились, глаза снова сузились. Пожалуй, мне удалось его удивить.

«Не знал», - подумала я и даже восхитилась в какой-то степени изворотливостью и хитростью Ананси.

С его слов, это он привел Алькана Валариса туда, где Альда встречалась с мужчинами. При этом сумел скрыть, что он и был тем человеком, который вовлек Альду в разврат.

- Ананси действовал по указанию его высочества, - добавила я.

И снова лицо Тариена разгладилось, он едва заметно кивнул, будто собственным мыслям.

В падении Альды магистр всегда считал виновным принца Селебриана, что я сейчас и подтвердила – этого Тариену было достаточно.

Возобновив шаг, он вновь направился в мою сторону. Подошел совсем близко, нависая надо мной тяжелой тучей. Прищурился, как будто рассматривал и наконец спросил, понизив голос:

- Что это, Клодия? Мне кажется, или вы... – его глаза блуждали по моему лицу, выискивая там что-то, и закончил: - больше меня не боитесь?

Я застыла от неожиданности.

- Еще недавно из ваших глаз на меня смотрел затравленный зверек, и вот снова я вижу в них дерзость, как будто у этого зверька... выросли зубки, которыми он надеется вцепиться мне в горло.

Он с любопытством склонил голову набок.