Тайна Клары

Кирилл

Кирилл

Вернувшись вечером домой и не обнаружив там жену, Кирилл задумался. Время было давно не детское. Внезапно затрещал телефон.

Кирилл в два прыжка подскочил к нему и схватил трубку:

— Майя?

— Привет, Кирилл, это Сабрина, — услышал он тягучий голос, который раздражал его. Особенно сейчас.

— Ну? Говори, где моя жена? — пытаясь сдержать эмоции, спросил Кирилл.

— Майя? В роддоме. У неё внезапно начались схватки и её увезли в роддом на Ленина.

— Какие схватки? Как она? — почти кричал Кирилл.

— Я звонила туда только что, там трубку не берут. Наверное, теперь только завтра.

— Я поеду, — скорее себе, чем ей, сказал Кирилл и положил трубку.

Он знал роддом на Ленина — когда-то он сам там родился. Подхватив ключи от машины и бумажник, он вышел в ночь.

Двери особняка ожидаемо оказались закрыты. Он крикнул, задрав голову на окна:

— Майя! Майка, ответь!

Из окна третьего этажа высунулась лохматая голова, и он едва успел отскочить, как на место, где он стоял, пролилась вода.

Баба погрозила ему кулаком и закрыла окно. Пришлось Кириллу вернуться домой. Сон не шёл к нему, в голову лезло всякое. Он вспоминал Майю. Ту, с которой познакомился, а не ту, которой она стала. Они познакомились в одном из турпоходов, которые проводил местный Центр Молодёжи. Кирилл не был любителем походов, его уговорил друг, который был одним из главных организаторов.

— Кирюх, выручай, — умолял он, — Славка, гад, ногу подвернул, а одному мне с этой оравой не справиться!

— Ладно. Но это в первый и последний раз, — предупредил Кирилл.

«Оравой» оказались выпускники местного кулинарного училища, будущие кондитеры и хлебопёки. Не то, чтобы все они мечтали ими стать, просто выбор у молодёжи Росошанска был невелик. Либо кондитер, либо токарь. «Мальчики-зайчики, девочки-снежинки» подумал Кирилл, оглядывая туристов.

Сначала он даже не заметил Майю, ему приглянулась высокая, миловидная Яна. Но, как оказалось, за ней по пятам следовал парнишка, из-за невысокого роста и некоторой перекаченности, напоминающий колобка. Подумав, что они прекрасно дополняют друг друга, Кирилл не стал разрушать их дуэт.

А потом он заметил, что как колобок за Яной, за ним следует глазастая деваха с каре с «пчелиным» именем Майя. «Миленькая» подумал про себя Кирилл, и стал проявлять к ней знаки внимания: предлагал воду, не загружал тяжёлой работой, только однажды поручил сварить суп.

Как потом рассказывала ему жена, суп варить она не умела. Дома готовила мать, а в училище её только и научили, что ненавидеть выпечку.

Пока Кирилл с ребятами ходил за запасом дров, суп Майе помогла сварить великанша Яна. И «колобок», кстати, тоже принимал активное участие: чистил картошку и морковь, резал лук, и поднимал влюблённые слезящиеся глаза на Яну, которая стоя против солнца, напоминала ему древнее божество.

Так что о неумении Майи готовить Кирилл узнал уже после того, как женился на ней. Но он был влюблён, очарован её непосредственностью и женственностью. Майя любила себя украшать всеми доступными способами: делала необычный маникюр, сама шила себе по выкройкам блузки, делала разные причёски и смело экспериментировала с парфюмерией.

Она сдалась Кириллу просто. Это даже несколько разочаровало его: вкус победы был не таким сладким, каким он мог бы быть после осады.

А так, он пригласил её домой, включили видео. Шёл какой-то фильм, возможно даже интересный, но… он положил руку на её бедро, а она не убрала. Сначала Кирилл решил, что Майя повела себя так потому, что ей нечего терять, однако потом понял, что он у неё первый.

Именно это обстоятельство и повлияло на то, что она стала его женой. У Кирилла к двадцати четырём годам был свой бизнес: начал он с продажи пейджеров, а потом стал продавать компьютеры и комплектующие к ним. Этот вид продаж открыл ему путь к большим деньгам, и он вложил их в производство кабельных каналов. Расчёт оказался верным. Производственные мощности нарастали.

Майя давно уговаривала мужа переехать в Москву, но он считал, что там, его бизнес либо задушат, либо отберут. И лишить почти тридцать человек работы он тоже не хотел.

— Что тебя так туда тянет? — спрашивал он жену, положив ей голову на колени— там только суета и жестокие законы джунглей.

— Но ты же у меня лев, — ласково ворошила она его волосы, — ты займёшь своё место по праву. А я буду помогать тебе.

— Чем? — удивился Кирилл.

— За каждым успешным мужчиной стоит женщина! — выдала она книжную мудрость.

— Да? а кто стоял, тогда за Папой Римским? — улыбнулся жене Кирилл.

— Ну, Папа не в счёт, — она наклонилась и поцеловала его в губы.

— И всё же, — спросил Кирилл, — зачем тебе Москва?

— Мне здесь скучно… — капризно тянула Майя, — особенно после того, как Сабринка в Индию улетела. Делать нечего.

— Найди себе дело, — предложил Кирилл.

Сейчас, лёжа на диване в пустой квартире, он размышлял о том, что сам виноват в том, что жена повернулась на индуизме. Ей просто было скучно, а он погряз в своих делах и не помог ей найти дело по душе. Вот, вернувшаяся Сабринка и затянула её в свои сети.

Сначала появилась секция йоги, с тёмным, как негр, индусом по имени Пракаш. Потом все эти витамины, медитации, вся эта музыка, индийская кухня, казавшаяся Кириллу несъедобной… всё это было чужим.

Глядь, и его Майка, его родная и милая жена стала совсем другой.

Изменилась фигура — стала более стройной, подтянутой на руках стали просматриваться мышцы. Может, это и не плохо, но куда-то пропала женственность Майи, её мягкость… Она во всём стала подражать своей подруге Сабрине, и что особенно бесило Кирилла, переняла её привычку фотографироваться с высунутым наружу языком. В общем, Майя сильно изменилась. Кирилл даже подумывал о разводе, но... тут она, спустя пять лет после свадьбы, забеременела.

Несмотря на то, что последние два триместра беременности она не ходила в консультацию, Кирилл почему-то был уверен, что первым у него родится сын. И ждал его.