Тайна куклы или Знающая-2

Глава 13. Проклятье

Волки… их было много. Или мне так показалось с перепуга. Их глаза горели зловещим огнём, а шерсть стояла дыбом. Мы замерли, не зная, что делать дальше, чувствуя, как холод пробирает до костей.

Вдруг лесные хищники одновременно остановились, словно подчиняясь безмолвному приказу. Один из волков отделился от стаи и подошел чуть ближе к нам. Он был больше своих собратьев и казался ещё более страшным, с острыми клыками и горящими глазами.

Он смотрел на меня, не моргая. Вожак, а это был явно он, стоял так близко, что я видела радужную оболочку его глаз. Необычные глаза переливались всеми оттенками золота и янтаря, создавая ощущение внутреннего света. Они притягивали меня, как магнит, и в то же время пугали своей силой и властью.

Взгляд волка был проницательным и мудрым, как у самого древнего дерева в лесу. Он словно видел меня насквозь, читал мысли и чувства, но в то же время в его глазах читалась… доброта и понимание.

«Знающая, – услышала в своей голове. – Мы не причиним вам вреда. Мы поможем»

«Кто ты?»

«Меня зовут Святич»

«Странное имя для волка, – подумала я»

«Ты же понимаешь, что я не совсем волк?»

Мне показалось, что он даже улыбнулся. Хотя как такое возможно, не представляю. Это было странно, словно я знала, что он улыбается.

«Да, понимаю»

Разговаривать с волком было очень странно… ну или не совсем волком. И не совсем разговаривать.

«Святич… ты и та девочка-кукла... и колдун… вы?..»

Я пыталась осмыслить и озвучить мысль, что крутилась в голове, навязчивой идеей. Как пазл складывалась информация, которую я получила во снах, от домового и лешего.

Ведь очевидно же теперь, что…

«Я брат той, кого ты зовешь Агата. Я сын того, кого ты зовешь колдун»

«О!.. Понятно. А как же так?.. Ты – волк, Агата – кукла, отец – колдун. А мама где?»

«Мама погибла… уже давно. Я расскажу все… только у нас не так много времени. Если отец завершит ритуал, то Агата тоже погибнет»

«Прости. Тогда кратенько бы… А то совсем голова кругом»

– Виола?.. – услышала я Фила. – Что происходит? Ты что волков… гипнотизируешь?

Перевела взгляд на друга. Он не мог слышать наш мысленный разговор со Святичем и явно пребывал в ступоре. Видел только, как мы с вожаком обмениваемся пристальными взглядами. А другие волки замерли, как статуи. И вообще стояла гробовая тишина. Да, он, в общем-то, вообще не понимал, что происходит.

М-да… Бедный-бедный Фил.

– Э-э-э…

– Виола, думаю самое время сейчас мне все рассказать.

– Наверное, ты прав. Только как бы тебе объяснить?..

– Кратко и самое главное! Нам надо спешить к дому лесника. Ты же говорила, что там может быть Малинка. Так что?..

– И Святич вот тоже говорит, у нас мало времени.

– Виола! Я жду.

– Фил, значит так… Вот этот грозный волк – это не совсем волк. Скажем так… он волшебный. И он сын лесника. Но лесник, он же дядя Никон – это не совсем лесник, а настоящий колдун. И этот злой колдун похитил Марину. А кукла, которую подарил лесник-колдун твоей сестре – это не совсем кукла, а девочка Агата, сестра волка и дочь колдуна. Волка, кстати зовут Святич. Ах, да… познакомить же вас надо! Фил, это Святич, Святич, это Фил.

Волк и Фил одновременно посмотрели друг на друга и кивнули приветственно.

С ума сойти! Вот эта ситуация!

– Ты говоришь о-о-о-чень странные вещи, Виола. Но я тебе верю. Настоящие друзья должны доверять и верить друг другу. Даже если один из них несет полную чушь. Хорошо… пусть будет так! Только зачем леснику Никону, то есть колдуну Никону… или как там его?!.. В общем, зачем он похитил Малинку?

– Велизар… Ой, ты же его не знаешь!.. Велизар – это леший. И он сказал, что семья колдуна двоедушники. Это когда две души. Человеческая и зверя. И Марина нужна этому Никону, чтобы человеческую душу Агаты из куклы переселить в твою сестру. А звериную… а что со звериной, Святич?

Я поняла, что сама до конца не всю ситуацию. И обратилась к волку за уточнениями:

– Святич, куда колдун денет звериную сущность Агаты? И что произошло, что души твоей сестры оказались в кукле? И зачем он отдал куклу Марине?

Мне показалось, что волк глубоко и горестно вздохнул. Ему было больно – вспоминать те события.

«Прости, но нам надо знать. Это важно»

«Отец никогда не принимал нашу природу. Он был обычным человеком, который не понимал, как можно жить с двумя душами — человеческой и звериной. Он всю жизнь искал способы, как сделать нашу маму Елену и нас – своих детей обычными людьми, не понимая, что это противоречит самой природе двоедушников. Отец был одержим идеей… Однажды он вернулся домой жутко довольный. Тот вечер мы провели все вместе. Смеялись, шутили, радовались. Были настоящей любящей семьей. Это был последний счастливый день в нашем доме. Отец нашел, как он посчитал тогда средство как избавиться от звериной сущности двоедушника. Через два дня родители ушли в лес. Их не было почти неделю. Вернулись они уже другими. Мама – с одной человеческой жизнью, а отец – с проклятием. В минуту смертельной опасности мама выбрала жизнь человека, а от звериной сущности – волчицы отказалась.»