Тайна летнего лагеря

Глава 2. Максим

От громкого плача близнецов болела голова. Вздохнув, я вставил наушники и включил музыку. Три песни спустя появилось какое-то шипение, и правый наушник стал играть тише. Еще через две песни он полностью отказал, и крики сестёр снова проникли в мою бедную голову.

— Черт, — выдохнул я.

Кинув бесполезные наушники на пол, я включил телевизор и значительно прибавил громкость. Плачь стал почти неслышен.

— Макс, ты глухой?! — В мою комнату ворвался отец. Видок у него был тот еще: волосы взлохмачены, под красными глазами залегли синяки.

— Твои дети орут без остановки, — пожаловался я. — У меня больше нет сил это терпеть.

— Наушники тебе в помощь! — рявкнул отец и захлопнул дверь.

Выключив телевизор, я откинул пульт в сторону, упал лицом на кровать и накрыл голову подушкой.

Не помогло.

Ира и Кира кричали так, что проснулся бы даже мертвый. Бедная мама, которая находилась в эпицентре этого кошмара. И зачем только ей захотелось снова родить?

Покосившись на валяющиеся на полу наушники, я нехотя встал с кровати. Надо было купить новые, иначе я сойду с ума. А еще беруши.

Маму выписали из роддома всего неделю назад, а у меня уже глаз дергался от напряжения, и голова не переставала болеть. И я еще молчу о своем сне, которого почти нет. Даже не представляю, какого сейчас маме и папе. Им даже с няней живется тяжко.

На пути в торговый центр я написал друзьям. Только двое из восьми согласились составить мне компанию. Остальные были не в городе.

Везет, блин.

Если бы не близнецы, я бы уже нежился на одном на морском пляже где-нибудь заграницей. Когда эти малявки вырастут, я им тоже устрою те еще обломы.

С Киром и Ромкой мы встретились в уличном кафе. Взяли холодный лимонад, бургеры с картошкой фри и уселись за столик под широким зонтом.

— Хочу на о-о-отдых, — простонал я, откинувшись на спинку стула и вытянув ноги.

Официантка, что проходила мимо, споткнулась о мои длинные конечности и чуть не упала. Благо, я вовремя схватил ее за руку.

— Извини, — улыбнулся я. — Цела?

Щеки девушки порозовели. Она смущенно улыбнулась и кивнула. Темноволосая и голубоглазая, с пухлыми алыми губами. Похожа на Наташу, но лишь немного. С Наташей еще никто не сравнится.

— Понравилась? — раздался над ухом голос Ромки.

Мысленный образ Наташи улетучился. Я снова видел перед собой рожи своих друзей.

— Нет.

— Врешь. Ты на нее так откровенно пялился.

— У него Лера есть. — Кир пихнул Ромку локтем в бок.

— Одно другому не мешает.

Телефон в моем кармане сообщил о входящем сообщении. Я достал его и взглянул на экран. Лера написала пресловутое «привет».

Помянешь черта…

Разговаривать с ней, а тем более встречаться, совсем не хотелось. С другой стороны, если я ей не отвечу, она начнет названивать, а говорить с ней по телефону намного хуже, чем общаться по СМС.

— Слышали, что Райский приехал из Италии? — между тем спросил Кир.

Мои пальцы, печатающие сообщение Лере, замерли над экраном телефона.

— Глеб вернулся? — хрипло спросил я.

— На месяц, — кивнул Кир. — Приехал к тете вместе с мамой.

— Ясно. — Я снова уткнулся в телефон и принялся печатать сообщение.

Глеб был моим лучшим другом. До того, как свалил в Италию и оборвал со мной и Наташей все связи. И вот, спустя два года, он снова здесь.

— Странно, что ты не знал об этом, — заметил Ромка, шумно всасывая через трубочку остатки лимонада. — Вы же были не разлей вода.

— Были — ключевое слово, — буркнул я.

Года полтора назад я бы обрадовался приезду Райского, непременно бы встретился с ним и спросил, почему он не связывался с нами. Но прошло два года, и мне стало уже плевать. Ни видеть, ни слышать того, кто вот так просто перечеркнул нашу дружбу, я не хотел.

— Все в разъездах, а вы чего в городе кукуете? — решил сменить тему я. — У вас же в семьях нет пополнения вроде бы.

— Да ну тебя, — отмахнулся Ромка. — Я послезавтра с дядей улетаю в Египет.

— Везе-е-ет, — протянул я. — А ты, Кир?

Друг откусил здоровенный кусок от бургера, закинул в рот несколько штук картошки фри и, прожевав все это, ответил:

— А я завтра в лагерь уезжаю.

— Какой? — заинтересовался я, который до недавнего времени каждое лето проводил в лагере.

— «Юность». Знаешь такой? В тридцати километрах от города, у деревни «Дубки».

— Знаю…

Как же не знать. Пять счастливых лет подряд я, Наташа и Глеб проводили лето в тех чудесный местах. Мы были таким и счастливыми, такими веселыми. Думали, что наша дружба будет вечной, но Глеб все испортил. Из-за него наши отношения дали первую трещину, а добил нашу дружбу я.