Тайна летнего лагеря

Глава 4. Наташа

Никаких Максимов, Глебов и Лер? Так я, кажется, думала, когда собиралась в лагерь? Еще никогда я так не ошибалась…

Вот они, Максим и Глеб. Один стоит через шесть человек справа от меня, а второй подобрался ближе — слева через две девушки. И как только они здесь оказались? Ладно, Макс, — решил, может, вспомнить детство. Но Глеб вообще в Италии живет и приехал в Россию ненадолго погостить у тети. Какого лешего его в лагерь-то понесло?!

От столь ужасного стечения обстоятельств хотелось выть. Последнее беззаботное лето по всей видимости пойдет коту под хвост! Хорошо еще, что Леры нигде не видно. Тогда было бы настоящее комбо!

— Здравствуйте, дорогие детишечки! — довольно жутковато поприветствовал прибывших на летнюю смену ребят маленький и лысенький мужичок в больших квадратных очках. — Меня зовут Савоськин Макар Аронович. Я — директор лагеря.

Сзади послышались тихие смешки.

— Макароныч, — произнес кто-то сквозь сдерживаемый смех.

Тут я тоже чуть не рассмеялась — сдержалась лишь потому, что стояла в первом ряду на глазах у всего персонала лагеря.

Дальше последовала скучная и затянутая речь Макароныча. Затем слово передали Петру Ивановичу Метелкину — завхозу, похожему на директора как две капли воды, только без очков. Немного картавя, он рассказал нам о правилах лагеря, — что можно делать, а что нельзя, — и обозначил часы отбоя для разных возрастных категорий. Нам, как самым старшим, разрешено было колобродить до десяти вечера. После же все должны были лежать в своих кроватях. Слово «свои» Метелкин даже выделил голосом и обвел многозначительным взглядом старших ребят.

После Метелкина к микрофону подошла миниатюрная девушка с очень милой внешностью. Она тепло улыбнулась и представилась Марьей Петровной Метелкиной, медсестрой. Услышав ее фамилию и отчество, ребята зашушукались.

— Дочка Метелкина походу.

— Красивая, — восхитился кто-то из парней. — Совсем на него не похожа.

— Да ничего в ней красивого нет, — послышался девчачий голос. — На крысу похожа.

Я закатила глаза и тихо вздохнула, предвидя наперед, как половина парней будут пускать слюни на медсестру, а половина девчонок злиться на нее.

В ожидании конца церемонии я принялась рассматривать своего брата, который, в свою очередь, с интересом поглядывал на хорошенькую медсестру. Поймав его взгляд, я улыбнулась уголком губ и скосила взгляд на Метелкину. Илья закатил глаза и отвернулся.

В поисках новой цели для рассматривания мой блуждающий взгляд вдруг встретился с до боли знакомыми светло-карими глазами Райского. Как ни банально, но мое сердце пропустило удар. Мы с Глебом смотрели друг на друга недолго, но я смогла разглядеть в его взгляде тоску.

Неужели он скучал по мне?..

Нет, быть такого не может! Если бы скучал, то обязательно бы связался. В глазах Глеба Райского вовсе не тоска, а скука. Ему так же скучно на церемонии, как и всем ребятам.

— А теперь торжественное поднятие флагов! — объявил директор, своим громким голосом, прервав наш с Глебом зрительный контакт.

Райский отвернулся первым, сосредоточив свое внимание на двух ребят, которые подошли к государственному флагу и флагу лагеря. Заиграл гимн России, и я невольно выпрямилась. Хотелось посмотреть на Глеба еще раз, но я была для этого слишком гордой.

По команде директора ребята — парень и девушка моего возраста — принялись поднимать флаги.

— На этом приветственная церемония завершена! — радостно произнес Макароныч, когда флаги уже развивались на вершине флагштоков. — Подойдите, пожалуйста, к своим вожатым. Они расскажут о вашем распорядке дня на сегодня.

Вокруг все загалдели и засуетились. Я принялась искать глазами Илью, но около меня мельтешило столько людей, что у меня вдруг закружилась голова.

Схватившись за висок, я прикрыла глаза, чтобы справиться с возникшим головокружением. Меня сильно толкнули, и я, пошатнувшись, чуть было не упала. Благо, кто-то придержал меня за плечи.

— Спасибо, — пролепетала я и обернулась.

— Не за что, — пожал широкими плечами Максим.

Залипнув на его фигуру, я подивилась тому, как быстро он превратился из обычного парня в игрока в регби. Наверное, для своей девушки старается, держит форму. Лерке Беловой ведь всегда нравились качки.

— Как дела? — робко спросил он, стараясь не встречаться со мной взглядом.

— Илью не видел? — проигнорировала я его глупый вопрос.

Макс моргнул и начал озираться по сторонам.

— Вон он, у футбольных ворот стоит.

Я посмотрела в сторону, куда показывал палец Макса. Вокруг Ильи уже собралось несколько ребят из моего отряда, и брат что-то оживленно им рассказывал. Я молча направилась к ним.

— Наташ, подожди! — крикнул Макс мне в спину.

Я проигнорировала его и ускорила шаг.

— Наташ! — не унимался Максим.

— Да что тебе надо? — я резко обернулась и уперла руки в бока.

Парень притормозил и оторопело взглянул на меня.