Тайна моего сердца

Глава 33

Алексей

Алексей плотно прикрыл дверь, за которой на смятой постели осталась Елизавета. Его сердце стучало с тревогой, но он старался взять себя в руки. Каждый шаг к двери давался ему с трудом, словно он шел по тонкому льду, который вот-вот треснет. Офицер подошел к двери и, стараясь говорить спокойно, спросил:

— Кто там?

— Здесь проживает офицер Соколов? — раздался незнакомый голос за дверью.

— Здесь, — ответил Алексей, ровным голосом, хотя внутри у него бушевали эмоции. Он не знал, кто скрывается за дверью. Мысли путались, как будто он пытался ухватиться за что-то, что постоянно ускользало. Что, если это слуги Сергея Александровича? Или, что еще хуже, сам муж Елизаветы? Его сердце сжималось от страха, но он знал, что должен сохранять спокойствие.

Открыв дверь он с облегчением обнаружил слугу с письмом в руках. Молодой мужчина, одетый в простую, но аккуратную ливрею, стоял на пороге, держа в руках конверт.

— Это вам, — сказал слуга, протягивая письмо.

— Благодарю, — ответил Алексей, внутри он чувствовал, как напряжение постепенно спадает. Взяв письмо, он быстро скрылся за дверью, стараясь не выдать своих эмоций.

Закрыв дверь, мужчина прислонился к ней, ощущая, как его сердце начинает успокаиваться. Он глубоко вздохнул, стараясь собраться с мыслями. Его руки дрожали, когда он взглянул на конверт. На нем был аккуратный почерк, который он не сразу узнал. Но прочитав, понял, что как он и ожидал, письмо было от Натальи Александровны.

Алексей почувствовал, как его сердце снова начинает биться чаще, но теперь уже не от страха, а от раздражения. Он знал, что Наталья Александровна не забудет о нем. Офицер развернул конверт и быстро пробежал глазами по строкам. Ее слова были полны любезности и легкого кокетства, но в них чувствовалась настойчивость.

— Алексей Николаевич, — писала она, — я надеюсь, что вы не забыли о нашей прогулке. Петербург так прекрасен зимой, и я уверена, что вы сможете показать мне его с новой стороны. Жду вашего ответа с нетерпением.

Мужчина закрыл глаза, чувствуя, как его мысли снова начинают путаться. Он знал, что должен ответить на это письмо, но его сердце было занято только Елизаветой. Он не мог думать о Наталье Александровне, о ее прогулках, о ее надеждах.

Взглянув на дверь, за которой осталась Елизавета, офицер почувствовал, как его сердце снова наполняется теплом.

Вернувшись в спальню, Алексей сразу обратил свой взор на любимую. Она сидела на постели, прикрываясь одеялом, ее волосы были слегка растрепаны, а глаза — большими и испуганными. Лиза выглядела такой нежной, такой чувственной, что он почувствовал, как его сердце сжимается от любви к ней.

— Любимая, не волнуйся, — сказал он, стараясь говорить спокойно, хотя внутри все еще чувствовал легкую дрожь. — Это всего лишь слуга из дома Березиных. — Он улыбнулся, стараясь успокоить ее, и показал конверт, который держал в руке.

Елизавета мельком взглянула на конверт, но в ее глазах все еще читалась легкая тревога.

Алексей отложил письмо в сторону и снова залез в теплую постель, стараясь быть ближе к ней. Он крепко обнял свою любимую, чувствуя, как ее тело дрожит.

— Это письмо от Натальи Александровны? — тихо спросила Елизавета.

Мужчина заметил, как она вздохнула с облегчением, но новость о письме явно не радовала ее. Он кивнул.

— Да. Девушка напоминает о своей вчерашней просьбе. Наталья Александровна желает, чтобы я показал ей зимний Петербург.

Елизавета лишь опустила глаза, стараясь скрыть свои эмоции

— Ты пойдешь? — спросила она.

Алексей посмотрел ей в глаза, и в его взгляде читалась вся любовь, которую он не мог больше скрывать.

— Я должен, — ответил он. — Но ты знаешь, что мое сердце принадлежит только тебе. Никто и никогда не сможет занять твое место.

Алексей откинулся на подушку, любуясь Елизаветой, которая лежала рядом с ним. Ее густые темные волосы, слегка растрепанные, рассыпались по белоснежной подушке, а лицо, такое нежное и родное, было обращено к нему. Он все еще не мог поверить, что она здесь, в его постели, что она принадлежит ему в этот момент. Ее дыхание было ровным, но в глазах читалась легкая грусть, которая заставляла его сердце сжиматься.

— Конечно, ты обязательно должен пойти, — с грустью произнесла Елизавета, утыкаясь носом в его плечо и закрывая глаза. Ее голос звучал тихо, но в нем читалась вся боль, которую она старалась скрыть.

Он повернул ее лицо к себе, стараясь поймать взгляд.

— Я не хочу, чтобы ты думала, будто я хочу этого, Лиза, — сказал он, а его голос звучал почти умоляюще. — Я люблю тебя больше жизни. И никто и никогда не сможет вытеснить тебя из моего сердца.

Алексей наклонился и поцеловал ее мягкие полураскрытые губы. Елизавета ответила ему, и обняла, притягивая ближе. Они снова забылись в пучине страсти, чувствуя, как их тела сливаются воедино.